Легенды Космодесанта

Каунтер Бен

— И что, ты делал это, потому что я зарезал тебя на Квинтусе?

— Отнюдь. — Демон воздел очи горе, и этот жест почему-то показался Кергису слишком человеческим. — Я лишь надеялся, что когда-нибудь расквитаюсь с тобой. Но моя цель была намного выше мелких дрязг. Я уже тысячи лет враг Белых Шрамов. Тебя это удивляет, Кергис? Я преследовал ваш орден еще до прихода Императора. Я давно знаю вашу планету и был знаком с вашим примархом.

— Вот теперь я вижу, что ты лжешь, — ответил демону Кергис. — Если бы ты и правда был таким могущественным противником,

я бы о тебе знал. Не забывай, Белые Шрамы по-своему расправляются со старыми врагами. Будь ты одним из них, тебя бы давно преследовали Магистры Охоты. В конце концов тебя бы убили, а в череп воткнули палицу и выставили его на дороге к Хум Карте, а твое имя включили в список для охоты.

— Мое имя? Так ты его не знаешь. Во всяком случае, настоящего имени. Я не всегда называл себя Нуллусом. Признаю, ты не найдешь упоминаний обо мне в анналах ордена или рассказах капелланов, но все, что я тебе сказал, — правда. Я старый враг Белых Шрамов, а может, и старейший.Я воевал с Джагатай-ханом на Чогорисе и со многими другими военачальниками поменьше из твоего мира. В старые времена, еще до становления Империума, твои предки знали меня, Кергис. Они называли меня Кагаяга. Уж этоимя ты должен знать.

Кергис снова ощутил шок. Демон был прав: имя было ему знакомо, хоть он и не слышал его больше столетия.

Кагаяга. Слово из старого чогорийского диалекта. Его буквальное значение — «шепот в темноте». В древнем фольклоре мира Кергиса так звали мифического монстра. Предания гласили, что он был невидимкой, бестелесным ужасом, духом, витавшим над равнинами и иногда проникавшим в сердца спящих людей, чтобы заставить их совершать злодеяния.

Даже сейчас чогорийские матери пугали своих отпрысков, говоря, что к ним придет Кагаяга, если они будут плохо себя вести. Сам Кергис с детства помнил истории о Кагаяге.

Это было невозможно. Кергис не мог понять, откуда демон узнал это имя, — он ни на секунду не поверил его словам. Кагаяги не существовало. Это фольклорный персонаж, пугало для детей, старинное порождение народной фантазии.

Было ясно, что демон пытается обмануть и запугать его, взывая к его детским страхам. Но тут демон просчитался. Кергис был Белым Шрамом и Астартес, все свои страхи он давно перерос.

— Вижу, имя ты вспомнил, — сказал демон. — Я так и предполагал.

— Ты лжешь, — холодно ответил Кергис. — Кагаяга — всего лишь выдумка, которой пугают детей. Он не существует.

— Можешь убеждать себя в этом, если тебе так удобнее. — Улыбка демона стала еще высокомернее и невыносимее. — Но мы же оба знаем правду, так? Я — Кагаяга. Но я использовал столько имен, что теперь это не имеет значения. Я — Борчу. Я — Нуллус. Я — никто. Я лишь голос в твоей голове. Шепот в темноте.

Демон пододвинулся на шаг ближе и играючи перекинул топор из руки в руку.

— Мне нужно тело Белого Шрама, и у меня есть на то свои причины, — сказал он. — Тело бедняги Борчу так изуродовано, что я не смогу им пользоваться долго. Если бы ты

знал, сколько сил я потратил, удерживая труп от разложения и не давая внутренностям вывалиться на землю. Мне бы что-нибудь посвежее. Но впрочем, не слишком свежее. Я могу завладеть живым телом, но это чересчур сложно. Нужно найти моральный изъян, трещинку в душе жертвы, чтобы войти в нее. Нет, мне лучше подойдет свежеубитое тело. Например, твое.

И демон прыгнул вперед, снова атакуя.

Кергис был к этому готов. Он уклонился от первого взмаха топора и контратаковал, целясь в ноги противника. Драка продолжалась, удары сыпались градом со всех сторон, но ни один не достигал цели.

Противники были равны в мастерстве, но Кергис знал, что у демона есть преимущество. Кровь еще не пролилась, но он чувствовал, что исчадие варпа физически сильнее его. К тому же существо не знало усталости и, похоже, не ощущало боли.

Кергис был Астартес и обладал всеми достоинствами этой расы. Однако по природе он оставался лишь смертным человеком, а демон — существо темное, древнее и могущественное. Будь у него достаточно времени, он легко измотает противника.

Однако монстр явил и свою слабость. Пока он насмехался, Кергис обратил внимание, что демон слишком самонадеян. Опыт подсказывал ему, что он может воспользоваться этим недостатком, чтобы получить передышку.

— Ты становишься медлительным, Кергис, — сказал демон. — Последний удар ты едва отбил. Устаешь, а?

— Чувствую себя немного разбитым, это правда, — ответил Кергис, парируя очередной удар топора. — Но это объяснимо. Последний раз, когда я тебя убил, я был на мотоцикле. В этот же раз приходится слишком много бегать, и это сказывается.

— Если бы не мотоцикл, ты бы в тот раз меня не победил, — желчно прокомментировал демон. Может, он и не ощущал физической боли, но слова Кергиса явно его задели. — Нынче все будет по-другому.

— Согласен. — Кергис нанес удар. — Сегодня со мной нет армии Белых Шрамов. Меня не сопровождают лучшие воины на мотоциклах. Я один, и я пеший, это лишает меня преимущества. Но я не сдаю позиций. И вижу, что мой Хан был прав, отправив меня сюда одного. Бессмысленно тратить ресурсы и посылать за тобой целый отряд — это задание по зубам одному-единственному сержанту. — Кергис выдержал паузу, чтобы его колкие слова ненадолго повисли в воздухе, а затем вогнал нож. — Может, ты и правда Кагаяга. Страшилище, которым только детей пугать. Но больше ни на что ты не годен.

Его слова вызвали немедленную реакцию. Демон скорчил разъяренную гримасу и взмахнул топором, зажав его обеими руками и намереваясь развалить Кергиса пополам. Ожидая этого, Белый Шрам уклонился от сильного, но неуклюжего удара и ответил уколом снизу вверх.

Лезвие силового меча ткнуло демона в диафрагму и прорезало доспехи почти до плеча. Впервые отреагировав на боль, тот на мгновение потерял равновесие и упал на колени. Он попытался было встать на ноги, но тут меч блеснул еще раз.

— За Борчу! — сказал Кергис и снес демону голову.