Легенда о Льюке
Шрифт:
— Буллоу Гарравей, старушка! Это я, Мышеплут! Фигура отделилась от плотины и, аккуратно рассекая воду, подплыла к ним со скоростью нападающей щуки. Чаггер чуть не свалился от изумления со своей ветки, когда большая мощная выдра вскочила на ствол ивы, как будто выброшенная из воды гигантской пружиной. Гонфф кинулся на шею выдре, занявшей собой чуть ли не все бревно, с радостным криком:
— Лягни меня лягушка! Да это же ее величество! Рад видеть тебя!
— Гонффо! Старый обжора! Да у тебя пузо — как
— Да мы бы и не подумали навещать тебя, если бы вонючкам не взбрело в их безмозглые головы поужинать нами. Так-то, подруга.
Гарравей Буллоу отбросила Гонффа, как сухой листок, и выпрямилась. Она оглядела Мартина с ног до головы и крепко пожала ему лапу:
— Уфф! Бьюсь об заклад: ты уложил нескольких горностаев, прежде чем приплыть сюда, с таким-то мечом! Ничего, парень, мои ребята им покажут!
И она, приложив лапу ко рту, пронзительно свистнула, созывая всех, кто был на плотине: '
— Вуппери-хуу! Это действительно вонючки! Разберитесь-ка с ними, пока они не удрали. А шкуры их пустим на шубки для наших детишек — зима на носу!
Как по волшебству, отовсюду стали появляться выдры — крупные, воинственные зверьки, татуированные от ушей до хвоста и вооруженные двузубыми копьями. Завывая и улюлюкая, они бросились в погоню за вонючками. Те в страхе пустились наутек. Дерево тем временем мягко ткнулось в плотину, и Гонфф представил своих друзей:
— Это Динни Кротоначальник, эту хорошенькую ежиху зовут Тримп, а хозяин того внушительного меча, очень серьезный, но далеко не такой симпатичный, как я, — Мартин Воитель, мой лучший друг. Друзья, познакомьтесь с Гарравей Буллоу, королевой Севера, то есть северных речных выдр!
Гарравей помогла им забраться на плотину, потом аккуратно прикрепила иву, на которой они приплыли, к сложному сооружению из дерева и грязи:
— Негоже пропадать хорошей древесине. Пусть укрепляет нашу плотину. Ну, пошли, Гонфф, и вы, друзья, тоже! Раз уж вонючки вами не пообедали, думаю, вы сами не прочь поужинать!
Гонфф, который общался с королевой запросто, громко расхохотался:
— Разве бывало такое, чтобы я не хотел есть? А сейчас я так голоден, что съел бы целую вареную выдру, только вот времени нет тебя готовить, Гарравей, так что веди нас!
— Эй, а это что еще за цветочек на дереве?
Тримп сняла крошечного бельчонка с ветки, где тот благополучно уснул. Он сонно помахал Гарравей лапкой:
— Привет! Меня зовут Чаггер. Я тоже хочу кушать!
Королева выдр посадила его на свое мощное плечо:
— Вы, господин Чаггер, я вижу, своего не упустите, а? Что ж, надеюсь, едите вы не много, так что найдем для вас кусочек. Правда, я не знаю, откуда вы родом и подойдет ли вам наша еда. Как это ты попался в лапы вонючкам, приятель?
Малыша прямо
— Я жил в лесу с бабушкой. Однажды она уснула. Я ее будил-будил, но она не проснулась. И тогда я стал сам по себе, а потом меня схватили вонючки. Но теперь у меня есть друзья: Мартин, Динни, Тримп и Гонфф. Ты ведь тоже мне друг, правда?
Гарравей быстро провела тыльной стороной лапы по глазам:
— Хотела бы я посмотреть на того, кто осмелится сказать, что я тебе не друг, Чаггер!
5
Амбар, или, вернее, нора, представлял собой просторную пещеру, вырытую в склоне берега, под большой старой березой. Узловатые, переплетенные корни березы образовывали потолок, стены, а на некоторых их них можно было сидеть. Пещера была ярко освещена огнем, что горел в очаге, сложенном из камней. По обе стороны от него стояли печи с котелками, висевшими на железных прутьях. Всюду сновали выдры, в основном дети и старики, так как взрослые все бросились в погоню за вонючками. Один старик, увидев Гарравей, отложил ложку, которую он вырезал из дерева, и сморщил нос:
— Почему мне не сказали, что там вонючки? Я бы взял свое копье и пошел со всеми. Ты, дочка, никогда ничего не говоришь мне!
Королева выдр одобрительно осмотрела почти готовую ложку:
— Отличная ложка, папаша. Уж ты-то в молодые годы задал этим тварям! А теперь лучше отдыхай да вырезай свои чудесные ложки. Нам нужно много ложек.
Старик вздохнул и снова вернулся к своему занятию:
— Еще бы, дочка! Все эти детеныши! Они, видишь ли, запускают ложки вместо корабликов, а ложки тонут.
Выдры-детеныши, затаив дыхание, следили за тем, как взрослая выдра, накрывая на стол к ужину, раскладывает ложки. Она погрозила им:
— После ужина пересчитаю ложки, и попадет вам, детеныши, если хоть одной не досчитаюсь!
Тут всеобщее спокойствие нарушили возгласы и топот вернувшихся воинов, голодных как волки, но опьяненных победой. Тримп оказалась зажатой между двумя здоровенными девицами-выдрами, которые шутили и толкались напропалую:
— Эй, подружка, ну-ка подвинься!
— Сама подвинься, толстуха!
Наконец после долгой возни, толчков и шутливых перебранок все расселись по местам, и огромный одноухий выдра спросил:
— Вуппер-хуу! Не пора ли нам подзаправиться? Королева Гарравей отрезвила его ледяным взглядом:
— Не раньше, чем мы услышим твой доклад, капитан Баруль.
Капитан ударил по полу своим мощным хвостом и подмигнул королеве:
— Ах, это! Нет больше мерзких вонючек — пожирателей детей! Мы их всех перебили!
Папаша посмотрел на него с сомнением:
— Откуда ты знаешь, что они перебиты все до одного? Одна из выдр выкрикнула: