Легионеры
Шрифт:
Ожидаемой пальбы не получилось, все конфликты, специально привлеченными «быками-мордоворотами», гасились в зародыше.
Братва, после того, как все запланированные мероприятия закончились, осталось весьма довольна и угощением, и культурной программой с песнями, танцами, да молодыми проститутками. Для желающих было и нюхнуть, и уколоться. Никто не осудит. Жизнь вора сложная и тяжелая штука, он сам вправе ею распоряжаться.
Такая же непростая жизнь у сотрудников спецслужб, о чем и говорить не приходиться. Как бы противовес тяжелой воровской
Рысака короновали в законные воры, без сучка и задоринки. Единогласно. Многие из присутствующих знали его лично. Всем было известно, что он сейчас «чалится»» на зоне и его личное появление на сходняке, вызвало удивление и восхищение.
Молодец пацан, не побоялся, явился сам, проявил к людям уважение. Впрочем, московские воры хотели поговорить о странной случайности, совпавшей по времени с его арестом, с одной стороны и убийством Мордана, с другой.
Однако, после рассказанной красивой эпопеи о похождениях и геройствах кандидата, в борьбе за достижение воровских идеалов, (чему были свидетели, видевшие своими глазами его молодое, прострелянное тело), интерес к таким совпадениям, потускнел и затерся.
Водки и вкусной закуски было еще на десять таких сходняков. Но, странное воровское правило, водкой особо не увлекаться, сыграло свою роль. По крайней мере, за столом, в присутствии всей братвы, напиваться, считалось не совсем правильно и могло расцениваться другими, как проявление к ним неуважения. Для вновь избранного было сделано исключение, но и он им не воспользовался. Понимал, что качество его новой, «коронованной» жизни после сегодняшнего дня изменилось.
В напутственном слове возведенному в высший воровской сан, один из самых авторитетных воров Байкал сказал:
«Смотри, бродяга, мы все за тебя сегодня, как бы поручились. Не подведи нас. Теперь ты, среди нас, как равный, среди равных. Будь здоров и помни, что отныне твоя семья, это все те, кого ты сейчас видишь. Мы верим в тебя»
На обратном пути в зону, он опять ехал в одной связке с представителем ФСБ, а может и не ФСБ? Какая в принципе разница.
Иван Петрович, «мухомор гребанный», поздравил его с «коронацией» и сообщил, что не все было так просто и гладко, с его выдвижением и посвящением в «рыцари фомки и отмычки».
Вор из Сибири, с достаточно часто встречающимся погонялом Синоним был одним из старейших авторитетов приехавших на сходняк. К его мнению прислушивались и с ним считались, именно он и высказал свои сомнения по его поводу. Но фактов не привел, а сослался на своего кореша, смотрящего в той зоне, где отбывал наказание Рысак. Мол молодой, это почти в тридцать-то лет, не
Много еще рассказал Иван Петрович, с усмешкой добавив, что если бы они, «читай ФСБ», были заинтересованы в смене смотрящих, то сделать это не составляет никакого труда. Слишком много на каждого накопилось бумажек, фотографий, кино- и видео- материалов. Особенно это касалось того, что на языке блатных называлось крысятничеством или иначе кражей у своих. Заключалось оно в том, что большая часть получаемых доходов, особенно от торговли наркотиками, скрывалась ими и шла не в воровской общак, а наличные нужды.
Дорога обратно была длинной. Обстоятельный разговор у них продолжился. Иван Петрович отечески (ага, пожалела кошка мышку) посоветовал Колюне, по возвращении на место, особо на рожон, с остающимся смотрящим зоны Данилой Белокаменным не лезть. Тот считался вором хитрым и очень злопамятным. А также, опасаться с его стороны провокаций. Прошел-де слушок, что Данила заявил одному из своих приближенных, что двум медведям в одной берлоге не ужиться. И что готовиться новому «законнику», теплый прием с разными сюрпризами.
Со своей, — понимай, феэсбешной стороны, Иван Петрович пообещал прикрыть его, теми силами, которыми они располагали в лагере.
На прощание Иван Петрович шепнул ему пару интересных слов, по которым он сможет определить человека пришедшего от него либо выявить провокатора ссылающегося на контору.
Зона встретила Рысака торжественно. Данила при всех очень тепло поздравил. После таких дружеских объятий, остается незабываемое ощущение того, что как будто со Змей-Горынычем обнимался. Остается только дух перевести, и порадоваться, что он тебя сразу не съел.
Рысак не подкачал. Братву с нетерпением ожидающую его возвращения, не обидел. Выставил угощение, за которое ему стыдно не было.
В который раз Рысак убедился в силе денег. Надо было угостить братву? Тут же, на строго охраняемой зоне появилась и водка, и закуска. Подбросили даже наркоты. И все они — деньги. Вопросы участия в таких мероприятиях оперчасти им не рассматривались.
«Бойтесь данайцев дары приносящих» — в переносном смысле (без детального изучения Гомера и Вергилия) это означало для размякшего от счастья Коли Коломийца, только одно, то, о чем его предупреждал гражданин начальник.
Когда было выпито достаточно и все тосты произнесены. Сидели молча. «Шестерки» сварили чифирь. После пары глотков, ощущение было такое, как будто и водки не пили. Так прояснилось.
В отдельном закутке, где жил Данила, стояла печка. Любил он перед сном посмотреть на огонь и подумать о своем хозяйстве. Именно там, как радушный хозяин он и принимал новоиспеченного законника. Там у него имелась качественная аппаратура для прослушивания и просмотра CD-дисков. Чтобы обидно не было, такой же Hi-Fi стоял в кабинете у «хозяина», начальника колонии.