Леди-рыцарь

Келли Джослин

Взгляд Изабеллы был прикован к башням-близнецам – там располагался западный придел огромного собора. Воздвигнутый на вершине холма собор вместе с Линкольнским замком нависал над городом. Главная колокольня собора, казалось, пронзает облака.

Ей хотелось подольше наслаждаться прекрасным зрелищем, но приходилось, однако, следить, чтобы лошадь не задавила кого-нибудь на оживленных улицах. У подножия холма, возле городской стены, раскинулся рынок. Запахи, витающие над рыбными и мясными рядами, грозили свалить ее с лошади. Лорд Уиртон сделал знак следовать за ним вверх

по крутому склону – по направлению к замку и собору.

Сердце Изабеллы взволнованно билось. Ей даже стало страшно – вдруг выпрыгнет из груди прямо на мостовую?

– Вот мы наконец и добрались, – бормотала она. – Добрались.

– А вы сомневались, что я выполню обещание? – спросил Джордан.

– Нет, – торопливо ответила Изабелла, пытаясь скрыть удивление. Он с ней заговорил! За последние четыре дня он едва ли сказал ей пять-шесть слов. Даже когда она снимала накануне швы, он ограничился лишь кратким «спасибо». Изабелла делала вид, что ей все равно, однако его холодность начинала раздражать. Тем более что вторая попытка провести опыт со взрывчатой смесью закончилась неудачно. В конце концов, она виновата лишь в том, что дала ему это средство из растертых маковых головок. А уж что он видел во сне и почему принял сон за явь – не ее забота.

Когда он вздернул бровь и слабо улыбнулся, Изабелла подумала, что более отрадного зрелища ей не доводилось видеть ни разу в жизни. А как ей, оказывается, недоставало его редкого смеха, мимолетных замечаний!

– Ладно, – согласилась она. – Может, у меня и были сомнения, но, в конце концов, людям свойственно сомневаться.

Джордан не успел ответить. Леди Одетта вдруг жалобно застонала – уже в который раз за последние часы. Когда лошади двинулись вверх по холму, она вцепилась в седло. Теперь стоны сопровождали каждый шаг ее лошади. Когда Уиртон поинтересовался, в чем дело, леди не ответила.

Изабелле незачем было спрашивать. Она распознала признаки недомогания, которое многие женщины испытывают во время месячных. Леди побледнела, то и дело прижимая руку к животу.

Подъехав к леди Одетте, Изабелла взяла поводья, которые леди, казалось, не в состоянии больше держать. Если мерин испугается повозки или криков уличных торговцев, леди несдобровать.

Она тихо сказала:

– Миледи, у меня есть петрушка. Как только мы остановимся, я приготовлю средство, чтобы облегчить боль.

Леди в ответ только простонала.

– Почти приехали! – обернувшись, крикнул лорд Уиртон. – Дом с зеленой крышей!

– Мы почти приехали, – повторила Изабелла, когда леди Одетта скрючилась в седле.

На плечо Изабеллы легла рука, порождая в ее теле сладостные, тягучие токи желания. Она глянула направо и увидела озабоченное лицо Джордана. Улыбнувшись, она сделала ему знак проехать вперед с лордом Уиртоном. Их три лошади почти перегородили узкую улочку, которая, взбираясь на вершину холма к собору, сужалась еще больше.

Джордан кивнул, обгоняя их с леди Одеттой. Лорд Уиртон повернул налево. Джордан оглянулся – видела ли Изабелла? Она снова махнула ему рукой.

Узенькая калитка соединяла дом с зеленой крышей и дом

по соседству. Один из домов на вершине холма был сложен из камня, остальные выстроены из потемневшего от непогоды дерева. Как ей было известно, побитая дождем и ветром древесина – признак того, что здесь давно не было пожаров.

Дворик за домом оказался крохотным. Небольшой загон, расположенный возле круглого колодца, едва мог вместить их лошадей. Непонятно, куда можно было сложить седла и упряжь, а также запас корма для лошадей. Впрочем, решила Изабелла, это не ее забота. Она должна помочь леди Одетте, а затем отправиться в собор на поиски медной шкатулки с бумагами.

Лорд Уиртон спешился.

– Добро пожаловать в Линкольн. Можете жить здесь, сколько хотите.

Джордан легко соскочил на землю – словно не было многочасовой скачки.

– Не знал, что у тебя есть дом так далеко от замка Кенвик.

– Хозяин дома – мой старинный друг, Конрад д'Альпин.

– Брат Конрад? – спросил Эмери, соскакивая с лошади.

– Брат? – переспросил Джордан. – Как в Братстве?

Оруженосец нервно переминался с ноги на ногу, не поднимая взгляда.

– Не стоило мне повторять, что болтают слуги. Простите, милорд.

Лорд Уиртон натянуто рассмеялся:

– Парень просто устал, вот и сыплет глупостями.

Джордан спросил:

– А этот д'Альпин действительно член Братства?

– Почему ты спрашиваешь? Я не слушаю сплетен, которые распускают слуги. Д'Альпин – добрый человек, который позволил нам жить в его доме. Разве нужно платить подозрениями за доброту?

Изабелла наблюдала, как Эмери уводит лошадей – свою и жеребца. Бедный парень, должно быть, жалеет, что открыл рот. Интересно, что на самом деле он знает о Братстве? Она заметила, что Джордан тоже не сводит взгляда со своего оруженосца. Значит, его одолевают те же сомнения.

В задней стене дома открылась дверь, и показался невысокий тощий человек в коричневой тунике, которая почти закрывала его поношенные башмаки, Волосы падали ему на глаза. У него был такой вид, будто он только что из постели. Человек представился Альдусом, слугой в доме лорда д'Альпин, и пригласил их войти.

Лорд Уиртон помог сестре преодолеть тройной пролет ступенек, ведущих в скудно обставленную комнату. Из стены торчали простые крюки, чтобы было куда повесить плащи, возле стены стояла скамья. Необычайно высокий камин – Изабелла смогла бы, не нагибаясь, пройти под каминной полкой. Камин был вычищен, огонь еще не горел.

Попросив их подождать, Альдус вышел разбудить остальных слуг.

Лорд Уиртон крикнул ему вдогонку:

– В приличных домах гостей принимают получше – сажают на удобные места, приносят что-нибудь выпить!

– Ох, Бушар! Ты и не ведаешь, что такое – терпеть настоящее неудобство, – прохныкала леди Одетта.

Барон принялся утешать сестру, которая тем временем сбросила плащ, в совершенной уверенности, что кто-нибудь обязательно подхватит его, прежде чем он упадет на пол. Служанка кинулась его ловить и вдруг с визгом отскочила. Вниз по руке леди Одетты сбежал Пеппи и уселся на плаще.