Лепестки на воде

Вудивисс Кэтлин

— Напрасно вы так презрительно относитесь к женщине, мистер Майерс, к тому же незнакомой, — возразил Гейдж, с трудом сдерживая гнев. Помедлив минуту, он овладел собой и добавил: — Моя служанка уже сделала все, что могла, но она не в состоянии помочь миссис Тейт.

Сэмюэл Майерс никогда не упускал случая подработать тем или иным способом, а тут ему сулили явную прибыль.

— Откуда мне знать, что вы привезете Энни обратно?

Гейдж понял, что ему придется предложить щедрый залог.

— Если хотите, я оставлю вам такую же сумму, какую

вы заплатили за нее. Сообщите мне размеры этой суммы и напишите расписку, пообещав вернуть залог, как только я привезу Энни обратно.

— Она обошлась мне в пятнадцать фунтов, — ехидно усмехнувшись, сообщил коротышка. — А за ее работу я хочу получить еще пять.

— Пять фунтов?! Побойтесь Бога! Я же увожу ее не на год!

— Пять фунтов, или разговор закончен. — Мистер Майерс с важным видом добавил: — У Энни много работы. Вам придется возместить убытки, которые я понесу за время ее отсутствия.

— За пять фунтов она должна пробыть у меня недели две, не меньше, — выдвинул собственное требование Гейдж.

Сэмюэл Майерс задумался.

— Пожалуй, две недели я обойдусь без нее, но предупреждаю: если вы не привезете ее обратно, деньги останутся у меня.

— Договорились, — подытожил Гейдж, чувствуя себя так, словно его только что надули. — Но мне нужна расписка — чтобы потом вы не говорили, будто я украл у вас Энни.

— Вы получите расписку, но она уйдет отсюда в той одежде, в которой пришла.

Гейдж оглянулся на Энни и подивился жадности Майерса: новое платье Энни походило на тряпку.

— Если хотите, можете уплатить за платье, — предложил Майерс.

— Платье оставьте у себя. У миссис Тейт найдется тряпье и получше.

Через несколько минут Гейдж устроился в повозке и направился к дому Тейтов в сопровождении Энни, одетой в свое платье — рваное, поношенное, но, к счастью, выстиранное.

Гейдж знал, что Шимейн обрадуется встрече с подругой, но самому ему было о чем поразмыслить: надо найти способ возместить убытки, поскольку он не мог вернуть служанку хозяину, который зверски избивал ее. Оставить Энни у себя тоже нельзя: с домашними делами вполне справлялась Шимейн, а кормить еще один рот он был не в состоянии. Тейты с удовольствием воспользуются помощью Энни, но не смогут выкупить ее: берегут каждый фартинг, чтобы дать сыновьям образование. Как поступить с Энни, Гейдж так и не придумал, но надеялся, что найдет выход позднее.

Сидящая рядом с ним Энни волновалась, как заботливая мать за свое дитя.

— Вы оставили врачу записку, чтобы он знал, где нас искать?

— Оставил, пока вы переодевались.

— И положили ее так, чтобы он сразу ее заметил?

— Да.

— Ее не найдет мистер Майерс?

— Я подсунул записку под дверь, а она заперта, — устав от расспросов, сообщил Гейдж.

— А если он не посмотрит под ноги? Ведь наш врач уже старый. Он сказал, что в следующую пятницу ему стукнет сорок пять лет.

По-видимому, доктор казался дряхлым стариком Энни, которой едва перевалило за двадцать.

— Энни, перестаньте

волноваться, — нетерпеливо велел Гейдж. — Вы замучили меня вопросами.

— Простите, мистер Торнтон, — пробормотала она. — Я только хотела убедиться, что врач приедет вовремя и поможет вашим друзьям. Я знаю, как принимать роды, умею лечить лихорадку и раны, но думаю, лучше будет, если женщину осмотрит ученый человек.

— Как бы там ни было, Энни, вы пробудете у Тейтов столько, сколько понадобится. Не надейтесь, что врач подоспеет вовремя. Ремси работает на меня. Он мой друг, и я хочу, чтобы вы как следует позаботились о его жене, и, если удастся, спасли ребенка. Для Ремси нет никого дороже жены и детей, понимаете?

— Как не понять, — робко отозвалась она.

— У Ремси есть маленький сын, за которым вам придется присмотреть, пока Колли не поправится, — добавил Гейдж, искоса взглянув на женщину.

Внезапное воодушевление Энни убедило его, что она не прочь взяться за такую работу. Она счастливо вздохнула и усердно закивала головой.

По прибытии к Тейтам Гейдж отправился разыскивать Шимейн и обнаружил ее хлопочущей в кухне. Он остановился у очага, пока Шимейн ставила в печку противень с булочками.

— Я привез женщину, которая поможет Колли, так что вы с Энди сможете вернуться домой вместе со мной.

— Мистер Тейт считает, что я наготовила еды на всех, — объяснила Шимейн, закрывая дверцу духовки. — Он мечтал, что вы останетесь пообедать с ним.

— Ладно, если он хочет, мы останемся.

Шимейн мягко улыбнулась:

— Ваше присутствие отвлечет Ремси, мистер Торнтон. С тех пор как вы уехали, он был вне себя, даже отказался вздремнуть, когда Колли полегчало. Сейчас он колет дрова на заднем дворе, лишь бы чем-нибудь занять себя. Пожалуй, ему станет спокойнее, если вы немного побудете с ним.

— Я сделаю все, что смогу, Шимейн, — пообещал Гейдж. — А вы пока проводите повитуху в спальню и познакомьте ее с Колли.

Шимейн удивленно взглянула на него, считая, что повитуха может представиться и сама, но, когда Гейдж отступил в сторону и показал, кого привез, Шимейн радостно вскрикнула и бросилась в объятия подруги.

— О Энни! Как я волновалась за тебя! — воскликнула она, не сдерживая слез. Крепко обняв худенькую женщину, Шимейн тут же разжала руки и отстранилась, чтобы взглянуть на нее, но радость на ее лице тут же померкла. Протянув руку, Шимейн нежно коснулась раздувшейся щеки. — Это сделал твой хозяин? Или ты упала?

Энни небрежно махнула рукой:

— А, пустое! Дай-ка мне лучше взглянуть на тебя. — Она оглядела Шимейн, взяла ее за руки и рассмеялась от радости. — Ты чудо! Просто чудо!

— Пойдем в спальню, познакомимся с Колли, — позвала Шимейн. — А потом расскажешь нам, как ты очутилась здесь.

— Рассказывать недолго: если бы твой хозяин не оставил в залог за меня двадцать фунтов, меня бы никогда не отпустили.

Шимейн повернулась к Энни:

— О чем ты говоришь? Мистер Торнтон купил тебя?