Лекарь моего сердца
Шрифт:
Они были мне благодарны, они шли целенаправленно ко мне, а не к Роберту, и были готовы выполнять все мои назначения.
И как после таких речей отказываться от должности и сбегать в Брекенридж?
— Довольна собой? — прошептал разгневанный Роберт.
Да, я будто бы обрела второе дыхание. Я то полагала, что в Лавенхейме меня возненавидели.
— Или ты перестаешь игнорировать меня, или мы делим практику. Видно, — выдохнула, обращаясь к старшему лекарю, — что твои настойки им не помогают. У нас эпидемия. Открывайте третий этаж. Тяжело
Господин Уоррен не хотел соглашаться, по лицу было видно, но количество пациентов повергало в шок его седую голову. А если учитывать, что у всех на гландах виднелись признаки ангины, ему пришлось признать мою правоту. Ну, или по крайней мере сделать вид, что признать.
— И что с ними делать? — вопрошал он.
— Пока давать обильное питье. Вызови Эви, прикажи, чтобы надела маску, пользовалась отдельными приборами и постоянно мыла руки. А я пока вернусь в усадьбу, — вздохнула я.
Это было местами неправильно. Эви — молодая мама, которой чужие болезни вообще не уперлись. Но она оставалась талантливой медсестрой. Она не пройдет мимо, поможет. Даже обидится, если мы ее не позовем. За это я ее ценила.
Я не нашла причины этой повальной эпидемии, но заволновалась за жителей поместья. Александру нельзя заболеть. Вполне возможно, что эта хворь его и убьет, да и другим служащим добавит немало хлопот.
Одно радовало, мой организм привыкший. Сколько бы себя я ни проверяла, а я безумно страшилась пасть от детской, легкой болезни, это зло меня не брало.
Ворвавшись в здание, я кинула свои перчатки в камин и приказала дворецкому:
— С этих пор не экономим. Все перчатки в огонь, по дому ходим в повязках. Для каждого человека, включая прислугу, делаем свой комплект посуды. Это понятно?
— Да, леди, — спрятал виноватый взгляд мужчина.
— Что? — не укрылся от меня его грустный, протяжный вздох.
— Господин Бриленд, — начал он, вызвав в душе самые противоречивые чувства, — маленький господин Бриленд, наш Энтони, заболел и потерял сознание.
За эти пару недель Энтони освятил собой всю усадьбу. Мальчишка был тем еще проказником, вечно подставлял слуг, воровал сладкое, хулиганил. Но ему прощалось все. Не Александр был душой поместья, а его племянник. Тони обожали от мала до велика, баловали, играли с ним. Чего греха таить, этот ребенок забрался и в мое сердечко.
— И вы меня не позвали? — ошарашенно присвистнула я.
— Мне велели вас не беспокоить. К ночи прибудет господин Уоррен.
Я хлопнула дворецкого по плечу.
— Сделай все, как я сказала. Почаще проветривай его комнату, но чтобы в ней не было морозно, холодно. Если его отец или Роберт будут препятствовать, зови меня.
— Я все выполню леди, — кивнул мужчина.
Получив ответ, я поняла, что он так и поступит. Не знаю каким образом, но прислуга подчинялась мне. Я подозревала, что не обошлось без приказов Александра.
Быстро забежала в свою комнату, переоделась, умылась, протерла руки и подхватила
Ворвалась в комнату ребенка и присела на крае его кровати. Энтони спал, и я легонько коснулась его лба, стараясь не разбудить.
Конечно, он температурил, сильно вспотел под тяжелым одеялом и невольно постанывал. Я поджала губы, жалея мальчишку.
Уже вечерело, тяжелые портьеры были задернуты, а камин натоплен до предела. Я порывисто вскочила, убирая портьеру и распахивая створку одного из окон.
Энтони жил в старой части дома, самой древней, красивой, но где-то требующей ремонта. Ставни не поддавались, а когда сдвинулись, раздался такой звук, словно я распилила все личное крыло надвое.
— Что вы делаете? — на шум вбежал его волнующийся отец. — Саммер, это вы, — на мгновение он успокоился. — Тони было холодно.
— Конечно, — подтвердила я, вжимая голову в плечи и проверяя, спит ли еще мой маленький пациент, — но повышать температуру в комнате не будем. Ему нужен свежий воздух. Давно он дремлет?
— Несколько часов, — кратко сообщил Майкл. — Я хотел послать за вами, но мне сказали, что вы уже в госпитале.
— И что? Могли отправить Уэйда за мной или кого-то другого, из прислуги.
— Мой брат решил иначе, — ответил собеседник, — собирается к концу дня привезти сюда Уоррена.
Да, дворецкий любезно донес до меня животрепещущую новость.
Очень хотелось возмутиться. Я жила с ними, пусть и не совсем добровольно. Эти мужчины меня защищали от неведомо кого. Спасли от чудовищ. Я же должна их как-то отблагодарить за это. А то, что Его Светлость отказывается от моих услуг, покоробило до предела. Как целоваться, так никаких проблем, а как попросить помощи...
Наглец... и грубиян.
— Господин Уоррен сейчас очень занят, — произнесла задумчиво, представляя, какая суматоха творится в нашем госпитале, — да и мне пора. Я вернусь вечером, и еще раз осмотрю вашего сына.
Я не удержалась и подошла к мальчику, погладив мягкие завитки его волос.
— Саммер, — кашлянул внезапно Майкл и тоже сделал шаг ко мне.
— Что?
— Я что угодно сделаю ради Энтони. Пойду на любые жертвы, сделки. Он и брат — единственные родные люди, которые у меня остались. Вам неизвестно, но мать Тони я очень любил, и сын очень на нее похож.
Привычная невозмутимая маска, которой, кажется, славились все Бриленды, слетела с его лица. Майкл перестал выглядеть как суровый чиновник, властный аристократ. Во взгляде читалась обеспокоенность, истинная паника и безудержная тоска по почившей супруге. Мне неведомо из-за чего она погибла, но средний Бриленд продолжал по ней скорбеть.
— Мне не надо ничего обещать, — залепетала я, — во-первых, это моя работа, а во-вторых, к Энтони я и сама привязалась. Я лишь прошу, чтобы все мои назначения выполнялись неукоснительно. Слугам я все объяснила, дело за вами.