Лесная газета
Шрифт:
14. Сидит на палочке в красной рубашке, брюшко светлое, камешками набито.
15. Спит на земле, а утром исчезает.
16. Кто в лесу без топоров строит избу без углов?
17. Глаза на рогах, а дом на спине.
18. Цветы ангельские, а когти дьявольские.
ЛЕСНАЯ ГАЗЕТА № 6
МЕСЯЦ СТАЙ (ТРЕТИЙ МЕСЯЦ ЛЕТА)
С 21 августа по 20 сентября
Солнце вступает в знак Девы
Август –
Последний раз летом луга меняют наряд: теперь он пёстрый, цветы по нему всё больше тёмные – синие, лиловые. Начинает слабеть солнце-Ярило, надо собирать, хранить его прощальные лучи.
Поспевают крупные плоды: овощи, фрукты. Поспевают и поздние ягоды: брусника; зреет клюква на болоте, на дереве – рябина.
Нарождаются старички – те, что не любят жаркого солнца, те, что прячутся от него в прохладной тени, – грибы. А деревья перестают расти и толстеть.
Лесные ребятишки подросли и вылезли из гнёзд.
Птицы, что весной жили каждая пара на своём участке, кочуют теперь с ребятишками по всему лесу.
Лесные жители ходят в гости друг к другу.
Даже хищные звери и птицы не так строго охраняют свои охотничьи участки. Дичи везде много. На всех хватит.
Куница, хорёк, горностай бродят по всему лесу – и всюду им лёгкая пожива: глупые птенчики, неопытные зайчата, неосторожные мышата.
Певчие птицы сбиваются в стайки, странствуют по кустам и деревьям.
В стае свой обычай.
Обычай такой:
ОДИН ЗА ВСЕХ И ВСЕ ЗА ОДНОГО
Кто первый увидал врага, должен пискнуть или свистнуть – предупредить всех, чтобы стая успела броситься врассыпную. Если один попал в беду, стая поднимает крик и гам на страх врагам.
Сто пар глаз и сто пар ушей сторожат врага, сто клювов готовы отразить нападение. Чем больше выводков примыкает к стае, тем лучше.
Для ребят в стае существует закон: во всём подражай старшим. Старшие спокойно клюют зёрнышки – и ты клюй. Старшие головы подняли и не шевелятся – и ты замри. Старшие наутёк – и ты наутёк.
УЧЕБНЫЕ ПЛОЩАДКИ
А у журавлей и тетеревов для молодёжи настоящие учебные площадки.
У тетеревов – в лесу. Соберутся молодые косачи и смотрят, что старый токовик станет делать.
Токовик забормочет, и молодые забормочут. Токовик чуффыкнет, и молодые зачуффыкают – тоненькими голосами.
Только теперь уж токовик не так бормочет, как весной. Весной бормотал: «Продам шубу, куплю балахон». А теперь: «Продам балахон, продам балахон, куплю шубу».
Молодые журавли прилетают на площадку отрядами. Учатся держаться на лету правильным строем – треугольником. Этому нужно выучиться, чтобы беречь силы при полёте на далёкие расстояния.
Первым в треугольнике летит самый сильный старый журавль. Ему, как передовому, труднее рассекать воздух.
Когда он устанет, он переходит в хвост отряда, а
За передовыми – голова к хвосту, голова к хвосту, – в такт махая крыльями, летят молодые. Кто сильнее – впереди, послабее – сзади. Волны воздуха бегут от угла треугольника, точно лодка носом режет воду.
Крыльев нет – как полетишь?
А вот (надо же ухитриться!) превратились некоторые паучки в пилотов-воздухоплавателей.
Паучок из брюшка выпустит тонкую паутинку, зацепит её за куст, ветер её подхватит, туда-сюда рвёт, а разорвать не может: она крепкая, как шелковинка.
Паучок на земле сидит. Паутинка между землёй и веткой в воздухе вьётся. Паучок сидит и мотает паутинку. Сам спутается – весь как в шёлковом шарике, – а паутинку всё больше отпускает.
Паутинка становится всё длиннее – ветер её сильнее рвёт.
Паучок ногами за землю держится, крепко вцепился.
Раз, два, три! – пошёл паучок против ветра. Откусил прицепленный конец. Рвануло порывом, оторвало паучка от земли. Полетели. Живей разматывай паутинку!
Поднимается воздушный шарик… Летит высоко над травой, над кустами.
Пилот глядит сверху: где бы спуститься?
Лес внизу, речка. Дальше, дальше!
Вот какой-то дворик, мухи вьются над кучей навоза. Стоп! Вниз!
Пилот паутинку под себя сматывает, катает лапками в шарик. Воздушный шарик всё ниже, ниже… Готово: посадка!
Кончиком паутинки зацепился за травку – приземлился!
Тут можно спокойно зажить своим домком.
Когда много таких паучков и их паутинок летает по воздуху – а это бывает осенью в хорошую сухую погоду, – в деревнях говорят: настало бабье лето. Серебрятся седые волосы осени…
Жёлтенькие пеночки стайкой кочевали по лесу. С дерева на дерево, с куста на куст. Каждое дерево, каждый куст облазят, обшарят снизу доверху. Где червячка, где жучка, бабочку найдут под листом, на коре, в скважине – всё подберут, вытащат.
«Тюить! Тюить!» – тревожно пискнула одна из птичек. Все сразу насторожились и увидели: внизу, прячась между корнями деревьев, то мелькая тёмной спиной, то исчезая в валежнике, крадётся хищный горностай. Его узкое тело извивается змеей, злые глазки сверкают в тени, как искры.
«Тюить! Тюить!» – запищали со всех сторон, и вся стайка поспешно снялась с дерева.
Хорошо, когда светло. Кто-нибудь да заметит врага, и все спасутся. А ночью прикорнут птички под ветвями, спят. Но не спят враги. Бесшумно раздвигая воздух мягкими крыльями, подлетит сова, высмотрит – и цоп! Брызнут во все стороны перепуганные сонные малыши, а двое-трое из них бьются в железных крючьях разбойника. Плохо, когда темно!
С дерева на дерево, с куста на куст пробирается стайка всё дальше в глубь леса. Шмыгают лёгкие птички по всей листве, в самые таинственные уголки забираются.