Лекарь моего сердца
Шрифт:
— Эви, ты беременна? Когда срок? Не сейчас ли?
Моя прямолинейность много чего усугубляла. И беседу с Эви нарушила.
— Я не ... — она подхватила живот. — Саммер, я не беременна!
— Точно? — спрыгнула со своего стула. — Эви, я же хочу помочь. Клянусь, никто не узнает.
Молния два раза в одно место не бьет. Я не должна ошибиться.
— Боги, как ты догадалась? — изумилась девушка.
— Давай потом я тебе в красках расскажу, — объявила ей. — Лучше скажи, как долго ты терпишь?
— С рассвета, —
— Одна? — тут я вспыхнула праведным гневом. — Куда одна? У тебя хлоазма, ты весь день на ногах. На что ты рассчитывала?
Ответить эта глупышка мне не успела. В мой кабинет вошел Роберт Уоррен. Горделиво провел плечом и спросил.
— Весь день бездельничали?
Только его и не хватало. Как ужасно, что я не могла дать ему от ворот поворот, а лучше врезать. В Терралии между аристократами драки не приняты, что говорить о женщинах. Меня и без того недолюбливают.
— Да, ваша слава и профессионализм так велики, что я диву даюсь, как вы в проем двери пролезли, — все равно не могла не язвить. — Но сейчас, будьте добры, покиньте мой кабинет.
— Что? — разозлился пожилой целитель. — Ваш кабинет? Вы, заносчивая вертихвостка, этот госпиталь мой, как и кабинет, как и все, что находится в стенах здания.
— Он наш, — напирала я. — Здание наше. Я имею столько же прав, сколько и вы. Меня сюда вызвали, выписали, сослали...
— Мой!
Позади раздался всплеск и жалостливый стон Эви.
— Саммер, кажется, — она очень запаниковала, — все!!!
Именно сейчас я пожалела о своем упрямстве, мне так хотелось дать отпор Роберту, что забота о девушке вылетела из головы. Я кукушка.
У нее отошли воды, на полу образовалась небольшая лужица, а платье, что она носила, намокло.
— Боги, Эви, ложись скорее на кушетку. Роберт, что вы стоите, принесите воды, — засуетилась я, раздавая приказы.
Мужчина явно растерялся. Опустил руки и сам уселся на свободный стул.
— Я не понимаю, не понимаю. Эви, что с тобой?
Меня его настрой сбивал, да и раздражало, когда под боком кто-то шепчет всякую чепуху.
— Либо уходите, либо несите воду и полотенца, — повторила я свое поручение. — Что непонятного? Эви рожает.
Секретарша к тому времени уже согнулась пополам, а я прытко метнулась к ней, чтобы распустить ее корсет.
— Эви... рожает... — не унимался господин Уоррен. — Эви, ты же не замужем?
Прозвучало с таким укором, что бедная сотрудница побледнела, а потом моментально покраснела.
Я зарычала. Роберт невыносим.
— Уходите! Вы нам мешаете! — топнула ногой, придавая большей уверенности голосу.
Будь я постарше и повыше, он бы не воспринимал меня, будто я предмет мебели. С внешностью в новом мире повезло, писаная красавица, но вот впечатление, что создаю...
— Я? — осклабился мужчина. Видимо, он собрался
И мы, не сговариваясь, повернулись к виновнице всего произошедшего.
К чести Эви, она позабыла про робость перед начальством. Держалась за живот, отпрянула подальше от старого маразматика.
— Вы ко мне не подходите... Никогда. Не трогайте меня.
— Эви! — он сдвинул кустистые брови.
— Саммер, пусть он уйдет!
Кто бы знал, что в пухляшке леди Лейк столько гонору. Она заверещала, как медведица, охраняющая свое потомство.
Роберту ничего не оставалось делать, как покинуть комнату. Но напоследок он тоже не удержался:
— Я этого так не оставлю. Какой позор, какая наглость. Вы, — ткнул в меня пальцем, — плохо на нее влияете. Сговорились. И Эви... — закачал он головой. — Рожать без мужа. Куда катятся нравы, нормы приличия.
Старалась не обращать внимания на его брюзжание. Пусть сцеживает яд, главное, чтобы не путался под ногами. Но меня немного беспокоило состояние моей роженицы.
Пользуясь магией, я высчитывала пульс у нее и у ребенка. Страдала, потому что из обезболивающих средств в этом мире существовал лишь лауданум. А поить Эви опиумной настойкой опасно как и для нее, так и для ее малыша.
Сама Эви постанывала и хватала меня за запястье.
— Саммер, меня возненавидят в городе, — плакалась она, еще больше вредя себе. — Роберт наверняка вышвырнет с работы.
— Почему, и успокойся? — погладила ее по медным волосам. — За что тебя могут возненавидеть? Ты такая добрая, услужливая.
— Роберт же сказал, я не замужем.
Она откинулась, чтобы переждать схватку. В этот же момент в кабинет три раза постучали. Я почти сразу догадалась, кто бы это мог быть.
Я вышла, перед этим проверив девушку, и, конечно, обнаружила перед собой Уэйда. Только он отличался передельной вежливостью и пунктуальностью в Лавенхейме.
— Что у вас происходит? — хмурился он. — Роберт утверждает, что ты его никуда не пускаешь, выставила, нагрубила, а внутри у тебя... — он замялся, — вот-вот разродится леди Лейк. Саммер, что за бред?
Окинув взглядом приемную, встретилась глазами со своим коллегой-соперником. Он о чем-то перешептывался с дочерью, облаченную в платье с цветами. Дейзи сияла, хитренько улыбалась, показывая стройный ряд белоснежных зубов.
Пришло осознание, что о родах Эви новость разнесется молниеносно. И да, для нее это позор.
Прогресс прогрессом, женщинам можно работать, но рожать без супруга — это как признаться в страшном преступлении.
— Уэйд, это не бред, а правда, — вздохнула я, отворачиваясь от вредной семейки. — Я буду тебе очень многим обязана, если ты окажешь мне и леди Лейк одну услугу.