Лекарь (СИ)
Шрифт:
– Что, собрал денежки и собираешься уйти? Парнишка, ты не прав. Ну-ка садись на место... С выигрышем не уходят, пока не отпустили. Парни, я сам с ним сыграю. Эй, наёмник, у меня есть золотая цепь - он достал из кармана внутри куртки здоровенную золотую цепь, толщиной в мизинец, заканчивающуюся медальоном - ставлю её против твоих всех монет. Он с грохотом кинул цепь на стол так, что задребезжали кружки и крошки полетели в стороны. Все вокруг затихли, а хозяин гостиницы закричал жалобно:
– Эй, эй, парни, мне не нужны неприятности! Кончайте игру, я стражу позову!
– Цыц - полуобернулся к нему солдат - щас не заткнёшься, я эту
– Играй. Я бросаю первым!
– Хорошо - но я смогу после этого встать и уйти? Ко мне не будет претензий? Вне зависимости от того, выиграю я или проиграю, я ухожу, договорились?
– Договорились. Не ссы. Уйдёшь.
Весь зал замер, глядя за поединком, только хозяин наклонился и что то шепнул кухонному мальчишке, после чего тот выскользнул за дверь и исчез.
Солдат достал из кармана свои кости, сменив прежние, погремел ими в стаканчике и кинул на стол - две шестёрки. Зал взорвался радостными криками. Бросил ещё раз - шестёрка и пятёрка. Ещё бросок - шестёрка и шестёрка! Он передал кости Владу:
– Ну что, наёмник, плакали твои денежки! Может и бросать не будешь? Сразу бабло отстегнёшь? Все радостно заржали и заговорили - ну Малюта, ну фартовый!
Влад спокойно принял кости и сказал:
– Да нет, лучше я немного помучаюсь. Лекарь почувствовал, что в этих костях что то не то, он не мог объяснить что, но кости были какие-то...ну не такие. Неправильные. Он улыбнулся и кинул первый раз три шестёрки. Ещё раз - три шестёрки. Ещё раз - три шестёрки. В гробовом молчании он ссыпал свои деньги в мешочек, забрал со стола цепь и поднялся со стула:
– Всем удачи, пока.
– Ста-яяяять! Шулер! Кости фальшивые!
– его недавний партнёр вцепился ему одной рукой за вырез кольчуги вверху, размахнулся как следует и врезал приезжему в лицо. Вернее попытался врезать, но почему-то промазал, его рука ушла за спину противника, а он провалился вперёд всем телом. Влад схватил его за руку, держащую за отворот кольчуги, вывернул её и припечатал буяна мордой в стол. Тот затих и обвис, лёжа грудью на столе и стоя коленями на полу. В снова наступившей тишине было слышно хриплое дыхание солдат и скрип отодвигаемого Владом стула. Потом кто то отчётливо сказал:
– Наших бьют! Вали его!
– и вся ватага толпой насела на Влада. Его оттеснили к стене, двое схватили за руки справа и слева, один держал сзади, поперёк туловища. Вырвав из-за пояса кистени, ещё двое начали молотить его в лицо, в грудь, в живот. Влад резко выпрямил ногу вперёд, один из молотильщиков улетел под столы, зажав пах и подвывая, потом лекарь напрягся, зацепил за предплечья двух справа и слева - они ломая столы и сбивая стулья, грохнулись кувырком в угол зала. Солдат сзади загнулся от боли в треснувших рёбрах - локоть Влада с хрустом врезался ему в бок. Ещё четверо противников налегли, размахивая стульями и скамейкой - скамейку он принял на предплечье, раздробив в щепки и ответным выпадом кулака сломав челюсть противнику. Остальные разлетелись как кегли, под ударами, когда у него вдруг потемнело в глазах, он зашатался, получил ещё один страшный удар дубинкой в затылок...лежа на полу, он только услышал чей-то голос:
– Это шулер, капитан! Его поймали, он стал наших метелить, вовремя вы прибыли! Его ещё приложить надо - вишь, шевелится, здоровый бугай. Ещё два удара погрузили его во тьму. Он очнулся в тесной камере,
– Ну что, наёмник, наделал дел? Нашулерствовал, потом побил стражников городской стражи на отдыхе, переломал им рёбра, челюсть сломал, нос, разгромил гостиницу. Тянет на каторгу, а? Что скажешь? Влад попытался сказать что то и только прошипел что то из дырки, на месте двух выбитых зубов - новые уже росли на их месте, но только показались из десны. Потом сосредоточился и сказал:
– Это всё ложь. Я выиграл, они не захотели отдавать, набросились на меня.
– И ты отметелил десять человек? Ты вообще кто такой, откуда взялся?
– Я личный телохранитель купца Панфилова, он нанял меня для охраны его и его сына. Сам я с севера. Прибыл накануне и остановился в этой гостинице. Было скучно, решил поиграть, вот и нарвался.
– Поиграть решил? А откуда кости фальшивые? Для игры притащил, от скуки?
– Какие кости? Я никаких костей не приносил!
– А вот эти!
– мужчина достал и показал на ладони какие-то кубики - эти кубики утяжелены с одной стороны, все говорят. Что ты ими и выигрывал!
– Да что за бред! Я вообще никаких костей не приносил! В общем - так. Сообщите Панфилову, что вы задержали меня и держите в тюрьме! И верните вещи - перстень с алмазом, кольчугу, оружие!
– Прямо сейчас вернём. Только вот переобуться надо мне. А то упаду бежамши - человек ехидно подмигнул ему и пошёл к двери.
– Господин, не знаю как вас там - сообщите Панфилову, что я тут. Иначе будут неприятности, гарантирую. У него влияния хватит, чтобы вам нагадить. А если сообщите - можете приобрести влиятельного друга. Человек остановился, подумал - на лице его отражалась усиленная мыслительная деятельность - а вдруг наёмник говорит правду, ссориться с Панфиловым, которому принадлежит четверть городских лавок - как то не хочется...в общем подумать надо. Он пошёл в караульное помещение и там, рассматривая побитых, охающих стражников, спросил:
– Кто стянул перстень с наёмника? Ну-ка быстро сюда, сучата! Мало того, что в пьяных разборках участвуете, так ещё потихоньку от начальника карманы обшариваете, уроды! С лавки поднялся чернявый молодой парень и угрюмо протянул перстень.
– Ух ты...перстенёк то...хммм...непростой это наёмник. Переведите-ка его пока в общую камеру, пусть там сидит. А ты, Афанасий, сбегай шеметом к Панфилову и спроси - не ждёт ли он какого-то охранника, опиши его внешность. Давайте, давайте - чего расселись?