Легко!

Степанов Николай Викторович

В трапезную буквально втолкнули еще одного гостя. Он сел как раз на освободившийся стул, после чего был произнесен первый традиционный тост. «Опять пить за здоровье правителя Гадляндии?» – Я уже сделал резкий выдох, как вдруг взгляд упал на бокал Мирида. «Вода?» – желание «отметить» у меня как-то сразу пропало.

«Чтобы жить в этом мире легко (хотя „легко“ в данном случае можно и опустить), ни в коем случае не стоит расслабляться. Почему я решил, что Мирид лучше Дурангима? Методы у них наверняка одинаковые. Только этот еще и алкоголь не употребляет, чтобы всегда быть

начеку. Чем я хуже?»

Время ужина тянулось бесконечно долго. Сидевшие за столом напряженно поглядывали на прежнего наместника. Они все служили Дурангиму и теперь ожидали наказания за это от вернувшегося властителя. Алкоголь сегодня не брал никого, но пятеро чиновников через четверть часа почти одновременно рухнули вместе со стульями. На полу оказался и тот стул, на котором я сидел совсем недавно.

Никто, кроме меня, даже не обернулся на грохот. Все продолжали молча есть, словно ничего не случилось. Интересное сегодня застолье. Может, кто-нибудь сообразит позвать доктора?

Вместо врача в комнату вошли солдаты и быстро унесли пострадавших. Затем появились «официантки» и убрали столовые приборы выбывших.

– Им стало плохо? – спросил я у хозяина.

– Не волнуйся, теперь им уже никогда не будет плохо, – злорадно ответил он.

«И страна у вас Гадляндия, и сами вы гадляндцы, и поступаете как сволдчане!»

– У вас обычно именно так увольняют с работы? – Я посмотрел на свой бокал и мысленно похвалил за осторожность.

– Яд не в вине. Я не имею дурной привычки портить хорошие продукты, – перехватил мой взгляд наместник. – Фокус в столовых приборах. Любая из вилок по моему приказу может стать смертоносной.

Остатки аппетита пропали окончательно. Мне с трудом удалось дождаться первой смены блюд, после которой Мирид поднялся.

– Господа, мы с другом вынуждены вас покинуть. Но ужин в мою честь еще не окончен. Прошу, продолжайте веселиться.

Глядя на кислые физиономии присутствующих, так и хотелось спросить: кого хороним? Но хозяин приказал веселиться. Заиграла легкая музыка, закружились танцовщицы, а мы покинули трапезную.

Кабинет регента находился недалеко от моей комнаты, поэтому по пути я захватил корзинку с Узрандой. Не терпелось произвести долгожданный обмен.

– Присаживайся, – он указал на кресло возле входной двери, а сам направился к противоположной стене, где стоял рабочий стол. – Почему тебя так долго не было?

Начало беседы не понравилось сразу. Что за тон? Мне даже начальник на работе не рисковал задавать вопросы в таком тоне. Вот тебе и здравствуйте! «Напугать вздумал? Не выйдет».

– Конкретных сроков ты мне не называл. – Я опустился в мягкое кресло и спокойно продолжил: – Да и дело оказалось не из простых.

– Тем не менее ты опоздал! – На этот раз твердости в голосе поубавилось. – Этот сопляк вступил в свои права, после чего даже твоя спесивая Узранда не смогла бы мне помочь.

Так, Узранда уже моя? Хорошенькое дело! Может, в благодарность за то, что вытащил ее из болота, меня на ней заставят жениться? Ну и перспективы!

– Погоди, ты же говорил, она тебе нравится. При чем здесь помощь?

– Конечно,

нравится. Как средство для достижения моих целей. Да и баба она смазливая, хотя не краше других. Видал в моем дворце сколько цыпочек? Выбирай любую.

– Зачем они мне? Ты что, забыл? Мы договаривались: я приношу тебе Узранду, а ты возвращаешь дочь Хрумстыча. Знаешь, сколько мне пришлось пережить, чтобы выловить эту… женщину, – я кивнул в сторону корзинки.

Интересно, как Узранда воспринимает признания своего любовника? Спросить, что ли? Нет, рано. Он, похоже, не сомневается в том, кто находится в лягушачьей шкуре, а лицезреть бывшую королеву в человеческом обличье мне не хотелось. Мало ли что ей взбредет на ум.

– Ты хотя бы представляешь, как я пострадал из-за твоей медлительности? Доставь ты эту жабу на недельку раньше – я бы нашел способ ее расколдовать и мой подопечный никогда не стал градоначальником. Узранда знает много секретов древней магии. Она бы сумела справиться с заклинанием неуязвимости сосунка. Сколько же сил и времени я потратил, пытаясь устранить Дурангима, пока не узнал его тайну!

– Ты ведь сам чародей!

– Но не по древней магии. Тут нужна именно Узранда. Но и она могла одолеть защитные чары этого юнца только до его двадцатилетия! Ты опоздал, а Дурангим в одну ночь захватил бразды правления. Я едва успел схорониться от его прихвостней. До сих пор не могу понять, как он в обход стражи протащил в город неподвластных мне чародеев.

– Так он не арестовывал тебя?!

– Расторопности чуток не хватило, – усмехнулся Мирид.

– Выходит, меня тут все время водили за нос?!

– Конечно.

Мне так и хотелось бросить что-нибудь тяжелое в его самодовольную морду, едва сдержался. Следовало еще выяснить самое главное, но начал я издалека:

– А как наместник узнал о моем существовании? И для чего затащил в Гадляндию?

– Я посодействовал, – снова усмехнулся собеседник.

– Зачем? Ты же сказал, что я опоздал?

– Раз уж ты мне ничем не помог, пришлось выкручиваться самому. Хотя в моем новом положении это было непросто. – Мирид облокотился о стол и продолжил: – Как я выяснил в первые дни его правления, сосунок следил за мной во время нашей с тобой встречи. Он всерьез опасался незнакомца из ниоткуда. И я решил это использовать. Нужно было выманить Дурангима за город, где его легко могли схватить свурдунцы, с которыми я на тот момент договорился.

– Какая от этого польза? Одни схватят, другие выкупят. Он же, как ты говорил, неуязвим.

– Это неважно. Я заплатил столько денег, что его никогда бы не выпустили и он всю жизнь просидел бы в дикарском Свурдуне.

– Свурдунцы тоже опоздали? – спросил я.

– Нет. Они бы пришли вовремя, но ты, когда уже было не надо, вдруг подсуетился. Я тщательно подготовился: подкинул наместнику бумаги, в которых говорилось о посланнике с ценным грузом для меня, указал место, описал, где отыскать нужное заклинание переходного столба. Даже срок обозначил в три дня. Поддерживая столько времени переходной столб, он бы потратил всю свою колдовскую энергию.