Лекарь
Шрифт:
— Ещё кое-что, — не унимался я, — Чёрный Герцог, вы помните его?
— А что не так с этим уродом? — бросил король раздражённо.
— Он мёртв, — просто ответил я, — я убил его. Хотелось бы знать, что за этим последует?
— Убил его? Ты? — король посмотрел на меня с явным недоверием, — прекрасно, а чего ты от меня хочешь?
— Я чувствую себя неуютно и боюсь наказания. Подозреваю, что убийство герцога в королевстве наказуемо.
Король расхохотался.
— Да! Наказуемо. Вот только представь. Этот герцог истребил всех своих родственников, чтобы получить наследство.
— Отойдёт вам? — предположил я.
— Именно, — воскликнул король, подойдя к карте, что висела на стене. — Если вассал умирает, не оставив мужского потомства, его земля отходит в королевский домен. Так что, представь себе, я тебя прощаю.
Он положил растопыренную ладонь на карту.
— И не только его. Земли его вассалов отойдут мне, кроме того, — он потыкал пальцами в карту, — трое мятежных баронов, здесь и здесь, окажутся в моей власти. Можно считать, что их уже нет, их земля — моя земля, а замки я сравняю с землёй в ближайшее время.
— Так что будет со мной? — не унимался я — действительно, полное прощение?
— Я же сказал, дарю тебе прощение, если хочешь, могу написать официальный указ с подписью и печатью. Ты мог бы опасаться кого-либо из его друзей или вассалов, но и это зря. Как ты догадываешься, его мало кто любил. Кому понравится иметь дело с человеком, который может тебя в любой момент изнасиловать или вздёрнуть на дыбу и посмотреть, какого цвета твои потроха? Или то и другое сразу в разном порядке? А такое случалось и не раз. Не только с простолюдинами, слугами и крестьянами. Рыцари, благородные господа страдали от причуд знатного чудовища. Ещё когда он не был герцогом, меня завалили жалобами. Так что, единственный человек, желающий тебя убить, — это мой брат. Но у него для этого и так поводов предостаточно, а завтра добавится ещё. Ступай к магам, не заставляй их ждать, а то они рассердятся и превратят тебя в жабу.
Академия магии находилась неподалёку от дворца. Мрачное здание из серого камня, которое можно было считать дополнительной цитаделью. Только опытный воин мог бы сказать, что высоченные стены отнюдь не предназначены для обороны. Скрыть секреты от посторонних, да, но не отбивать штурмы вражеских армий. Ворота находились в самом центре здания, имевшего в горизонтальной проекции форму восьмёрки. Ворота самые обычные, из досок, явно не предназначенные для ударов тараном.
Я постучал. В створке ворот сидел молодой человек, похожий на кришнаита. Тоже одет в балахон коричневого цвета, брит наголо и с таким же отсутствующим взглядом.
— Здравствуй, — сказал я ему, чтобы хоть как-то начать разговор.
— Добрый день, — отозвался он, — вы — тот самый доктор Вольдемар?
— Да, это я.
Створка ворот отворилась, не издав ни звука. «Кришнаит» поклонился мне и предложил следовать за ним. Я не отказывался. Мы вошли в главное здание и долго ходили по коридорам, переходя с этажа на этаж. Создавалось впечатление, что он специально
Посчитав, что нужды в нём более нет, «кришнаит» бесшумно удалился, а я, с опаской, взялся за ручку двери. Дверь отворилась, и я оказался в просторном помещении, где было довольно светло, только источник света остался мне неведом. Свет просто лился со всех сторон. За длинным столом, предназначенным для пиров или собраний, сидел человек неопределённого возраста. Он тоже был брит наголо, только одежда его напоминала монашеское одеяние. Грубый плащ с капюшоном, который был перетянут шнурком.
— Владимир? — бросил он, не оборачиваясь, — мы ждали тебя, проходи, садись.
Я подошёл и сел на один из роскошных резных стульев, что стояли вдоль стен.
— Как ты, наверное, понимаешь, нам есть о чём поговорить.
— Думаю, что да, — начал я и осёкся, он говорил со мной по-русски, на моём родном языке, который, по идее, знать не должен.
— Ты удивлён, что я знаю твой язык? Не нужно удивляться, ты не первый в нашем мире, просто судьба уготовила тебе непростой путь.
— Не первый?
— Разумеется, до тебя отмечены минимум двое. К сожалению, оба уже мертвы и ничем нам помочь не смогут. Более того, они ничем особым не обогатили наш мир, в отличие от тебя.
— А я?
— Нам известно об оружии, способном перевернуть мир, известно о механизмах, облегчающих работу человека, кроме того, ты, как доктор, спас немало жизней, используя лекарства из своего мира.
— Это замечательно, а что дальше?
— А дальше будет завтрашний обряд, где ты принесёшь клятву при большом стечении народа. Потом ты либо сгоришь, либо станешь героем и любимцем короля.
— Это мне известно, я готов. Мне хотелось бы знать.
— Что?
— О вас. В моём мире магии нет, только творения человеческого разума. Некоторые из них сопоставимы с магией, но в них нет ничего сверхъестественного.
— Совсем ничего?
— Любой, кто докажет, что умеет хоть что-нибудь магическое, станет богатым человеком, для него предназначена большая сумма денег, которую, тем не менее, никому ещё не отдали.
— Неприятно тебя расстраивать, но в нашем мире магии тоже нет.
— То есть, вы…
— Нет, мы никого не обманываем, если ты об этом. Магия просто ушла из мира. Совсем. Примерно шестьсот лет назад. Собственно, именно поэтому предок короля смог захватить власть. До того королевством правили маги, выбирая среди себе подобных старшего. Теперь у нас договор с королём, мы служим ему, а он помогает нам.
— Но если магии нет, чем вы занимаетесь?
— Я не сказал, что её нет совсем. Просто в природе магия иссякла. Представь, что вот прямо сейчас на земле иссякнут все месторождения золота и серебра. Человечество ведь не начнёт делать деньги из дерева. Ещё долго будут пользоваться тем, что накопили. Лишь потом, когда-нибудь придумают другое средство. Так и с магией. Составленные заклинания, наложенные чары, артефакты, созданные великими магами — всё это теперь в нашем ведомстве. Ты, наверное, знаешь, что за незаконное занятие магией полагается казнь?