Лесной царь

фон Гёте Иоганн Вольфганг

Поселянка

Дивишься, странник, Ты этим камням? Подобных много Близ хижины моей.

Путешественник

Где? где?

Поселянка

Там, на вершине, В кустах.

Путешественник

Что вижу? Музы и хариты.

Поселянка

То хижина моя.

Путешественник

Обломки храма!

Поселянка

Вблизи бежит И ключ студеный, В котором

воду мы берем.

Путешественник

Не умирая, веешь Ты над своей могилой, О гений! над тобою Обрушилось во прах Твое прекрасное созданье… А ты бессмертен.

Поселянка

Помедли, странник, я подам Кувшин, напиться из ручья.

Путешественник

И плющ обвесил Твой лик божественно-прекрасный. Как величаво Над этой грудою обломков Возносится чета столбов! А здесь их одинокий брат. О, как они, В печальный мох одев главы священны, Скорбя величественно, смотрят На раздробленных У ног их братий! В тени шиповников зеленых, Под камнями, под прахом Лежат они, и ветер Травой над ними шевелит. Как мало дорожишь, природа, Ты лучшего созданья своего Прекраснейшим созданьем! Сама святилище свое Бесчувственно ты раздробила И терн посеяла на нем.

Поселянка

Как спит младенец мой! Войдешь ли, странник, Ты в хижину мою Иль здесь, на воле отдохнешь? Прохладно. Подержи дитя, А я кувшин водой наполню. Спи, мой малютка, спи.

Путешественник

Прекрасен твой покой… Как тихо дышит он, Исполненный небесного здоровья. Ты, на святых остатках Минувшего рожденный! О, будь с тобой его великий гений! Кого присвоит он, Тот в сладком чувстве бытия Земную жизнь вкушает. Цвети ж надеждой, Весенний цвет прекрасный! Когда же отцветешь, Созрей на солнце благодатном И дай богатый плод.

Поселянка

Услышь тебя Господь!.. А он все спит. Вот, странник, чистая вода И хлеб; дар скудный, но от сердца.

Путешественник

Благодарю тебя. Как все цветет кругом И живо зеленеет!

Поселянка

Мой муж придет Через минуту с поля Домой. Останься, странник, И ужин с нами раздели.

Путешественник

Жилище ваше здесь?

Поселянка

Здесь, близко этих стен Отец нам хижину построил Из кирпичей и каменных обломков. Мы в ней и поселились. Меня за пахаря он выдал И умер на руках у нас… Проснулся ты, мое дитя? Как весел он! Как он играет! О милый!

Путешественник

О вечный сеятель, природа, Даруешь всем ты сладостную жизнь, Всех чад своих, любя, ты наделила Наследством хижины приютной! Высоко на карнизе храма Селится ласточка, не зная, Чье пышное созданье застилает, Лепя свое гнездо. Червяк, заткав живую ветку, Готовит зимнее жилище Своей семье. А ты среди великих Минувшего развалин Для нужд своих житейских Шалаш свой ставишь, человек, И счастлив над гробами. Прости, младая поселянка.

Поселянка

Уходишь, странник?

Путешественник

Да Бог благословит Тебя и твоего младенца!

Поселянка

Прости же, добрый путь!

Путешественник

Скажи,

куда ведет Дорога этою горою?

Поселянка

Дорога эта в Кумы.

Путешественник

Далек ли путь?

Поселянка

Три добрых мили.

Путешественник

Прости! О, будь моим вождем, природа, Направь мой страннический путь! Здесь над гробами Священной древности скитаюсь. Дай мне найти приют, От хладов севера закрытый, Чтоб зной полдневный Тополевая роща Веселой сенью овевала. Когда ж в вечерний час, Усталый, возвращусь Под кров домашний, Лучом заката позлащенный, — Чтоб на порог моих дверей Ко мне навстречу вышла Подобно милая подруга С младенцем на руках.

Орел и голубка

Перевод В. Жуковского

С утеса молодой орел Пустился на добычу; Стрелок пронзил ему крыло — И с высоты упал Он в масличную рощу. Там он томился Три долгих дня, Три долгих ночи И содрогался От боли; наконец Был исцелен Живительным бальзамом Всеисцеляющей природы. Влекомый хищничеством смелым, Приют покинул свой: Он хочет крылья испытать. Увы! они едва Его подъемлют от земли — И он, в унынии глубоком, Садится отдохнуть На камне у ручья. Он смотрит на вершину дуба, На солнце, на далекий Небесный свод — И в пламенных его глазах Сверкают слезы. Поблизости, между олив, Крылами тихо вея, Летали голубь и голубка. Они к ручью спустились И там по золотому Песку гуляли вместе. Водя кругом Пурпурными глазами, Голубка наконец Приметила сидящего в безмолвном Унынии орла. Она товарища тихонько Крылом толкнула, Потом, с участием сердечным Взглянувши на страдальца, Ему сказала: «Ты унываешь, друг! О чем же? Оглянись – не все ли, Что нам для счастья Простого нужно, Ты здесь имеешь? Не дышат ли вокруг тебя Благоуханием оливы? Не защищают ли зеленой Прозрачной сению своей Они тебя от зноя? И не прекрасно ль блещет Здесь вечер золотой На мураве и на игривых Струях ручья? Ты здесь гуляешь по цветам, Покрытым свежею росою, Ты можешь пищу Сбирать с кустов и жажду В струях студеных утолять. О друг, поверь, Умеренность – прямое счастье! С умеренностью мы Везде и всем довольны». «О, мудрость, – прошептал орел, В себя сурово погрузившись, — Ты рассуждаешь, как голубка».

Новая любовь, новая жизнь

Перевод А. Фета

Сердце, сердце, что такое? Что смутило жизнь твою? Что-то странное, чужое, — Я тебя не узнаю! Все прошло, что ты любило, Все, о чем ты так грустило, Труд и отдых – все прошло. До чего уже дошло! Иль тебя цветком росистым Эта девственность чела, Взором кротким, нежно-чистым, Своевольно увлекла? Вдруг хочу от ней укрыться, Встрепенуться, удалиться, Но мой путь еще скорей Вновь – увы! – приводит к ней! И меня на нити тонкой, Безнаказанно шутя, Своенравною ручонкой Держит девочка-дитя. Красоты волшебной сила Круг заветный очертила. Что за странность – как во сне! О любовь, дай волю мне!