Легионы хаоса
Шрифт:
Изображение вскоре стало лучше. У Марго вдруг екнуло сердце: она разглядела книжные стеллажи библиотеки. Пара этого зеркала стояла в том же месте, откуда последний раз связывался Эдик. Правда, самого его в поле зрения не было.
– Надо подождать, – решила Марго. – Он ведь не может торчать перед своим зеркалом круглые сутки?
– Но и мы не можем слишком долго ждать, – отозвался муж. – Если окажется, что твой друг уехал…
– Нет! Он говорил, что никуда не выезжает, темные его держат на одном месте. Давайте ждать.
Сомнения
И все же чудо случилось. Правда, не сразу. Пришлось ждать несколько часов – невыносимо долгих. Энейцы возились с машинами, непрерывно вереща, Лури нескончаемо ходил взад-вперед, мрачнее тучи. Марго сидела в стороне от всех, ощущая нарастающую вину. За то, что дала всем надежду. Возможно, ложную.
– Госпожа! – прозвучал удивленный возглас Лимбо.
Марго вскочила, подбежала к энейцам. Всю поверхность зеркала занимала озабоченная физиономия Эдика. Он страшно гримасничал и составлял из пальцев замысловатые фигуры – видимо, пытался объяснить что-то энейцам. Затем он заметил взволнованную Марго.
Первую минуту они только радостно хохотали и пытались что-то изобразить на пальцах. Затем студент взял тетрадку и написал на ней: «Где ты?»
– Дайте мне что-нибудь, писать, быстрее! – крикнула Марго.
Энейцы забегали как заведенные и вскоре нашли ей какой-то обрывок – то ли тряпки, то ли кожи. Также дали что-то вроде пастельного мелка.
Марго принялась строчить – по-русски, как и Эдик. Лури с некоторым удивлением наблюдал за ней, наконец не выдержал.
– Что ты делаешь? Еще один тайный язык?
– Ага, такой тайный, что двести миллионов человек на нем говорят. Не лезь, пожалуйста, сбиваешь с мысли.
– Какие еще двести миллионов… – пробормотал Лури, но мешать не стал.
Он отошел и опять взялся нервно ходить туда-сюда. Энейцы поглядывали на него с некоторой робостью. Наконец, он не выдержал и вернулся к Марго.
– Что он хоть говорит, скажи!
– Да ничего хорошего… – пробормотала Марго, продолжая чирикать своим мелком. – Говорит, не настолько могущественный, чтобы экспедицию на Свалку пробить.
Лури даже затряс кулаками от досады.
– Подожди… но это не просто прогулка. Пусть он объяснит гурцорам, что мы нашли! Это же действующий центр управления! После Изначальных тут и не было никого.
Марго внимательно посмотрела на него.
– Думаешь, это их впечатлит?
– Ты еще спрашиваешь! Это вулкан живого темного знания. Пиши!
Лимбо в этот момент вдруг двинулся к Лури и даже что-то начал говорить, но Крег его остановил. Марго лишь отметила это краем взгляда, не обратив внимания.
– Ладно, – она пожала
– Как с неба свалилась… – всплеснул руками Лури.
Марго быстро настрочила студенту про управляющий центр и стратисы. Тот кое-что уточнил, и энейцам пришлось дополнять детали. Марго писала, уже плохо понимая смысл собственных слов.
Эдик на другом конце мира задумался, почесывая шею. Наконец одобрительно кивнул.
«Я все передам, – написал он. – Будьте на связи. И приготовьтесь побегать с этим зеркалом по башне, чтобы они сами, своими глазами все увидели».
Марго обернулась к Лури.
– Обещал помочь, – сказала она. – Он все им расскажет. Он постарается, как только может.
– Опять ждать… – Лури протяжно вздохнул. – Что ж, будем ждать.
…Марго разбудила его поздно ночью. Он подскочил, как пружина, словно только этого и ждал.
– Они согласны. Они высылают какой-то корабль, и там будут летающие машины. Нам нужно продержаться всего два-три дня.
– Три дня… – Лури вдруг начал хохотать как сумасшедший. – Ну, уж три дня как-нибудь продержимся! Никуда не денемся!
Марго почему-то было совсем не смешно. Она видела, как вдруг подернулись горечью лица энейцев.
Горечью и какой-то особой – застарелой и нескончаемой – тоской.
Была и еще одна новость, о которой Марго ничего не сказала мужу. Это было последнее, что написал Эдик на чистой странице тетрадки.
«Я нашел твоего сержантика. Он в порядке».
Глава 11
«Старость не радость», – бормотал про себя Петрович, когда сторожевики наконец выехали на дорогу, недавно проложенную среди песчаных холмов мыса Тан.
В пути он простыл и сейчас чувствовал себя скрипящей развалиной. Утешало только одно – до конечной цели оставалось совсем немного. Правда, что их там ждет, никто сказать не мог.
Петрович немного волновался. Он словно боялся встречи с площадями и кварталами, среди которых провел большую часть своих лет и которые в один момент превратились в чужеродный обломок на краю другого мира. Он опасался, что нахлынут какие-нибудь тяжелые и ненужные чувства – тоска, сентиментальность, а может, и вовсе депрессия.
Дорога оказалась вполне себе оживленной – тарахтели самоходы, скрипели повозки, перекрикивались погонщики. Сразу ощущалось, что жизнь тут кипит. И никакими революциями не пахнет. Иногда на вершинах холмов можно было увидеть патрули вурдов-наемников, но они всего лишь тихо несли службу.
– Гляди-ка! – воскликнул вдруг Петрович, едва не подскочив в седле.
Навстречу им катилась машина, но не местный самоход, а самая обычная «Нива», зеленая, с багажником на крыше. Через стекла виднелась целая орава энейцев, один ловко крутил руль.