Лесь
Шрифт:
— Стойте здесь и ждите, — приказал Януш. — И не стойте под дырой, потому что что-нибудь может упасть вниз. Я возьму верёвку и попробую где-нибудь её там укрепить. Хорошо, что мы взяли две… Ага, нужно завязать узлы!
С помощью верёвки постепенно преграду преодолели. Наверху весь персонал почувствовал, что у него нет больше сил и что он находится на пороге истерии. Дальнейшую дорогу преграждал свисающий, частью обваленный потолок, возле которого можно было протиснуться лишь с большим трудом. Незначительные следы указывали на то, что когда-то его поддерживали деревянные
— Шахта, — прошептал Каролек. — Говорите шёпотом…
— Лучше ничего не говорить, — прошептал Януш, — осторожность не помешает. Этот потолок висит на честном слове.
— Я пойду последней, — драматически шепнула Барбара. — Это все моя вина…
— Идиотка, — убеждённо шепнул Януш.
Ничего не шепчущий Лесь решительно взял Барбару за руку и толкнул её сразу за Янушем. С величайшей осторожностью, змеиными движениями, по одному, персонал протиснулся мимо руин. Едва составляющий боевое охранение сзади Каролек оказался возле товарищей, едва набрали в грудь тухлый воздух, чтобы с облегчением передохнуть, как что-то глухо стукнуло, и остатки потолка рухнули вниз. Щебень засыпал обратную дорогу окончательно.
— Успели в самый последний момент, — сказал Януш, идя дальше, все время вверх. — Теперь уже кончено, теперь мы должны идти туда вперёд во что бы то ни стало. Обратной дороги нет.
— У вас есть ещё силы? — безнадёжно спросил Каролек. — Может быть, отдохнуть немного?
— Ты хочешь тут уснуть? — удивился Лесь недовольно. — Мне кажется, что уже недалеко.
— Спать не спать, но хотя бы давайте напьёмся того кофе…
— Хорошо, пусть окончится этот подъем. Может быть вверху будет лучше?
Каменные ступени нерегулярно тянулись в бесконечность. Кое-где были натыканы что-то вроде лестничных площадок, от которых отходили ответвления коридора. Стрелок уже не было, но персонал бюро упорно взбирался вверх.
Ступени наконец кончились, и новый коридор, который показался в свете фонаря, позволил принять вертикальное положение. Полностью измученные первооткрыватели подкрепились кофе из термосов и сахаром вприкуску. Как вкус, так и запах сахара оставляли желать лучшего, ибо Каролеку не удалось предохранить его от отсырения. Но никто особенно не привередничал.
Дальнейший путь привёл в новую комнатку. Из комнатки вели коридоры в четыре стороны света. Стрелы отсутствовали. Персонал остановился в нерешительности.
— Ну, и что теперь? — спросил Лесь.
— У меня такое чувство, что где-то свежий воздух, — неуверенно произнесла Барбара. — Но я не знаю, откуда он дует.
— Снаружи.
— А где это — снаружи?
— Нужно зажечь свечу, — посоветовал Каролек. — Посмотрим, что будет делать огонёк.
Зажечь погребальную свечу оказалось не так просто. Находящиеся в карманах спички намокли и не хотели зажигаться ни за что. Несколько минут рассматривалась возможность получения искры от электрической батарейки в фонаре, потом вдруг Барбара издала крик и рванулась рукой к своим волосам.
— Падайте передо мной ниц! — решительно пожелала она. — Я, как только увидела воду, прицепила спички к волосам шпилькой. Сухие, как перец!
— Я
Загорелись три погребальные свечи. Их подняли вверх у выходов трех коридоров, ибо четвёртый, которым сюда пришли, в расчёт не входил. Только один огонёк показывал какую-то тенденцию к отклонению в середину помещения.
— Идёмте туда! Оттуда идёт свежий воздух! Кароль, на всякий случай отмечай мелом на стенах стрелки!..
Свежесть воздуха явно увеличивалась. Через несколько метров коридор сузился и снизился. Януш на четвереньках протиснулся через тесную дыру, и вот хромающая за ним Барбара увидела, что он странно дёргает ногой, при этом ей показалось, что он что-то кричит. На всякий случай она несколько попятилась и попала туфлей в Леся.
Януш торчал задом в отверстии, а руками изо всех сил старался удержаться за какой-то корень, чтобы не слететь по крутому поросшему травой склону, который не только увидел, но ощутил в непроглядной темени ночи.
— Люди, вышли! — радостно стонал он. — Пусть я подохну, вышли! Боже мой, вылез! Конец этим холерным пещерам!!!
— Что ты говоришь? Я не слышу! — допытывалась беспокойно Барбара. — Внимание, все назад! Опасность!
Лесь толкнул Каролека, вокруг которого было немного места.
— Что-то там происходит, я не пойму, — сказал он беспокойно. — Барбара толкается и кричит что-то.
Каролек перестал водить по стене мелом.
— Господи, может, быть обваливается что-то?!
Не понимая действий Януша, Барбара на всякий случай схватила его за дёргающуюся ногу. Януш повис на склоне головой вниз, фонарь выпал у него из рук, поехал вниз и погас. Держащая его за ногу Барбара вылезла наружу, захлебнулась счастьем, выпустила ногу и съехала за Янушем тоже. Высунувшийся за ними Лесь услышал внизу таинственную возню, внезапно дёрнулся и рухнул за товарищами. Последним прибыл Каролек.
Исцарапанный, помятый, переполненный счастьем и утехой персонал бюро сидел в уголке на крутом скалистом склоне, держась за какой-то пенёк.
— Ноги моей не будет ни в одном подвале больше, — торжественно провозгласила Барбара. — Я не хочу больше и слышать о пещерах! Пусть себе те туристы делают, что хотят, но без меня!
— Это было действительно чудо, — подтвердил Каролек. — И вообще, я не понимаю, как нам удалось выйти из всего этого живыми.
— Идиотам всегда везёт, — сказал Януш. — Я вам так скажу: если бы все мы были пьяными, то этот путь пробежали бы с песнями.
— Боже, как я голоден! — простонал Лесь.
— Где же мы находимся? — полюбопытствовал Каролек.
— Не все ли равно? Ясно, что на поверхности. Сориентируемся, когда рассветёт. Кстати, который час?
— Четверть второго, — ответила Барбара, освещая часы фонариком. — Глядите, мы были там почти шестнадцать часов.
— Мне казалось, что шестнадцать лет. Вероятно, на небе тучи, потому что чертовски темно…
— Послушайте, до рассвета ещё не менее три часа. Если пасмурно, то ещё больше. Мы же не будем здесь сидеть три часа без дела…