Лекарь для дракона
Шрифт:
И, отдал приказ адьютанту написать домой, запросить последние новости.
Из Сартаиса я отправлялся в дальние гарнизоны, слишком длинная у нас была линия фронта, и это было то, что могло принести проблемы. Необходимо было лично проверить как там дела. Мне не понравилось, как слишком легко мильдорцы отступили. Возможно, что это какая-то хитрость, а если представить, что их агент в самом близком окружении, то становилось не по себе.
По возвращении решил сам заехать к лекарю Сайену, проверить, что там у него за сиделки, что мои коммандеры
Заодно надо проведать, когда он будет готов выпустить бригаду, попавшую в засаду в ущелье.
А сияющего Фарера я взял с собой, буду любоваться его расстроенной физиономией.
— Дер-генерал, — вытянулся Фарер, когда узнал, что мы уезжаем, — а надолго мы едем?
— На сколько надо, дер-коммандер, — резко ответил я, снова ощутив раздражение, и неожиданно почувствовал жар на висках.
Коснувшись рукой, обнаружил … чешую.
«Неужели последствия слишком частого употребления ариферма?» — мелькнула мысль.
Злоупотребление могло привести к внезапной остановке сердца, но никак к тому, чтобы вдруг начала вылезать чешуя,
Не стал больше дотрагиваться, чтобы не заострять внимания, и развернувшись ушёл, показывая, что разговор окончен. У себя в кабинете ещё раз осмотрел виски, чистые. Неужели померещилось?
Глава 15
После того как процедура трудоустройства и неожиданный ликбез завершились, я сразу приступила к обязанностям сиделки. По личному распоряжению лекаря Сайена меня приставили к палате того пожилого дракона. Я сначала изучила медкарту, или, как здесь называли, «карту здоровья». В карте было только короткое имя, без указания рода: барон Гилар Аронар.
Оказалось, что он действительно очень старый, ему было уже около четырёхсот пятидесяти лет. Я сначала ужаснулась и подумала, что в графе «возраст» ошибка. Но, разобрав несколько карт здоровья, поняла, что нет, не ошибка. Самому молодому дракону, находящемуся сейчас на лечении в госпитале, было девяносто пять лет.
Я почувствовала себя ребёнком в свои сорок и заглянула в свои документы, мне, а вернее, леди Амалии, было пятьдесят пять. Совершеннолетие у драконов наступало… в пятьдесят пять.
— Вот уроды, — пробормотала я насчёт опекунов. — Ну, я ещё до вас доберусь! — пообещала себе и тем странным существам, которые отправили девочку на смерть.
Барон Аронар был героическим дядькой. Он покинул армию в чине дер-коммандера, долгое время возглавлял местное ополчение, потому что до того, как на эту границу поставили военные гарнизоны, живущие здесь были вынуждены сами защищаться от набегов соседей.
Вот и сейчас он сопровождал своих людей, и они попали в какую-то засаду. В таком возрасте, в котором находился барон, было уже опасно пользоваться арифермом, минералом, который помогает дракону обратиться в зверя. Но другого выхода, чтобы защитить своих
Людей своих он спас, но жизненные силы свои израсходовал почти полностью. Сейчас он лежал в больнице, ему залечивали раны, но, как-то значительно продлить его жизнь уже было нельзя, он умирал.
Я видела, что ему нравилось общаться со мной. Он не стал меня спрашивать, откуда я или почему работаю в госпитале. Зато охотно рассказывал мне свою историю. В том числе и о дочери.
— У драконов очень почётно иметь дочь, — сказал барон, печально улыбнулся и добавил, — но она выросла и влюбилась.
Он помолчал, а потом рассказал:
— Я её очень любил, поэтому не стал мешать. Она вышла замуж по большой любви. Это очень хорошо, ведь в этом случае связь образуется почти со стопроцентной гарантией. И у них с мужем действительно образовалась парная связь.
Он надолго замолчал. Потом продолжил:
— Но её муж… он не уберёг её. И я считаю, что это его вина. Она ждала ребёнка, но что-то пошло не так. Она погибла вместе с ребёнкомм, так и не успев доносить.
— Какой кошмар, — только и смогла сказать я.
— Да. Я с тех пор не общаюсь с этим человеком. Я отдал ему своё сокровище, а он не смог его уберечь.
Я не стала спрашивать, кто это. Но когда я уже уходила, обратилась к барону, и увидела, что глаза у него были гораздо более живыми, чем утром, когда мы были на обходе.
Вечером лекарь Сайен не смог меня осмотреть, потому что его срочно вызвали к пациенту. Зато оставшийся вечер прошёл без происшествий. Я вышла из госпиталя не поздно и сразу увидела стоящую на противоположной стороне дороги повозку, на козлах сидел Нират.
Мы с ним достаточно быстро, успев до вечернего часа, доехали до дома.
Хотя лекарь Сайен и сказал мне, что работа в госпитале позволяет мне находиться на улице после вечернего часа, но оговорился, что лучше этим не злоупотреблять.
***
На следующее утро я приехала на работу тоже рано. Теперь у меня был допуск, и, просто приложив свой пропуск, я прошла через заднюю дверь. Даже не стала смотреть, что там у главного входа. Сразу нырнула в подсобное помещение, переоделась и приступила к своим обязанностям.
Первым делом я проведала барона, сделала ему чашку горячего напитка, посидела, поговорила с ним. Потом пришёл лекарь Сайен.
— Простите, — сказал он, — что не смог вчера вечером провести обследование. И мы договорились провести обследование сразу после обхода.
Лекарь Сайен попросил меня подойти в процедурную, она наверняка называлась по-другому, но я по привычке применяла знакомую терминологию.
Конечно, это была не просто процедурная, а скорее сказать, операционная. Как сказал лекарь Сайен, в этой комнате проводились магические исследования и операции, и поэтому она была специально экранирована от тех артефактов, которыми напичкан госпиталь, чтобы ничего не искажало лекарскую магию.