Легенда Провидца

Анна Вик

Дэн плохо разбирался в медицине, а уж тем более в той ее части, что касалась Новейших болезней. В школе он, к своему глубокому сожалению, далеко не всегда был прилежным учеником, а потому уроки биологии, бывало, проводил и вовсе вне стен «храма знаний», гуляя с одноклассниками или сидя в местечках вроде «Deal with it!». Про эти самые Новейшие он узнал, когда одной из ее разновидностей заболела его бабушка. Симптомы у нее были схожи с теми, что только что описала Ванесса Стикс, так что, вероятнее всего, эта девушка, Трэйси, болела той же самой Новейшей, с которой под конец своих дней довелось столкнуться

Кэтрин Элиенс.

Насколько Дэн понял, чаще всего ею болели люди пожилые, с ослабленным иммунитетом. На несколько тысяч случаев лишь один приходился на возраст моложе сорока лет. Что же, Дэну стало искренне жаль бедную молодую женщину, потому как, к сожалению, разновидность эта была плохо исследована (на данный момент у Правительства не хватало средств на должное постоянное спонсирование, ибо случаи были не так часты, следовательно, Новейшие в приоритете расходной статьи государственного бюджета не числились), с трудом поддавалась лишь симптоматическому лечению, и чаще всего быстро прогрессировала и приводила к летальному исходу в течение одного месяца.

Казалось бы, думалось Дэну сразу после смерти единственного его родственника, человечество должно было бросить все свои силы на борьбу с этой болезнью, ведь она будто бы вопила: «Опасность! Опасность!», однако сигналы эти упорно игнорировались. Сам же Дэн упускал тогда из виду, это он осознал уже много позже, что у людей Правительства действительно находились дела поважнее, даже в мирное время. Человечество все еще не стояло твердо на ногах на почве планеты Цезарь.

«И теперь, уже, верно, никогда и не встанет!..» – тяжелые мысли вновь захлестнули Дэна.

– Ее стоит отправить в госпиталь, тебе не кажется? – голос Генри, хотя и совсем негромкий, вырвал на мгновение Дэна из пучины растерянности и отчаяния, в которую он начинал впадать. Однако спасение это казалось совсем временным, будто бы в стремительном потоке Дэниэл Элиенс смог ухватиться за тоненькое деревцо, мимо которого шел его путь, за деревце, ствол которого вот-вот грозился треснуть, позволив и дальше несчастному плыть в неизвестность и мрак.

Генри же, заметивший, кстати, эту перемену в состоянии своего гостя, очевидно, понимал всю тяжесть положения, и будучи главой Сообщества и хозяином дома, то есть на настоящий момент явным лидером среди всех собравшихся и находящихся на расстоянии ученых, осознавал, что его долгом в какой бы то ни было ситуации была постоянная инициация дальнейших действий «команды».

– Думаешь, я не предложила ей этого? – ответила Ванесса чуть раздраженно, быстро что-то нажимая на экране своего компьютера, функции которого, очевидно, совмещались с функциями планшета; она, должно быть, оповещала о происходящем и пыталась установить со всеми членами Сообщества одновременно. – Я, конечно, бываю иногда равнодушной, но не до такой степени, чтобы не поинтересоваться желаниями…

«Умирающей» – мысленно закончили за нее фразу все сидевшие за столом.

– Твою же… Это… Паршиво, просто паршиво, – вдруг сказал Глеб, которому больше на ум ничего кроме банальных ругательств не шло, а сдерживать их обилие в своей голове уже начинало становиться для него невыносимым. – И вполне, кстати, понятно, почему она не хочет в больницу. Ведь, как я слышал, в этом

Штате врачи ограничивают использование больными техники, всяких там телефонов-компьютеров. Так, Дэн?

В ответ Дэн кивнул.

– Но зачем ей техника, если родные могут к ней прилететь или приехать? – недоуменно спросил он, то ли обращаясь к Глебу, то ли к Генри с Ванессой.

– У нее нет родных, – поджала губы Ванесса, отведя взгляд от Дэна.

– Мне кажется, она просто не хочет быть оторванной от жизни, – предположил Глеб. – В смысле, от жизни Сообщества в том числе. Тем более что сейчас нам важен каждый день, а если она уедет туда… То уже никогда не узнает, чем все закончилось.

Дэн встретился глазами с приятелем и смог увидеть в них то, что, без сомнения, он испытывал сам в последние несколько минут: страх перед смертью. Причем перед молодой смертью. Внезапно за какие-то несколько часов он получил уже два известия, которые поставили его еще в больший тупик, чем в тот, в котором Дэн пребывал предыдущие две недели.

А еще страх смерти явно был неотделим от боли, это Дэн тоже точно знал. Так что тяжелые времена Сообществу предстояло, как он понял, пережить не только в связи с исследованием и использованием новых Порталов.

– Все готовы выйти на связь, – уведомила Ванесса.

– Значит, пусть выходят, – вздохнув, решительно одобрил всеобщий онлайн-разговор Генри. – Они нас будут видеть? Разверни-ка ноутбук, Несс.

– Да, сейчас я поставлю его даже чуть дальше…

На экране загорелись три маленьких «окошка» с изображениями в них двух мужчин и одной женщины.

«Неужели это – все Сообщество? – изумился про себя Дэн. – Как-то я представлял его себе, мягко говоря, чуть более людным».

– Слышно меня? – раздался громкий возглас из «окошка» прямо по середине экрана. Его «занимал» мужчина средних лет в аккуратных прямоугольных очках, одетый в красный, почему-то показавшийся Дэну рождественским, свитер. Он приветливо улыбнулся и помахал в камеру рукой.

– Слышно-слышно, Виктор – заверила его Ванесса, которая, однако, не смогла выдавить из себя ответной улыбки. – Кристен, ты с нами?

Женщина с медно-рыжими волосами, очень миловидная, чье изображение находилось в правом верхнем углу, ничего не ответила, однако, тоже быстрым движением помахала всем «присутствующим».

– Я тоже здесь, – откликнулось, наконец, третье из «окошек», которое принадлежало молодому парню, говорившему с явно русским акцентом. В команде еще один человек из матушки-России? Уж не знакомый ли это, часом, Глеба, о котором он как-то раз упоминал в интернет-разговоре? Его соседом в студенческом кампусе тоже был русский, который учился с ним на одном факультете.

Дэн попытался вспомнить, как его звали, мысленно перебирая профили в соцсетях, но имя напрочь вылетело из его головы.

– Денис, как там наша комната? – Глеб мгновенно оживился, обратившись к однокурснику. – Еще жива?

Точно, ведь он запомнил это имя как раз потому, что Дениса Глеб иногда тоже называл Дэном, и они с его соседом вечно не путали, к кому же Яковлев обращался во время разговора!

– Не беспокойся, Глеб, жива-здорова, – заверил его парень «на другом конце провода», улыбаясь. – Если хочешь, даже могу показать…