Легенды Ых-мифа
Шрифт:
Поселилась красавица в то-рафе, живёт себе одна. Вокруг — лес: много дров. А проголодается — выйдет к реке, наловит всякой рыбы и — сыта.
Только и знает красавица ловить рыбу, готовить себе еду, потом ложиться спать. А спать она любила подолгу: ей нравилось видеть красивые сны.
И ещё она выходила на реку, когда наступала хорошая погода. Она глядела на воду, долго причёсывалась, засматривалась на свое отражение и, тихо улыбнувшись своей красоте, возвращалась в то-раф спать.
Однажды пошла она на марь собирать
Обозлилась красавица, ушла к себе в то-раф.
На другой день снова пошла на марь — уж очень вкусна морошка. Ходила она по мари за ягодой, увидела на краю мари мужчину.
Совсем обозлилась красавица, повернулась к нему спиной и ушла к себе в то-раф.
Прошло ещё несколько дней. Девушка боялась, что вся морошка повянет и ссыплется, — пошла собирать её. Ходила она по мари, наклонялась за ягодой.
Наклонилась — поднялась: увидела под кустом кедрового стланика голого младенца. Младенец лежал беспомощный, только шевелил ручонками и ножками.
Подбежала красавица к младенцу, схватила его на руки, отнесла к себе в то-раф.
Вырезала она бересту, сшила из нее тякк — люльку, привязала люльку к жердинке на потолке.
Кормила красавица ребёнка грудью, приговаривала:
— Мой бедный младенец, без отца, без матери. Вот мой мытик (Мытик — грудь.). Ешь и расти быстро.
А младенец хватает грудь руками, сосёт жадно и больно кусает. «Неужели у младенца есть зубы?» — подумала красавица.
А младенец сосёт грудь и растёт быстро. Вот он уже сам раскачивается в тякке.
Как-то принесла красавица юколы — вяленой кеты. Принесла, положила на столик и по какой-то надобности вышла. Вернулась в жилище — смотрит: от юколы остались обгрызенные куски. А младенец висит в своей люльке и раскачивается.
Принесла красавица ещё юколы, положила на столик, вышла. А сама приникла к щели в двери. И увидела: младенец быстро развязался, спрыгнул с люльки, подбежал к столику, схватил юколу, и от юколы только крошки полетели.
Младенец жевал, как голодная собака. Во рту у него мелькали длинные зубы.
Проглотил младенец всю юколу, вскочил в колыбель, быстро обвязался и стал раскачиваться.
Красавица испугалась. Но вошла в то-раф. А младенец плачет, просит грудь.
Красавица положила за пазуху гребень, камень для правки ножа. А младенец раскачивается, плачет.
Красавица выскочила из то-рафа и побежала что есть силы. Бежала она по берегу и думала:«Скорей бы к людям! Скорей бы к людям!» А сзади доносится:
— Ымыка! Мытик, мытик! (Мать! Грудь, грудь!)
Девушка оглянулась: бежит за ней младенец, толстый, большеголовый.
Ещё пуще побежала красавица. Но вот уже совсем рядом слышит:
— Ымыка! Мытик, мытик!
Тогда красавица бросила через голову гребешок. Только коснулся гребешок
Обрадовалась девушка, подумала:
«Теперь-то кинр не догонит меня». Подумала так и пошла медленней.
Но тут услышала совсем рядом:
— Ымыка! Мытик, мытик!
Выскочил кинр между деревьями. Красавица побежала сломя голову. Бежала, бежала она, но кинр не отстаёт от неё. Устала красавица. И тогда бросила через голову камень для правки ножа. Только коснулся камень земли — поднялась большая гора. «Теперь-то кинр не догонит меня», — подумала девушка и пошла медленней, чтобы унять сердце.
Но не успела она отдохнуть.
Опять услышала:
— Ымыка! Мытик, мытик!
Оглянулась: кинр быстро сбегает с вершины горы.
Побежала красавица. Бежала долго. И уже думала: «Наверно, умру от кинра», когда увидела горную речку, на берегу которой росли высокие тополя.
Заметалась красавица, не зная, куда деваться. А кинр уже совсем рядом. И тогда вскочила красавица на высокий тополь, забралась на самую вершину.
А кинр подбежал к тополю и стал грызть комель. Бегает вокруг дерева — только щепки летят в разные стороны. И вот уже дерево раскачивается. Девушка просит:
— Повались, дерево, вершиной к другому берегу, дай мне дойти до людей.
Услышало дерево просьбу девушки, повалилось вершиной к другому берегу.
Только соскочила красавица на крутой берег, сильное течение подхватило тополь, развернуло и унесло вниз. Кинр остался на том берегу.
Прибежала красавица в стойбище, рассказала отцу-матери.
Те сказали:
— Это курнг наказал тебя за то, что ты хотела уйти от людей.
ДЕВУШКА И ВЕХР
В маленьком то-рафе на краю стойбища жили две сестры. Вместе спали, чтобы было теплей. Вместе ходили за дровами: одной боязно идти в лес. Но вот старшая сказала:
— Аска (Аска — обращение к младшим (брату или сестре).), сегодня я пойду посмотреть, поспела ли ягода. А ты сиди дома, укройся х'ухтом. Никому не отвечай.
Взяла старшая сестра тякк — берестовую посудинку, ушла в лес.
Младшая легла на понахнг (Понахнг — почетное место для гостей, нары.), укрылась х'ухтом с головой и не шевелится.
Прошло некоторое время. И девушка слышит: кто-то ходит вокруг то-рафа, ищет дверь. Потом потянул за дверной ремень, открыл дверь. Вошёл, обошёл очаг, молча присел на край понахнг.
А девушку распирает любопытство. Она тихонечко приподняла полу х'ухта, чтобы посмотреть, кто сидит рядом. И увидела большую женщину в богатом х'ухте. Волосы в две косы. Только во взгляде женщины что-то нечеловеческое, страшное. Девушка догадалась, что это вехр — злой дух.
Испугалась девушка, опустила полу х'ухта. Но вехр заметила движение.