Легион Цербера
Шрифт:
«В конце концов, для покорения следующей планеты хватит половины набранного», — решил Кэрби.
Следующий мир, выбранный для покорения, мало чем отличался от Ра-Мира, чуть больше население, но все те же крестьяне. Города падут, а с ними склонят головы и фермеры. Вот там он уже сможет взять все триста тысяч человек.
— Сколько уже в накопителях?
— Сорок шесть тысяч человек, Повелитель, — подобострастно закивал Джеф Хавкинс, поглядывая на замеревших истуканами охранников.
Попросив
— Повелитель…
— В чем дело?
— Легат нашелся, Повелитель.
— Вот как? И что с ним?
— Ничего, Повелитель.
— Как так? Цел и здоров? Не ранен?
— Так точно, Повелитель.
— Ничего не понимаю… Вот так вот взял и нашелся?
— Его остановили на окраине города в машине…
— Пытался бежать?! — удивился Морфеус.
— Никак нет, Повелитель. Наоборот, въехать.
— Интересно… Где он сейчас?
— Внизу. Привести его сюда, Повелитель?
— Не нужно. Я уже закончил и могу спуститься сам…
Морфеус действительно вышел из занимаемого им кабинета президента и направился вниз, в огромный зал, заполненный его личной охраной. Легата Кэрби обнаружил стоящим посреди зала, без доспехов и оружия. Его разве что не связали.
— Повелитель… — склонился и встал на колено Рон Финист при виде своего верховного командира.
— Встань, легат… — остановился в десяти шагах от Финиста Морфеус. — Скажи мне, где ты пропадал все эти дни?
— Мне нет оправдания, но я находился в плену, Повелитель…
— Вот как?!
— Так точно, Повелитель.
— Как же это произошло?
— Я попытался догнать беглецов, уходивших на крышу, подумав, что это могут оказаться какие-то важные лица… В бою меня контузили… очнулся я уже связанным в какой-то деревне.
— Вот как? И как же ты сбежал?
— Втерся в доверие, завладел оружием и поспешил к вам, Повелитель, доложить о случившемся.
— Допустим… но вот о чем я подумал, легат, а не втираешься ли ты сейчас в МОЕ доверие?
— Повелитель? — вопросил Рон, состроив крайне удивленное выражение лица.
— Не обижайся, легат, но я должен это выяснить. Ты готов к проверке, легат?
— Так точно, Повелитель, — снова склонился Финист. — Я готов к любым проверкам.
— Хорошо…
Морфеус широко улыбнулся, видимо вспомнив что-то, что его развеселило или должно вот-вот изрядно повеселить.
— Сотник Прайс, — позвал Кэрби и сказал что-то на ухо подошедшему легионеру. — Приведите.
— Слушаюсь, Повелитель.
Пока убежавшие во главе с сотником легионеры вели пленника, Кэрби, вынув из своей кобуры пистолет, выщелкнул из магазина на пол все патроны, после чего один вставил обратно и вогнал магазин в рукоять и передернул затвор, досылая
Финист почувствовал неладное. Впрочем, убив не один десяток человек во время штурма, он не чувствовал больших проблем с тем, чтобы не застрелить кого — нибудь еще ради того, чтобы снова войти в круг доверенных лиц Повелителя и сделать с ним то, что он должен, чтобы искупить все свои грехи перед жителями Ра-Мира.
«Лучше пусть погибнет еще один, чем сто тысяч несчастных полягут в очередном штурме следующей планеты», — решил Рон.
Послышался шум, это привели пленника. Его поставили в трех метрах от Рона.
— Убей его, легат.
К такому Рон никак готов не был. Перед ним стоял его собственный отец. Финист понадеялся, что его лицо осталось бесстрастным, иначе он выдал себя с потрохами, и уже ничто не поможет ни ему, ни отцу, ни Ра-Миру… и даже Земле.
Сотник Прайс, взяв у Повелителя пистолет, передал его Рону. Охрана тут же взяла на прицел легата, готовая изрешетить его из десятка стволов, стоит ему только дернуть пистолетом не в ту сторону. Финист это отлично понимал и отверг мысль застрелить Морфеуса.
Чтобы доказать свою преданность Повелителю, ему оставалось только одно… Стрелять. И не просто стрелять, скажем, в плечо или в ногу. Выстрелить так — означало все равно, что не стрелять — расписаться в собственном предательстве.
Георгий Финист застыл, точно статуя, с расширенными от эмоционального шока глазами. Он, конечно, узнал собственного сына, пропавшего четыре года назад, но не мог поверить в то, кем он стал и что ему приказали сделать. Еще больше они округлились, когда услышал:
— Слушаюсь, Повелитель.
Рон твердо поднял пистолет и, молясь, чтобы отец не дернулся в ответственный момент, выстрелил ему в грудь чуть правее солнечного сплетения. Рон повидал много ран, смертельных и не очень. Таких, от которых мучаются, и таких, от которых валятся точно мертвые.
Сейчас он надеялся, что не промахнулся, и пуля прошла там, где и у легионера Тита, выжившего после сражения с мятежниками. Георгий Финист свалился и лежал, не шевелясь, а под ним на мраморном полу растекалась лужа крови.
В следующую секунду, преодолев нешуточное изумление, Кэрби Морфеус захлопал в ладони.
— Прости мне мои сомнения, легат. Принимай командование над Легионом.
— Слушаюсь, Повелитель.
Рон несколько поспешно взял протянутый ему одним из легионеров пояс с ножом в ножнах и фляжкой.
92
Морфеус собирался уходить, но его остановил Рон, снова вставший на колено, склонив голову в позе смирения.
— Повелитель…
— Что, мой верный цербер?