Лэшер

Райс Энн

– Юрий, орден ожидает от вас полного подчинения. Он имеет право рассчитывать на вашу абсолютную лояльность.

В первый раз в голосе Столова проскользнули едва заметные нотки раздражения. Смяв салфетку, он бросил ее на стол. Грязная смятая салфетка на столе… Салфетка, покрытая темными пятнами кофе… Юрий не сводил с нее глаз.

– Юрий, – прежним спокойным и доброжелательным голосом произнес Столов, – за последние двое суток погибли несколько женщин. Исчезнувший доктор, Сэмюэль Ларкин, скорее всего, тоже мертв. Смерть Роуан Мэйфейр неизбежно наступит через несколько

недель. Старшины вправе рассчитывать, что в эту тревожную пору вы не доставите ордену лишних хлопот. Они никак не ожидали, что ваше поведение ляжет на их плечи дополнительным бременем. Впрочем, отступничество Эрона тоже стало для них неожиданностью.

– Отступничество?

– Ну, скажем так, опрометчивые и безрассудные поступки. Так или иначе, проблема состоит в том, что он не желает оставить семью Мэйфейр, которую ныне считает своей. Но Эрон – глубокий старик. И не способен бороться с Лэшером. С подобным грозным явлением ему никак не справиться!

В голосе Столова вновь прорвалась откровенная злоба Юрий откинулся на спинку стула и, по-прежнему глядя на салфетку, погрузился в размышления. Столов схватил салфетку, вытер рот и снова бросил на стол. Взгляд Юрия, казалось, был прикован к смятому кусочку ткани.

– Я хочу лично поговорить со старшинами, – произнес наконец Юрий. – Я хочу, чтобы они сами дали мне некоторые разъяснения. Хочу лично получить от них указания.

– Хорошо. Убедите Эрона уехать с вами. Отвезите его в Нью-Йорк. Я понимаю, вы устали. Если хотите, можете немного отдохнуть, только поставьте нас в известность о месте вашего пребывания. В Нью-Йорке вам предоставят возможность вступить в контакт со старшинами. У вас будет для этого достаточно времени. Все, что вы от них узнаете, вы сможете обсудить с Эроном. А потом вы должны вернуться в Лондон. Должны вернуться в Обитель.

Юрий резко поднялся. Свою салфетку он положил на стул.

– Вы хотите присутствовать при моем разговоре с Эроном? – спросил он.

– Я уже говорил вам, что мое присутствие необходимо, – откликнулся Столов. – Может, это и к лучшему, что вы приехали в Новый Орлеан. Потому что сам я не представляю, каким образом убедить Эрона уехать. Идемте. Думаю, настало время для моей с ним личной беседы.

– Вы хотите сказать, что еще не говорили с ним?

– Юрий, поверьте, у меня дел выше головы. А с Эроном сейчас весьма сложно связаться.

У входа в кафе их ожидала машина, вызывающе шикарный американский «линкольн». Внутри салон был обит серым бархатом. Стекла были такими темными, что казалось, будто весь мир вокруг внезапно погрузился в сумерки. Сквозь такие окна не слишком-то разглядишь город, подумал Юрий. За всю дорогу он не произнес ни слова. Мысли его были поглощены событиями, произошедшими много лет назад.

Тогда они с матерью отправились на поезде в Сербию. Поездка тянулась бесконечно долго. Перед тем как двинуться в путь, мать сделала ему необычный подарок. То был нож для колки льда, хотя тогда Юрий этого не знал. Длинный, острый, тонкий, как шило, с деревянной ручкой, покрытой облупившейся краской.

– Держи

его у себя, – сказала мать. – Когда понадобится, пустишь в дело. Просто вонзишь его врагу вот сюда…между ребер.

Каким гневом полыхали в те минуты ее темные глаза. А он, мальчишка, смотрел на мать с недоумением и испугом.

– Но разве у нас есть враги? – пролепетал он в ответ.

Что стало с тем ножом, Юрий не помнил. Скорее всего, он так и забыл его в поезде.

Похоже, он не оправдал надежд своей матери. Подвел ее, да и себя самого тоже. Сейчас, сидя в этой шикарной машине, которая мчалась плавно и беззвучно, он вдруг осознал, что при нем нет никакого оружия. Ни ножа для колки льда, ни даже обыкновенного, столового. Обычно Юрий носил с собой швейцарский военный нож, но на этот раз оставил его дома, так как ему предстоял долгий перелет через океан, а в самолет запрещено проносить даже такое оружие.

– После того как вы лично пообщаетесь со старшинами, вы непременно почувствуете себя увереннее, – донесся до него ровный голос Столова. – Вы можете рассказать им обо всем, что сочтете нужным. А они официально предложат вам вернуться в Обитель и возобновить свое членство в ордене.

Юрий перевел взгляд на Столова. В глухом черном плаще, над которым виднелась узкая полоска белоснежного воротничка, тот походил на священника. Большие белые руки, лежавшие на коленях, беспрестанно то сжимались в кулаки, то разжимались вновь.

Юрий насмешливо улыбнулся.

– Да, вы совершенно правы. В Амстердам наверняка уже послано множество факсов. Вы тщательно обдумали, как завоевать мое доверие.

– Юрий, прошу вас, не надо. – На непроницаемом лице Столова мелькнуло выражение искреннего беспокойства. – Вы нам нужны.

– В этом я не сомневаюсь, – отрезал Юрий. – Скоро мы приедем к Эрону?

– Через несколько минут. Расстояния в этом городе невелики. Еще немного – и будем на месте.

Юрий снял с бархатной стены черный микрофон.

– Водитель, – произнес он.

– Да, сэр.

– Пожалуйста, остановитесь у магазина, где продается оружие. Мне нужен пистолет. Вы знаете такой магазин? Он далеко отсюда?

– Ближайший магазин оружия находится на Саут-Рампарт-стрит.

– Замечательно. Отправляйтесь туда.

– Зачем вам так срочно понадобился пистолет? – сдвинув светлые брови, сокрушенно осведомился Столов.

– Так, маленькая прихоть, – усмехнулся Юрий. – Не волнуйтесь, я вас не слишком задержу.

На прилавках и витринах магазина на Саут-Рампарт-стрит был выставлен целый арсенал.

– У вас есть водительские права, выданные в штате Луизиана? – осведомился продавец.

Столов спокойно наблюдал, как Юрий выбирает пистолет. Почему-то это взбесило Юрия. Столов не имел никакого права глазеть на него.

– Без оружия я чувствую себя неуверенно, – взглянув на него, бросил Юрий. – Мне нужен пистолет с длинным стволом, – обратился он к продавцу. – Да, вот этот, «магнум», подойдет. И еще, пожалуйста, коробку патронов.

Он вытащил из кармана стодолларовые купюры и медленно пересчитал их.