Леди Зима

Махавкин Анатолий

Я!
– Магистр умолк, вскинув подбородок и незряче вглядываясь в пространство перед собой, - Я сумел нарушить планы Тёмного и поверг дьявола, уничтожив его власть над миром. Только мой приход сумел уберечь людей от жуткой участи, уготовленной им. И единственными, кто искренне оплакал падение нечистого, оказались дьяволопоклонники с Карта. Они затаились, но не остановили попытки получить запретное знание. Пришлось осудить главных адептов, публично казнив всех. Но жестокая казнь ничему не научила выживших. Даже теперь, тысячелетние старцы, считающие себя сверхлюдьми, плетут нити заговора, намереваясь уничтожить меня и весь разумный мир.

Последний раз это произошло совсем недавно.

Под прикрытием кровопролитной войны, которую сами же и спровоцировали, Картские негодяи организовали покушение, но оно закономерно провалилось. И тогда в их заплесневевшие мозги пришла истинно чёрная мысль: возродить Тёмного, чтобы с его помощью вернуть зловещие времена Смены Сезонов. Хорошо, что мои преданные слуги сумели предупредить о чёрных замыслах, позволив мне подготовиться.

Выпучивший глаза мэр, судорожно сглотнул. Всё это время он переходил от состояния дикого ужаса к удивлению, потом опять к страху и наконец, к усталости. Теперь же чиновник не ощущал ничего, кроме сильного голода. Либениум напрочь перестал вникать в картины, нарисованные волшебником и перед его глазами, чем дальше - тем чётче, возникал запечёный на углях поросёнок с яблоком в пасти. Где-то неподалёку, притаилась запотевшая кружка пива.

Голос Магистра удалился в неведомую даль и теперь мэр оказался полностью во власти своих видений. Рука ощутила прикосновение гладкого стекла пивной кружки, а нос тревожил аромат пряностей, излюбленных личным поваром чиновника. Либениум настолько погрузился в приятную дрёму, что не заметил, как в команате наступила тишина.

Магистр несколько раз подряд повторил: "Но я успел принять необходимые меры" и вдруг принялся трясти головой, словно отгонял назойливую муху. Свет, наполнявший глаза чародея, пошёл на убыль, пока они не превратились в обычные человеческие глаза.

– Проклятье, - сказал чародей голосом, лишённым всяких эмоций и осел в кресле, напоминая скорее груду тряпок, чем живое существо.

Мэр, вырванный из мира своих грёз, недоумевающе уставился на повелителя.

– Вон!
– тихо сказал Магистр, - пошёл вон...

Повторять не потребовалось. Господин Либениум, с неожиданным, для его комплекции, проворством, вскочил на ноги и отвешивая низкие поклоны, попятился к выходу. Распахнув задом тяжёлую дверь, мэр исчез из виду, издав неразбочивый возглас, напоминающий проклятие. Однако Магистр даже не заметил, что остался один. Он прижал ладони к вискам и глухо застонал.

– Я схожу с ума, - пробормотал чародей, - Что со мной происходит? Леди, Леди...Мой разум покидает меня. Я схожу с ума!

В этот самый миг, за сотни миль от тайной комнаты, "Морской Чёрт" бойко разбивал форштевнем валы, катящиеся навстречу кораблю и деревянный дьявол, почерневший от времени, ехидно улыбался, насмехаясь над попытками океана преградить ему путь.

Джонрако протянул зрительную трубку Шании, которая всё это время умоляюще смотрела на капитана и девушка благодарно склонила голову, приняв в руки оптический прибор. Взглянув в окуляр, Шания издала изумлённый возглас и тотчас испуганно убрала трубку от глаза. Осмотрев прибор со всех сторон, она, тем не менее, вновь подняла его, наблюдая за приближающейся землёй.

– Просто поразительно, - прошептала девушка, - Так интересно! Только что он был так далеко, а теперь - рукой подать. А вот я опускаю эту штучку и остров опять далеко! В этом наверняка есть нечто волшебное.

– Ни капли, - ухмыльнулся Джонрако, раскуривя трубку, - Обычные законы оптики. Помнится в Твайрской академии мне все мозги проели этими законами, будь они неладны! А ведь когда-то я тоже думал, будто в этих штуковинах таятся крохотные чёртики.

– А что это за остров, Карт?
– поинтересовалась

Шания, не отрываясь от окуляра, - Кажется я читала, будто там живут одни дьяволопоклонники. Они нам ничего не сделают?

Джонрако презрительно сплюнул за борт, намереваясь разразиться пространным язвительным замечанием, но не успел. Вместо него ответил Хастол, который вольготно расположился у поручней спардека, подставляя лицо порывам океанского ветра.

– Карт - остров, сотворённый Молитаром в качестве подарка жителям нашего мира. В те времена Тёмный перестал таить злобу на свои создания и создал идеальную землю, без опасных животных и вредных насекомых, землю плодородной почвы, изобилующую дичью и рыбой. Более того, он открыл здесь источник, продлевающий человеческую жизнь. Но и этого мало; после того, как люди приняли бесценный дар создателя, он принялся учить их, передавая свои знания.

В этот раз Молитар нашёл благодарных учеников, которые внимали учителю и следовали за ним. Очень скоро жители Карта использовали полученные знания и их остров превратился в средоточие знаний и процветания. Немного оставалось до того момента, когда Карт стал бы настоящим раем на земле. Тогда Молитар намеревался перенести своё благословение на остальные острова и континенты, пока весь Магистериум не превратился бы в цветущий сад, полный счастливых обитателей.

– Сказки!
– фыркнул Джонрако, попыхивая трубкой, - Такие любят задвигать чокнутые монахи из Культа Перемены Сезонов. Чушь!

– И что же случилось?
– спросила Шания, которая так заинтересовалась рассказом, что даже опустила зрительную трубку, - Почему у него не получилось?

– Молитар оказался предан и сокрушён, - потемнев лицом, пробормотал Черстоли, - А на остров пало проклятие.

ГЛАВА 21. ВЫСАДКА

– А кормят тут плохо!
– проворчал Ива, угрюмо разглядывая приближающийся берег Карта, - Когда я во время сегодняшнего завтрака взял кусок жаркого, то едва не сломал правый верхний клык. А что сказать про бульон, который недосолили? Зато перца положили столько, что желудок печёт до сих пор! Ром - кислющий и могу авторитетно заявить, что бочки, где его хранили, пропускали воздух. Если от всей несъедобной гадости я заработаю язву желудка, то в этом не будет ничего удивительного. И это я упомянул завтрак и обед, а ведь, если судить по запаху, то ужин окажется ничем не лучше. Внюхаться только в прогорклый аромат! Не иначе повар готовит на испорченном масле и я думаю...

Его нытьё раздавалось в почти полной тишине подступающего вечера. Шхуна огибала юго западную оконечность острова, приближаясь к месту, обозначенному Хастолом на карте. Джонрако категорически протестовал против приближения к южному побережью в темноте, но парень сумел убедить морехода и тот, скрепя сердце, согласился.

Слабый ветерок подгонял "Морского Чёрта" и тот рассекал зеркальную поверхность океана, оставляя за собой пенный след. Свободные от вахты матросы решили развлечься и принялись тралить близкое дно, в надежде разжиться каким-никаким уловом. Счастье уже успело улыбнуться рыболовам и по палубе прыгали блестящие рыбины, размером в половину человеческого роста. Огромные кошелькообразные пасти, полные острых зубов, безмолвно открывались, а тёмные плавники вяло шевелились в воздухе. Санорени, неуверенно вынырнувший наружу, уже успел оценить добычу и теперь что-то подсчитывал на пальцах. Толстые гнубы кока шевелились, а глаза жадно сверкали.