Леший
Шрифт:
Разговор не шел, и, пообедав, мы отправились мародёрствовать. Людей в домах не было. При этом найти пищу мы не смогли. Вообще.
– Как думаешь, это из Става постарались?
– Скорее всего.
Вопрос провианта стал для нас важным, еще с утра. Дело в том, что моя ярость сожгла все, что у нас было. Секиру я оставил на седле. Таня оставила у велосипеда сумку с одеждой, разумно решив, что на нее никто не покусится. Все съедобное мы занесли в дом. Который я удачно сжег до тла. Мы нашли немного пищи в других домах. Но ее хватит от силы дня на два. Единственное, что мы смогли откопать, это был клинок Тани.
– Скажи, а этот твой иммунитет не защищает твою одежду?
– Неа. – Легкомысленно отмахнулась девушка. – Там что-то говорилось о том, что я становлюсь частью огня.
– Это получается, такие фокусы не стоит проводить в городе.
Девушка сначала задумалась, а потом растянула губы в широкой улыбке.
– А ты что, ревнуешь?
Вот что в этом такого? Да, я ревную. Да, я единоличник. Да, она мне просто друг, но я не хочу, чтобы кто-то другой мог наслаждаться ее фигурой.
– Нет, конечно. Мне просто важен твой авторитет. Все же там живут твои родные. – Вот вроде и нет ничего в этом страшного, но когда тебя так в лоб спрашивают. Ты просто не можешь согласиться.
– Не боись, родные всегда считали меня чудачкой.
– Верю. – Улыбнулся я в ответ на это.
Весь вечер мы провели за столом. Я достал бутылку довольно дрянного вина, и мы болтали, наслаждаясь общением друг друга. А когда солнце совсем спряталось за горизонт, спрятались ото всех под легким одеялом. Возможно это последняя ночь, когда мы вместе, а значит надо ей насладиться до последнего вздоха. Так думал я. Так думала и она.
***
Ставрополь, как ни странно, встретил нас гулом голосов, ударами молотов и прочим рабочим шумом. Звуки работ, слышались прямо за входом. Люди разбирали старые дома на краю города и увозили их в южный лагерь. Да, как рассказал нам словоохотливый парень из рабочих, лагерей в городе несколько. Но рассказать подробнее он не смог. К нам подошел здоровый лысый парень, с битой. Из бейсбольного оружия торчали гвозди – сотки. Колоритный такой парень. Он тут же отправил филонившего трудягу работать, и обратился к нам.
– Вы че тут рыскаете, твари? – Сплюнул он себе под ноги.
Непонятно откуда, появились еще двое. Явно шестерки.
– Сам ты тварь! – Взвелась моя подруга.
Парень мне не нравился, и стоило проучить его за оскорбление, но неизвестно как на это отреагирует начальник лагеря.
– А ты рот открывать будешь, чтобы с…ть!
Рука-пистолет моей спутницы тут же выпустил снаряд, ударивший прямо между глаз здоровяка.
– Хана тебе ш…а. – Взревел бугай, делая шаг к нам. Я встал между ним и Таней.
– Рассечение! – Проревел слово ключ, мой противник, занеся над головой биту.
Идиот. Кто же предупреждает противника перед ударом? У «рассечения» есть пара безусловных минусов. Первый – умение наносит только вертикальный удар. Изменить направление удара невозможно, поэтому, когда я сделал шаг вправо, удар прошел мимо. Второй – удар очень силен, он уносит за собой тело хозяина. Таким образом, мне открылась великолепная возможность. Мой удар кулаком, пришелся прямо в челюсть грубияна. Я не сдерживался. Даже если убью, жалко не будет. Кость хрустнула. Видимо этот парень еще долго не
– Тихо все! – Раздался голос позади меня. – Что тут происходит, и кто вы такие?
К нам подошел мужчина, явно военная выправка. На вид лет сорок. Седина уже тронула висок, но пока еще не покрыла голову.
– Они Ежа уложили! – Тут же наябедничал парень с мечетей.
– Чем? – Тут же задал главный вопрос подошедший.
– Кулаком. – Неохотно ответил ему ябеда.
– За что? – Этот вопрос уже адресовался уже мне.
– Он оскорбил мою подругу.
– Это правда? – Военный посмотрел на подчиненных. Тот, что с пистолетом кивнул. – Тогда Еж получил за дело. Итак, вы не ответили. Кто вы такие? И что вы делаете на нашей территории?
– Мы пришли с Невинки. Ищем кое-кого.
– Не местные значит? – Зачем-то уточнил глава их охраны.
– Да.
– Ладно. Идем со мной, в штабе разберемся. – Мужчина запрыгнул на коня, и мы направились к штабу.
Сопровождающий был молчаливым человеком. Представился только Дмитрием Ивановичем.
Штабом оказался жилой, многоэтажный дом, закрученный в круг. Точнее это было несколько домов, но их объединили уже давно. Входа во двор было четыре, с разных сторон света стояли высокие арки, в данный момент времени, перекрытые грузовыми автомобилями. Открыт был только один въезд. Его перекрывал только шлагбаум. Впрочем, эта нехитрая преграда, тут же поднялась, пропуская нас внутрь.
– Сейчас пройдете в кабинет нашего начальника контрразведывательной службы, Пал Палыча, а потом подумаем, что с вами делать.
– И что мы будем делать у него?
– Просто побеседуете. – Спокойно сказал наш сопровождающий. Ни одна мышца на его лице не дрогнула, однако тело покрылось красной аурой.
Нет, так не пойдет.
«Контроль»
– Что делает Пал Палыч? – Спросил я, глядя в стеклянные глаза Дмитрия.
– Он ментально воздействует на людей, чтобы узнать о них все что нужно.
Под «контроль» значит берет. Нут уж, нам это не подходит.
– Веди нас к главному в вашем лагере. Проходи естественно, как обычно. Чтобы никто ничего не заподозрил.
Наш сопровождающий тут же отправился в другой подъезд. Пройти было легко. То ли его не любили, то ли боялись, но никто не останавливал. Идти пришлось не долго. Умения я обновил лишь однажды. Достижение «Волевой» давало мне несколько секунд форы, чтобы использовать умение до того как оно закончит свое действие.
– Войдите! – Прозвучал властный голос, и мы вошли в кабинет местного главы.
– Иваныч, тебе чего? – Седой, подтянутый мужчина сидел за столом, изучая бумаги. Он не сразу увидел нас, но когда второй раз поднял вопросительный взгляд на подчиненного, все же обратил на нас внимание. – Дима, ты почему молчишь, и кто это такие?
– Он под контролем. – Ответил я в тон мужчине. – Это вынужденная мера. Не люблю, знаете ли, быть под чужим контролем.
– Вот оно как. – Мужчина посмотрел на меня злым взглядом. – Убери контроль.
Стрелка на откате умения уже закончила свой ход, значит Иваныч скоро придет в себя.