Лений
Шрифт:
Я снова отключаюсь.
Не знаю, сколько времени проходит, прежде чем я снова прихожу в себя. Дышать сложно. Что-то впечатывает меня в стену. Скосив глаза, я сижу, что рядом со мной к стене прижата Глория. Ее лицо залито слезами. Она жива. Этого достаточно.
Я пытаюсь впасть в транс, чтобы не чувствовать физической боли. У меня получается. Теперь я ничего не вижу, но все чувствую.
Что же за способность у Кари? Неужели она стихийка? И как ей удавалось так долго это скрывать? Теперь понятно, почему у нее было столько индивидуальных тренировок. Логично, что она не сдавала испытание
Кари удерживает живых и полуживых прижатыми к стенам. Здесь есть и ученики, и наставники. Они не могут ничего сделать, потому что прижаты слишком сильно. К сожалению, способности стихийцев в разы превосходят силы всех других магов, какими бы натренированными они ни были. Тем более, многим нужно делать какие-то движения, чтобы использовать свою силу. А Кари не дает пошевелиться вообще. Мне повезло, что я могу пользоваться своей способностью в любом положении. Возможно, это меня спасет.
Еще я успеваю рассмотреть картину. На ней нет Глории, Высшая Сила! Кари держат на руках, вознося к небесам, все ее подручные братья и друзья. А Лений стоит, нежно обняв Лотос. Я нахожусь рядом, как бы немного за их спиной. Бармаглот бы побрал этого художника, который видит истинные отношения! И я подумать не мог, что все так обернется! Бармаглотово логово!
Я чувствую, что Кари что-то кричит Лению, которого уже избили до полусмерти. Они его сведут с ума, если продолжат так же настойчиво копаться в его башке.
Лотос висит над землей. С каждой секундой Кари все увеличивает поток силы, а Лотос задыхается, потому что этот поток воздуха сделан только ради того, чтобы медленно лишить ее жизни на глазах у Ления.
Нужно что-то сделать. Сил у меня почти нет. Я пытаюсь перенаправить энергию, которую Кари направляет на Лотос, но поток идет слишком плотно, поэтому у меня не получается. Точнее, получается перенаправлять только маленькую его часть, на которую Кари увеличивает силу каждую секунду.
– Как ты мог, мерзавец! Ты меня не любил! Зачем тогда все это было?! Зачем! – вопит Кари.
– Кари! Подумай, что будет потом! Остановись! Ты не должна дать себя обнаружить! – пытается угомонить ее один из друзей подручных, за что получает сильный удар воздушным потоком, пробивает стену и вылетает наружу.
Почему никто не приходит нам на помощь? Я чувствую, что около здания собралось много мудрецов, но никто не может зайти внутрь. Неужели у Кари еще хватает сил, чтобы удерживать воздушную преграду? Как же, бармаглот ее дери, она сильна! А еще в ярости.
– Мне все равно! Я любила, а меня предали! И с кем? С вот этой вот соплячкой! Она даже на человека не похожа!
Кари снова усиливает поток, направленный на Ло, от злости, наверное. Я сдерживаю. Лотос может немножечко дышать. Она держится. Отлично. Но вот что мне делать с энергией? Куда ее перенаправить?
Я слышу, как рядом мычит Глория. Что она делает? Мы не должны привлекать к себе внимание. Я не могу открыть глаза, потому что тогда прекращу сдерживать поток энергии, направленный на Лотос. Я чувствую, что Глория изо всех сил прижимает к стене туфельку и ведет ее вверх. Отпускает. И делает это снова. Она пытается мне что-то сказать?
Ну-ка, Гео, пораскинь мозгами!
Люстры! Точно! И одна из них висит как раз над головой Кари. Отличная идея! Глория гениальна!
Я пытаюсь разжать кулак и показать ей большой палец, чтобы дать понять, что я догадался, о чем она. Каких же чудовищных усилий это стоит! Кари так сильно пригвоздила нас воздухом к стене. Высшая Сила, сколько сил нужно было Глории, чтобы проделать эти маленькие манипуляции ногой!
Ладно. Я начинаю перенаправлять энергию к люстре, но ее пока что слишком мало, чтобы снести люстру, но слишком много для бедной Лотос. Если я отпущу хоть чуть-чуть, она сразу задохнется. Даже совсем чуть-чуть. Но и люстру я так не собью. Как же быть! Как прекратить этот кошмар? Мои силы уже почти на исходе, а вот Кари, кажется, сейчас всесильна.
Но тут… Тут я слышу истошный крик Ления. Наверное, он отнял все его силы. Но, бармаглот его дери, зачем он это сделал?!
– Гео, спаси ее! Ты же энергик! Спаси ее!
– Ахаха, – громко смеется Кари, – тут где-то есть малыш Гео? Неужели ты впервые назвал его энергиком? Только тогда, когда это стало выгодно тебе, мерзавец!
– Я знал всегда, что он энергик! Я хотел дать ему стимул доказать это!
– Ахаха, наивный. Где же наш малыш Гео? Если он может спасти эту сучку, то мне придется с ним распрощаться.
Я чувствую, как Кари разворачивается ко мне. Как она злобно улыбается. Как она резко замахивается на меня свободной рукой. Я чувствую этот огромный поток энергии, который не просто пробьет стену и переломает нам с Глорией все кости. Этот поток не оставит от нас ни частички. Это мой последний шанс. Плевать, получится или нет. Прости меня, Лотос. Прости меня.
Я прекращаю перенаправлять энергию, которую Кари направляет на Лотос, из последних сил устанавливаю стену, о которую ударяется направленная в меня энергия. Часть мне удается перенаправить в эту злосчастную люстру, она тут же отрывается и накрывает собой Кари. Я падаю. Глория тоже. И Лотос. Нас больше ничто не держит.
Лотос? Жива ли она? Я не понимаю. Отпустив ее всего на мгновение, я мог дать ей умереть. Но может быть, она смогла справиться? Высшая Сила, прошу, пусть Лотос будет жива! Прошу!
У меня больше нет сил. Сознание мутнеет. Я ничего не вижу и ничего не чувствую. По телу разливается тепло. Но тут нить потерянного сознания кто-то хватает и отчаянно тянет меня обратно. Больно. Спустя какое-то время становится понятно, что я нахожусь в голове Глории, смотрю на мир ее глазами.
Глория держит меня за руку. В зал врываются мудрецы и наставники, но перед ними бегут несколько человек в черных плащах с фиолетовыми вставками.
Эти люди, у которых на руках почему-то только одна перчатка, поднимают люстру, достают из-под нее искалеченное тело Кари.
– Она жива, – кричат они. – Мы ее забираем.
Мудрецы не сопротивляются. Но Лений, наш Лений, стоящий из последних сил, с подбородка которого ручейком течет кровь, цепляется за рукав какого-то паренька в странной кепке, слишком молодого, выделяющегося среди остальных людей в плащах.
– Кто вы такие? Куда вы ее несете? На кого вы работаете? – кричит Лений.