Легион Грома
Шрифт:
Мерсадион неловко застыл, не осмеливаясь заговорить. Королева была занята изучением древних томов и пожелтевших карт. Рядом с нею лежала раскрытая массивная, с металлическими застежками, книга. Мерсадиону, как и прежде, бросилась в глаза противоестественная длина пальцев Дженнесты — впечатление, усиливавшееся непомерно длинными ногтями. Не поднимая глаз, она произнесла:
— Проходи, чувствуй себя как дома.
А вот это никому в ее присутствии не удавалось. Мерсадион слегка расслабился, но слишком усердствовать в этом не стал.
Королева продолжала изучать книгу. Неловкое
— Ты любопытен, генерал, — это был не вопрос.
— Мэм ?.. — неуверенно, помня о ее непредсказуемости, отозвался Мерсадион.
— У меня, как и у тебя, много различных видов оружия. Это одно из них.
Генерал бросил взгляд на заваленный книгами стол.
— Ваше величество?..
— Оно не режет, не пронзает и не рубит, но не менее могущественно, чем любой меч.
Орк смотрел непонимающе. Заметив это, королева добавила:
— Что вверху, то и внизу, Мерсадион… Влияние небесных тел на наши дела.
Чувствовалось, что ее терпение истощается. И тут до него дошло.
— А-а-а, звезды…
— Звезды, — подтвердила она. — Точнее, солнце, луна и другие миры в их отношении к нашему миру.
Разговор становился для генерала слишком сложным, но признаваться в этом не стоило. Мерсадион молчал и надеялся, что сохраняет приличествующий случаю внимательный вид.
— Вот, — продолжала Дженнеста, хлопнув ладонью по одной из карт, — дополнительное орудие в нашей охоте на Росомах.
— Как это, миледи?
— Подобное нелегко объяснить… слаборазвитым.
От банальности оскорбления генерал испытал почти облегчение. Так-то лучше, а то он уже узнавать ее перестал…
— Положение небесных тел определяет не только характер личности, но и грядущие события, — принялась объяснять королева. — Характер формируется в момент рождения, в соответствии с тем, какие из сфер в данный момент находятся в небе. Космические колеса вращаются медленно и с чрезвычайной точностью. — Она потянулась за свитком. — Я приказала доставить свидетельства о рождении командиров Росомах. Разумеется, нижние чины во внимание принимать не стоит. Теперь я могу составить натальную карту для каждого офицера и узнать самую суть их характеров.
— Что такое натальные карты, ваше величество?
Она вздохнула. А он испугался, что перегнул.
— Ты знаешь, что такое натальные карты, Мерсадион, — даже если ты никогда не слышал, чтобы их так называли. Не станешь же ты убеждать меня, что незнаком с такими названиями, как Гадюка, Морской Козел или Стрелок…
— Конечно, нет, мэм. Вы о гороскопах.
— Для черни — да. Но по своей сути эта дисциплина гораздо глубже, чем тот бред, который несут заклинатели на рыночной площади. Они позорят искусство.
Мерсадион счел за лучшее промолчать и ограничился кивком.
— Гороскопы Росомах помогают нам разобраться в их характерах, — продолжила Дженнеста, — а также предвидеть, как они поведут себя в тех или иных
— Мэм…
— Сержант Хаскер родился под созвездием Длиннорога. Из чего вытекают тупость, упрямеество, порывистость, склонность в экстремальных ситуациях впадать в неистовство… Теперь сержант Джап, дворф. Его созвездие — Песенник. Воин с душой. Склонен вникать в мифическую сторону событий. Однако в равной мере одарен практичностью… Жизнью капрала Элфрея правит Блестящая Рыба. Следовательно, он может быть мечтательным. Склонен жить прошлым и, скорее всего, консервативен. Такой человек может обладать способностями к целительству… И наконец, капрал Коилла, женщина-орк. Она — Василиск. Вспыльчива, целеустремленна, склонна к безумной смелости. Но кроме того, еще и верный товарищ.
Дженнеста сделала паузу, достаточно долгую, чтобы дать возможность Мерсадиону высказаться.
— А как же их капитан, ваше величество? Страйк?
— В некотором смысле он из всего этого сброда самая интересная фигура. По гороскопу — Скарабей. Он правит всем мистическим, тайными откровениями и переменами. Кроме того, родившийся под этим знаком склонен к воинскому делу. — Королева убрала свечи, и свиток тут же скрутился. — Разумеется, это всего лишь грубые наброски, и влияние звезд ослабляется или усиливается многими факторами.
— Вы упоминали о грядущих событиях, ваше величество.
— Наши будущие пути проложены. На каждое действие есть противодействие, и это тоже предопределено .
— То есть все расписано заранее?
— Нет, не все. Боги дали нам дополнительную карту — свободную волю. Хотя я бы предпочла, чтобы это относилось не ко всем.
Осмелев от такой открытости, Мерсадион спросил:
— И что же вы узнали о будущем, мэм?
— Не слишком много. Чтобы составить более точные карты, мне понадобились бы сведения о точном времени и месте их рождения. Для простых орков такие детали не фиксируются.
Это было еще одно небрежное оскорбление, и Мерсадион сдержался.
— Заклинание, — продолжала Дженнеста, — попадает в цель только тогда, когда его произносят в самый подходящий момент.
Лицо генерала приняло озадаченное выражение.
— Не напрягайся, все равно не поймешь… Каким образом разрешится нынешняя ситуация, я сказать не могу. По крайней мере, большой точности не достичь. Но в случае с Росомахами я вижу кровь, пожары, смерть и войну. Их путь всегда рискован. Что бы они ни пытались достичь, шансы на успех у них очень малы.
— Поможет ли это найти их, ваше величество?
— Возможно. — Королева захлопнула книгу, и в сиянии свечей закружилась пыль. — К делу!.. Есть ли новости от охотников за удачей?
— Еще нет, ваше величество.
— Ну да, на это, пожалуй, и надеяться не стоило. Полагаю, у тебя есть новости получше… Что с подготовкой к завтрашним военным действиям?
— Три тысячи пехотинцев, вооруженные и с провизией, мэм. Ждут вашего слова.
— Начнем на рассвете. По крайней мере, одно удовольствие я получу — щелкну по носу кое-кому из Уни.