Легко!
Шрифт:
Как только мы поднялись на пригорок, в нос резко ударил запах тухлой рыбы. С холма открывался вид на унылую серую равнину с бесчисленными бледными струйками поднимающегося пара. Солнце, еще не оторвавшееся от линии горизонта, подсвечивало многочисленные лужицы и серо-белые камни, от которых исходил пар.
– Перед вами самое опасное место нашего королевства, – сообщил Пияр, указывая на дымящиеся струйки.
– А Гнилые болота? – спросил Руен.
– Там хотя бы кряги выживают, а здесь – никого. Мертвая пустыня,
Спуск в долину представлял собой почти отвесную скалу. Ни дорожек, ни тропинок здесь не было и в помине.
– Увижу того, кто стащил у меня веревку, шею сверну, – выругался Брякун. – Тут же невозможно спуститься.
– Я знаю дорогу, – подал голос Руен. Он повернул направо. – Пойдем покажу.
«Дорога» представляла собой нагромождение булыжников, которые по извилистой траектории спускались к подножию утеса. На мой взгляд, вероятность переломать себе кости здесь была ничуть не меньше, чем в любом другом месте, но юный гид двигался довольно уверенно. Мы старались не отставать.
– Ты бывал тут раньше? – спросил Пияр мальчика.
– Да. После смерти родителей я пришел сюда, чтобы последовать за ними.
– И что же заставило тебя вернуться?
– Они мне не разрешили. Сказали, что я должен избавить поселок от сколопендры.
В этом проклятом месте, где воздух наполнен ядовитыми испарениями, и у взрослого человека могли возникнуть галлюцинации, а что уж говорить про ребенка. Видения заставили мальчика вернуться домой и указали цель в жизни. Что ожидало нас, трудно было даже предположить. Ясно одно – длительное пребывание здесь грозило полным оболваниванием с тяжкими последствиями.
– Куда идти? – Я коснулся плеча болотопроходца.
Он указал на северо-восток.
– Давайте поторопимся.
– Вы опасаетесь погони? Ее не будет, – поспешил успокоить Пияр. – Мозги колдунов не выдерживают тяжелого духа долины дольше пяти минут.
– Сейчас меня беспокоят не инфоры, а то, как дымятся здешние камни.
Мальчик как раз отколол ножом небольшой кусок белого минерала и бросил его в лужицу:
– Смотри!
Вода «закипела», и из нее повалил белесый пар.
В детстве мы тоже любили баловаться с карбидом кальция. Откуда его приносили старшие ребята, я не помню, но так они демонстрировали свою «волшебную силу», а мы, малышня, стояли разинув рты. Потом в старших классах нам разъяснили это «волшебство», создающее горючий газ – ацетилен. А в результате единственное знание школьной программы по химии осталось в памяти только благодаря детским шалостям.
– Больше так не делай, – отобрав нож, строго предупредил я ребенка. Юный экспериментатор явно не знал, что выделяющиеся газы взрывоопасны и вызывают отравление. – Всем прикрыть лицо!
Холодное оружие паренька как раз пригодилось для изготовления повязок.
Четверо путешественников, похожие на санитарных врачей в карантинной зоне (если бы одежда была белой) или на бойцов спецподразделения
– Ну и жара тут! – пожаловался Брякун. – Хоть бы одна тучка на небе появилась. Я скоро расплавлюсь.
– Ты еще дождика попроси, – с легкой иронией заметил я.
– Тоже не помешало бы. Пусть даже ливень – все лучше этого пекла.
– Ливня захотел? Ты что?! Забыл, как эти камушки ведут себя в воде? Да тут такое начнется…
– Алексей! – тревожно позвал шагавший сзади болотопроходец. – С юга показались облака. Подозрительно похожие на дождевые.
Я оглянулся:
– Брякун, твоя работа?
– Я нечаянно, – принялся оправдываться он, словно действительно имел отношение к появлению туч.
– Ладно, разбираться некогда. Теперь нас могут спасти только быстрые ноги.
Мы побежали от дождя. Причем не для того, чтобы не промокнуть, а чтобы не сгореть или не отравиться. Все у них здесь не как у людей!
Через несколько минут наше движение, естественно, замедлилось, а тучки, наоборот, усилили свой натиск, становясь все темнее и темнее. Когда сзади раздались первые громовые раскаты, у меня открылось второе дыхание, однако использовать его не удалось: Руен совсем выдохся, немногим от него отличались и Брякун с Пияром.
Я остановился. Когда руки и ноги не справляются с поставленной задачей, приходится на полную катушку подключать голову.
– Идите вперед, не ждите меня. Я догоню.
Брякун порывался остаться со мной.
– Ты хочешь, чтобы я тебя потом на ручках, как девушку, нес?
Угроза подействовала, и гранчанин побрел за аборигенами.
«Интересно… Ветер дует в одну сторону, а тучи движутся в другую. Почему? Непонятно. Правда, это нам только на пользу. Пожар, который обязательно возникнет от молнии при попадании в газ, будет распространяться не к нам, а от нас. Главное, чтобы он возник за спиной. Облака низкие. Ацетилена в ливень тут выделится столько, что нужно ожидать взрыв и резкий подъем температуры. Настолько резкий, что влажность понизится. Или нет? Если первое предположение верно, глядишь, и дождь прекратится, – обрывки разных мыслей прыгали, как шарики пинг-понга. – Огонек нужно успеть разжечь самим до того, как он возникнет от молнии».
Лужиц тут имелось предостаточно. Оставалось только отколоть куски карбида побольше и разбросать их по линии фронта надвигавшегося дождя, которая четко определялась по клубам поднимавшегося стеной пара.
Когда над бурлящими пузырьками заиграли синие язычки пламени, я дал волю своему второму дыханию. Полоса бледного пара подобралась совсем близко.
Шум наступающего дождя, шипение вырывающегося газа, топот собственных ног – все оборвалось в один миг вместе с оглушительным хлопком.