Легенды Ых-мифа
Шрифт:
Если жители долины Тыми в основном были рыбоедами, то жители лагун и заливов питались и рыбой и мясом морских зверей.
Как же добывали нерпу древние нивхи? Нерпы охотно вылезают на любой твердый предмет, способный держать их на плаву: будь то лед или бревно. И древний охотник использовал эту особенность морского зверя. Охотник мастерил парь — спаривал сухие бревна. Привязывал парь недалеко от берега, а сам долгими часами терпеливо сторожил за каким-нибудь прикрытием на берегу. В заливе всегда есть нерпы. Увидев парь, нерпа подплывала к нему, присматривалась и, убедившись в безопасности, вылезала
И тут охотник приступал к делу. У него в руках т'ла — длинное тонкое древко, выструганное из упругой лиственницы. Древко бывает длиной до тридцати и более метров. Оно заканчивается небольшой лопастью, направляющей удар. К лопасти прикрепляется гарпун, соединенный с ней сыромятным ремнем. Охотник, искусно владея т'ла, ведет его под водой и умелым движением руки мастерски направляет гарпун в нерпу.
Нерпы, преследуя рыбу, доходили до устья Тыми и тут обычно выходили полежать на парь какого-нибудь охотника и становились его добычей.
В верхней части Ныйского залива есть бухточка Т'лайзнд-хуты. Название идет от слова «т'ла».
Чуть ниже раньше стояло стойбище Эуд-во. Жители этого стойбища одни из немногих, кто владел неводами. Вязать сети — дело хлопотливое. Нивхи вязали сети из волокна крапивы. А крапива растет небольшими пучками — попробуй собери ее на невод. И владельцы невода — счастливые люди. А название стойбища произошло от вида занятия его жителя: эуд — метать невод.
ПОЧЕМУ ИСЧЕЗЛИ ВОЛКИ?
Нивхские старики в один голос утверждают, что в прошлом на Ых-мифе водились волки… Но сегодня на острове совсем нет волков. Нет, этих зверей там не уничтожили. Но их нет. Казалось бы, что для существования волков на острове есть все условия: остров покрыт тайгой, которая богата всяким зверем. Да и материк совсем рядом, а там волки до сих пор в обилии. Но, как ни странно, волков на острове нет!
А в прошлом они здесь водились. Говорят, от волков не было спасу. Зимой они нагоняли собачью упряжку и загрызали ездовых собак. И жители морского побережья ставили ловушки на этих быстроногих хищников. Лучшей ловушкой считался кказнг — двурожковый столб высотой около двух метров. На один рожок нанизывалась приманка. И волк, издали почуяв мясо, подходил к ловушке и, не подозревая опасности, в прыжке пытался достать приманку. Лапа в коленном утолщении попадала в развилку, и зверь повисал на столбе. Чем сильнее дергал зверь лапу, пытаясь освободиться, тем крепче ее сжимало между рожками.
На берегу залива Даги, что севернее Ныйского залива, есть бугор Кказнг-уланг. На этом бугре жители селения Лар-во и ставили ловушки на волков.
По какой-то причине волки ушли с острова. Правда, в Южно-Сахалинском краеведческом музее, есть чучело великолепного экземпляра. Несколько лет назад этот волк забежал с материка на северную оконечность Ых-мифа и был добыт нивхом Ялгуном. Но это единственный случай.
Почему же, все-таки на Ых-мифе нет волков? Есть предположение, что им не под силу толстый снежный покров, который устанавливается на острове с ноября и до конца весны. Но ведь раньше этот покров не страшил быстроногих хищников…
ДРЕВНЕЙШАЯ
Нивхи родами или группами сородичей заселяли обычно примечательные урочища Ых-мифа. Иногда расстояния между крупными стойбищами составляли много десятков километров. Но между ними на каком-нибудь острове или в устье какой-нибудь речки всегда можно было найти одиночный летник или зимник уединившегося нивха. Этими промежуточными станами нивхи пользовались как местом отдыха и ночлега в пути. И конечно, гость и хозяин делились вестями.
Через некоторое время этим же станом мог воспользоваться житель другого стойбища. И он вступал с хозяином в разговор, а тот в свою очередь передавал гостю услышанное от первого. И таким способом люди всего побережья обменивались вестями.
Расстояние между бывшим селением Лар-во и селением Чайво более тридцати километров. Между ними, в узком проливе, есть остров, который так и называется Кер-ивланг-ур — «Остров, имеющий вести». На лето сюда приезжал рыбачить кто-то с семьёй. И этот рыбак был посвящен во всё, что происходило на обоих заливах, и был проводником вестей из одного залива в другой и обратно.
Но не всегда вести ползли медленно и лениво. Иногда мирные, занятые повседневными хлопотами рыбаки и охотники могли увидеть на горизонте над голубыми лесами и над сверкающей гладью залива чёрный столб дыма. И тогда мирные люди вооружались лучшими луками и копьями и, объединённые единым порывом помочь попавшим в беду соседям, устремлялись на их зов… Вангалу — «Бухта битвы», Уанды — «Битва»… Эти названия сами за себя говорят.
Нивхи — миролюбивый народ. Они добродушно «приняли» на свои земли сперва ороков, а во второй половине девятнадцатого столетия другую группу тунгусо-маньчжуров — оленных эвенков. Между нивхами и тунгусскими родами сразу установились добрые отношения. Некоторые орокские рода вошли в родство с нивхами.
Нивхи соседствовали с довольно многочисленными племенами айнов, с которыми исторически сложились добрые отношения. Но время хранит в своей памяти отдельные печальные случаи столкновения между родами двух народностей — аборигенов Ых-мифа.
Но вот пришли на Дальний Восток хищники — промышленники и пираты — и столб Костра Беды всё чаще стал взмывать к небу…
КРЕМЕНЬ ДЛЯ КРЕСАЛА
Раньше нивхи добывали огонь ударами кресала о кремень. При этом лучшей «растопкой» служил высушенный гриб чага. При ударе кресала о кремень искру направляют так, чтобы она попала на гриб, который и начинал тлеть. Добытчик огня изо всех сил стремится раздуть из искорки уголек. Он до головокружения дует на то место гриба, куда падает искра.
Но вот появляется тоненький дымок, и добытчик огня видит чуть тлеющий алый уголек. Человек с новой силой, но уже аккуратно, чтобы не сбить зародившееся слабое пламя, раздувает огонь, и гриб загорается. Пламя переходит на тонкие сухие щепочки. И пройдет совсем немного времени, как запылает большой костер — источник тепла и жизни. В разных местах человек подбирал кремень. Но лучшими считались кремни, добытые на небольшом плато у реки Даги. Плато так и называется: Нгак-ивф чир — «Плато, где есть кремень».