Лекарство от лени
Шрифт:
Конечно, не за один присест — но пусть поскорее поймет, что школа — это еще далеко не мир, что школ может и должно быть еще много и очень разных...
И пусть узнает уверенно, что у нее вовсе нет обязанности быть хорошей ученицей, что она просто может быть ею, если захочет.
Я ей внушаю, что она уникальна, как и каждый человек. Что другой такой нет, и не надо себя с кем—то сравнивать. Что мы ее будем любить, как бы она ни ошибалась.
Это все правильно, только в школе могут действовать на нее внушения прямо противоположные.
Нужно узнать, откуда они исходят. Конкретно.
..придумываю всякие ритуалы, чтобы снизить страх перед школой. Заговариваем ручку, чтоб писала диктанты без ошибок.
А вот это уже ваша ошибка: идете на поводу оценочной зависимости девочки, вместо того, чтобы стараться эту зависимость всячески понижать.
Пускай ошибается, пускай учится ошибаться!
Я бы на вашем месте сказал: «Вот что, знаешь, пора научиться лениться. Пора уметь получать и
..занимается еще и в школе искусств, и по отношению к тем занятиям подобных симптомов не замечаем. Занятия там ей в радость.
Очень хорошо. И очень важно — понять, в чем же разница в атмосфере этой школы искусств и общей школы — понять и Маше, и вам.
В школе постоянные сомнения и неуверенность в себе, каждый день — потрясение..
Разберитесь решительно и конкретно — что и кто именно вызывает эти потрясения, и только тогда можно определять план действий.
Как вести себя, чтобы и к жизни подготовить ребенка, и комплексов не развить?
Если вы согласны с принципом: не ребенок для школы, а школа для ребенка, то сами поймете, как себя вести в разных частных случаях.
Уверены ли вы, что нынешняя школа «готовит к жизни»? Я наблюдаю обратное.
Как быть с младшей дочерью?.. Сказала, что не хочет ходить в школу, потому что ее там не будут любить.
Слабоволие — сила воли лентяя, неправильно понимаемая окружающими и\или им самим.
Ясно как пить дать: уже боится тяжелого оценочного климата школы — а поняла, что он тяжелый, неприветливый и жестокий, от старшей дочки.
Опять же: только совместно родители и школа могут убедить малышку, что школа — это тоже дом, где тебя готовы любить. Если школа этого не понимает, не хочет и не умеет, то грош с минусом ей цена. И главное, грош цена нам, которые в такую злую тупую машину, как ягненка на заклание, засовывают своего ребенка.
Мои детские невеселые воспоминания о том, как обращались в школе со мной, до сих пор лежат на душе мазутным пятном... Родители мои точно так же чувство вали себя бесправными и зависимыми от школы как от начальственного учреждения, как от власти.
Было это давно, но практически в постсоветских школах ничего не изменилось, а пожалуй, усугубилось.
Усвоим, наконец: школа — это не власть. Школа — оплаченный нашими налогами и живыми деньгами работник, нанятой специалист на зарплате — как и правительство, армия и милиция.
Пора это наконец всем миром понять!
ВЛ, ваш ответ состоял в основном из вопросов.. Мы с мужем постарались предельно честно ответить себе на эти вопросы, и возникло чувство, будто зажегся свет..
Вы пишете «У вас получается, что школа — какая—то отдельная, независимая от вас не сокрушимая данность». Точно, в моем восприятии это так. И я отдала своего ребенка в школу, «как ягненка на заклание». Когда Маша пошла в 1-й класс, я воспринимала это как неизбежную жертву системе и плакала украдкой, чтобы не видели дети..
Сама я никогда не умела быть плохой. Моя мама — учитель со стажем. Работа для нее все, и я не могла допустить, чтобы моей семье было стыдно за меня, поэтому была вечной зубрилой и отличницей.
Влияние мамы продолжается: забота об оценках очень остро проявляется у Маши именно после общения с бабушкой. Да и я сама, перейдя рубеж 30 лет, все еще не могу быть свободной от оценочной зависимости.
А что касается совместной работы со школой, то.. Да, действительно, сейчас школа для нее — целый мир. Уроки занимают большую часть дня, почти все подружки, как и Маша, отличницы. У нас маленький город, Маша учится в школе, считающейся лучшей..
Положительные изменения уже есть. Маша больше не сравнивает свои оценки с оценками подружек и уяснила, что не должна всегда быть лучшей. Поняла, что самостоятельность — это и ответственность, и свобода.. На днях сказала, что хочет к 8 Марта на свои карманные деньги купить мне ежедневник, вместе выбрать, какой мне понравится.
Она хочет, чтобы я записывала свои мечты на будущее и то, как они сбываются. Оказывается, наши дети очень многому могут научить нас, если мы сумеем их услышать..
Как-то раз Большой Растяпа сел случайно на горшок и нечаянно состряпал . про себя такой стишок:Жил да был Большой Растяпа. Все что ел, ронял он на пол, все что пил — на потолок — до него достать он мог и руками, и ногами, и ушами, и мозгами, и макушкой, и душой — потому что былБОЛЬШОЙ Надевал Большой Растяпа на нос — блин, на ногу — шляпу,аЭпилог. МАВЗОЛЕЙ ЛЕНИ
Когда не то со мною что-то, когда работать мне охота, и руки чешутся, и нос, и то запор, а то понос как полагается поэту, я принимаю позу эту и жду, пока пройдет напасть — чтоб не попасть работе в пасть.
Мир устроен по антиподному принципу: все на свете имеет противоположности, начиная с Господа Бога.
Лень тоже, само собой разумеется.
А поскольку, как убедились мы, видов лени на земле нашей — океан и маленькая тележка, противолень тоже должна быть безгранично многообразной.
ВЛ, как помочь мужу — трудоголику? Сегодня утром он сказал: «Все, я больше ничего не хочу — ни денег, ни работать, ни отдыхать. Все противно.» И слег, весь серый..
На семь минут слег, а потом убежал.
Много лет я пытаюсь безграмотно, но отчаянно любя, помогать ему. Но он не слышит меня: все мои просьбы, советы, угрозы, увещевания не воспринимаются — потому, что они мои. Услышит от другого — прислушается..
Мне страшно, боюсь за его здоровье. Работа у него на первом месте и на втором, и на третьем, как будто в жизни ничего больше не существует. Отпуск только когда есть на кого оставить работу, выходные подстроены под работу. Если надо на работу, не остановит ни своя болезнь, ни моя, ни сына..
Как ему объяснить, что жизнь идет и пройдет, что другой не будет? Что не единой работой жив человек, что работа не цель и не смысл жизни, что бы там ни вещали романтики—трудоголики, а только лишь средство?
У него есть здравый смысл, он поймет доходчивые слова. Только сказать их должен кто-то другой, не я. Даже вашу книгу «Нестандартный ребенок» он не прочитал только потому, что я восхищалась ею..