Леди Удача

Крэн Бетина

Рейн сделал Брокуэю знак, и лакей выпустил своих приятелей. Они встали перед Рейном, держа шапки в руках. Лица у обоих были унылые.

— Какого дьявола вы тут делаете?

— Ваше сиятельство, — заговорил Гэр, — мы приехали, чтобы предупредить вас о беде! Барон знает про покойного сквайра, про контрабанду!

— Барон застукал нас, — подхватил Перси. — Ну, браконьерствовали мы маленько. И он так принялся крутить нам хвосты, что просто Боже мой… А Гэр, он человек, к боли непривычный… — Тут Гэр повесил голову. — Ну и… И этот барон все про вас выспрашивал, ваше сиятельство.

— Отвез нас в город, в острог,

значит, там мы и сидели. Только третьего дня и вышли. — И Гэр дернул приятеля за рукав, чтобы тот подтвердил информацию. — Да, третьего дня. Пришли какие-то другие, и нас выпустили… сказали, у нас теперь новый мировой судья…

— А мы сразу в Лондон, ваше сиятельство, — перебил Перси, — предупредить вас.

— Верхом, — добавил Гэр и содрогнулся.

— Так Пинноу больше не мировой судья?

— Проворовался мздоимец… хотели его засадить, да он сбежал.

— Что?! — Рейн схватил Перси за грудки. Сердце его упало. Так Пинноу теперь не благополучный дворянин, с положением и состоянием, а беглый преступник… Потому-то он и явился в Лондон… Значит, он действительно похитил Чарити силой. Рейн выпустил перепуганного Перси и крикнул несчастной леди Маргарет: — Если хоть волос упадет с головы Чарити из-за этого вашего мерзавца барона, то, считайте, он покойник!

Тут поднялся немыслимый шум, пока Рейн не рявкнул как следует. Он взял командование на себя и первым делом приказал Брокуэю бежать в полицию. Лакей кинулся выполнять приказание, но только он раскрыл дверь, как с крыльца на него прыгнуло что-то громадное, лохматое и оглушительно залаяло.

Это вернулся Вулфрам! Пес тяжело дышал и скакал по передней с громким лаем, все время подбегая к Рейну. Тот с трудом успокоил его.

— Он знает, где Чарити! — выскочила вперед леди Маргарет. — Он побежал за ними. По крайней мере ему известно направление. Чарити? Где Чарити? — обратилась старуха к псу. Пес залаял с новой силой, завертелся юлой и рванулся к двери. — Ищи Чарити! Ищи!

Пес, не добежав до двери, вдруг вернулся к Рейну и гавкнул с такой настоятельностью, что Рейн поверил.

— Ты идешь в полицию, — приказал он Брокуэю, затем схватил Гэра и Перси, потянул к двери. — А вы идете со мной.

Леди Маргарет быстро сделала им вслед тайный цыганский знак-оберег и, обернувшись к леди Кэтрин, зашептала:

— Я знала, что случится ужасная беда… но никак не думала, что с Чарити. Раньше несчастья всегда валились на головы других людей… — Тут старухе вспомнилась цыганская княжна и зловещие слова: «Жизнь за жизнь. Жертва любящего сердца».

Леди Кэтрин, увидев лицо леди Маргарет, вскинула подбородок и царственно сказала:

— Не бойся, старая перечница. Мой внук обязательно разыщет девочку. Не зря же его весь Лондон за глаза зовет Бульдогом Остином.

Вулфрам вел их по темным улицам, петляя и сворачивая то налево, то направо. Наконец на узкой темной улочке возле самого порта пес остановился Побегал взад-вперед, тычась носом в булыжник мостовой, и встал. Здесь он потерял след.

— Что ж, по крайней мере мы знаем, что они где-то в доках недалеко отсюда. Но собирается ли негодяй сесть на корабль или просто прячется здесь? — Глаза Рейна недобро сверкнули. — Впрочем, не важно. Хорошее же место он выбрал себе в качестве укрытия, нечего сказать: и доки, и весь порт я знаю как свои пять пальцев. — Он замолк, призадумался

и добавил: — К тому же многие люди здесь мне очень обязаны. Ведь не может быть, чтобы совсем никто их не видел!

Они разделились — Гэр пошел с Перси, Рейн с Вулфрамом — и принялись методично обходить улицы, расспрашивая всех встречных и поперечных. Рейн побывал во всех кабаках и в каждом находил знакомцев. И все предлагали свою помощь. Очень скоро целые толпы грузчиков, рыбаков и матросов и всякого портового сброда ходили по улицам, и из уст в уста передавалась весть: у Бульдога Остина увели его женщину. И он хочет получить ее назад.

Глава 24

Чарити лежала на подстилке из прелой парусины всего в нескольких кварталах от того места, куда привел спешивших ей на выручку друзей Вулфрам. Кулак Пинноу угодил ей прямо в висок, и она потеряла сознание. Кляня на чем свет стоит свой горячий нрав, барон перетащил ее бесчувственное тело на груду парусины и ушел, так как ему надо было снова переговорить с капитаном того дрянного суденышка, на котором барон собирался без излишней огласки отбыть в Индию. Бедового капитана придется посвятить в эту историю с похищением.

Какое-то время Чарити пребывала в благословенном беспамятстве, но в конце концов сознание стало постепенно возвращаться к ней. В голове гудело, страшно было и думать, что с ней будет дальше, и очень хотелось снова провалиться в забытье. Но она заставила себя очнуться. Вокруг было темно и очень противно пахло.

Внезапно во тьме над ее головой замерцал свет. Она вся сжалась и крепко зажмурила глаза. Пошевелиться она была не в состоянии. Раздался мужской смех, грубый, наглый, похотливый, потом кто-то заговорил:

— А хорошую девку ты отхватил, Пинноу. Волосы желтые, что твой лютик, а кожа как перламутр. Прямо слюнки текут. — Чарити с трудом сдержалась, чтобы не раскрыть глаза. — Так, говоришь, муж у нее аристократ и с тугим кошельком?

— Денег у него куры не клюют… и связи имеются, — раздался голос Пинноу. — Уж он у меня заплатит за все… и с лихвой.

— Выкуп требовать — дело непростое… Тут чуть что пошло не так, и пиши пропало, — продолжал противный голос. — Муж, конечно, захочет ее вернуть, эдакую-то красотку, еще бы! Но если ты и в самом деле желаешь за нее хорошо получить, то зачем отдавать ее вообще? Слушай мое слово: заберем девчонку с собой, и все тут. Да она нам принесет целое состояние! Есть у меня на примете один старый паша, лакомый до блондинок.

— Ну, я… я как-то не думал об этом… — Пинноу замялся, помолчал, обдумывая предложение. Противный голос зазвучал снова, соблазняя:

— Ведь в Индию путь неблизкий, Пинноу. Девчонка очень скрасит нам дорогу — и мне, и тебе…

Последовало долгое молчание, затем барон злобно прошипел:

— Согласен. Возьмем ее с собой.

— Тогда чем раньше мы отчалим, тем лучше. Я готов поднять паруса завтра на рассвете.

Чарити слышала, как скрипнула и затворилась дверь, как стих звук шагов. Убедившись, что она одна, Чарити приподнялась на своем жалком ложе. Ее била дрожь. Она потихоньку села, обхватила себя за плечи руками. В голове гудело, но от этого ужас ее положения казался даже реальнее. Значит, барон и его сообщник вовсе не собираются отпускать ее, после того как получат выкуп! Они решили ее продать…