Леди не летают

Самтенко Мария

Кларисса представила себе бал на сеновале, полном молодых лордов — представлялся почему-то лорд Грайси — и вздрогнула:

— Ужас!

— А Жанна, кстати, считала, что «ужас» это мои сны про полеты, — заметила Ванесса. — А ты летала во сне?

Дознавательница с улыбкой покачала головой и закрыла блокнот. Версию с пробуждением драконьей сущности у Ванессы она не рассматривала, потому, что та как раз была живее всех живых.

— Знаешь, мне обычно если что-то и снится, то это или детство, или что-то насчет работы. Вчера, например, снился лорд Магарыч. Он улыбался и спрашивал, нравится

ли мне его замок. Это потому, что мы, как три идиота, весь вечер занимались поисками сокровищ.

— И что ты ответила? — оживилась студентка.

— Отправила его к Багровому демону, разумеется, — отмахнулась дознавательница. — Спасибо за помощь, Ванесса.

Подружка покойной Жанны так и не узнала, что в назначенное место Магарыч не пошел. Он стоял, прислонившись спиной к дверям Рикошетовского кабинета, и продолжал задавать вопросы:

«А что выбрали бы вы, леди Кларисса? Дом или тюрьму?»

Дознавательница, может, и рассказала бы об этом Ванессе, но та выбрала именно этот момент, чтобы начать рассуждать, «на кой Клариссе сдался ровесник ее отца, когда в Академии полно молодых красивых драконов на любой вкус», была послана по тому же маршруту и, хихикая, удалилась.

Кларисса мрачно посмотрела ей вслед, отметила в блокноте, что Ванесса летает во сне, и подумала, что с Жанной они все же не зря были подругами. Общие темы у них таки имелись.

Других близких подруг у Жанны в Академии не было, так что Клариссе пришлось отправить Генриху Одейро-оро записку с просьбой о встрече через кристалл для почты, установленный в холле.

Сообщения через кристалл доходили мгновенно, так что спустя два часа Кларисса с лордом Генрихом уже сидели в той самой таверне, где Жанна танцевала с каким-то подозрительным брюнетом, и обсуждали дела за ужином.

Таверна была маленькой, деревянной, уютной. Студентов она притягивала недорогими горячительными напитками и танцами с живой музыкой каждые выходные. Преподаватели смотрели на эти увеселения сквозь пальцы. Рикошет вздыхал, что деткам же нужно где-то развлекаться, а Магарыч говорил, что последнее, что ему нужно в замке, это толпа нетрезвых огнедышащих лордов. Пусть лучше они разносят таверну! Она все равно застрахована.

В будние дни народу тут было немного, и Кларисса с Генрихом Одейро-Оро оказались почти единственными посетителями. Они заняли столик у окна, и дознавательница то и дело поглядывала, не появится ли лорд Ригаллион, который должен был подойти часа через два.

Лорд Генрих, высокий, стройный, с аккуратно подстриженной каштановой бородкой и ранней сединой в длинных волосах, грыз куриную ножку и смотрел на Клариссу с печалью.

Версию с драконьей сущностью дочери он развеял сходу:

— Вы знаете, леди Шар-Трени, моя несчастная Жанна ужасно боялась высоты. Даже если дочь обрела бы драконью сущность, она бы ни за что не согласилась заняться любовью в полете. Можете мне поверить.

Кларисса тихо хмыкнула и сделала отметку в блокноте. Говорить с Генрихом было непросто — и не только из-за того, что ей приходилось прикладывать усилия, чтобы не сболтнуть про «смертельные потрахушки». Разговаривая с отцом погибшей, дознавательница остро чувствовала свою профессиональную несостоятельность.

Вот

и сейчас, когда лорд дожевал ножку и осторожно спросил, имеется ли в расследовании хоть какой-то прогресс, Кларисса даже не попыталась изобразить улыбку.

— Результат, как видите, небольшой, — мрачно сказала она. — Ни одной нормальной версии кроме той, что с драконьей сущностью, у меня пока нет. Улик нет. Подозреваемых нет. В смысле, есть, но их пока слишком много для того, чтобы начинать арестовывать. Зато есть один эпизод порчи имущества Королевского следственного управления с целью помешать расследованию, — она скупо рассказала про испорченный прибор для выявления запрещенных заклинаний, — и одно нападение на свидетеля. Прямо во время следственного эксперимента. Лорд Магарыч жив, но он до сих пор без сознания. С непонятным прогнозом.

Лорд проникся, заказал себе вина и пожелал подробностей. И, разумеется, тут же получил и то, и другое — в изрядном количестве.

Сначала Кларисса рассказывала про убийство, потом смотрела, как пустеет графин и как веселеет лорд Генрих, и мрачно прикидывала, что сказал бы про ее профессиональную пригодность господин Драко.

На втором графине она уже ничего не прикидывала, просто ждала дальнейшего развития событий.

— Зато теперь мы знаем, что это точно убийство, — нетвердым голосом сообщил лорд, прощаясь с Клариссой спустя полтора часа и две безуспешные попытки оплатить счет всей таверне. Провалившиеся только из-за того, что в таверне больше никого не было.

— Я сразу сказала, что это убийство, лорд Генрих, — сказала Кларисса, с трудом удержавшись от того, чтобы не добавить «Багрового демона вам в задницу!».

— А жена… жена мне не верила, представляете? Она говорила… говорила… — Генрих Одейро-оро приобнял Клариссу за плечи и наклонился к ее уху, — что наша Жанна… о чем вы думаете, леди Кларисса?

— О том, чем трактирщик разбавляет свое вино, — честно призналась дознавательница, выскальзывая из пьяных объятий дракона и открывая блокнот. — Вы точно долетите до замка? Так что насчет вашей жены? Она говорила, что Жанна?..

— Да! Она говорила… — лорд снова приобнял дознавательницу за плечи и наклонился к уху, дыша винными парами, — что моя Жанночка…

Кларисса задержала дыхание, и…

— Леди Кларисса! Этот дракон к вам пристает?!

Глава 22

Кларисса подняла голову и хмуро взглянула на лорда Ригаллиона, который, разумеется, появился в таверне в самый неподходящий момент — и уже демонстрировал желание заступиться за чью-нибудь девичью честь. Студентки, наверно, пищали бы от восторга.

Она, может, и сама бы пищала, случись подобное лет этак десять назад, когда ей не было еще и двадцати. Хотя нет, в те времена Кларисса была полностью сосредоточена на учебе.

— Из всех знакомых драконов, лорд Ригаллион, ко мне пристаете только вы, — сказала дознавательница, заметив, что «роковой брюнет» не намерен отступать. — Стыдитесь! Это отец Жанны, лорд Генрих Одейро-оро. Лорд Генрих, это лорд Ригаллион.

— Да? Я подумал, лорд Грайси, — хмыкнул отец Жанны, снимая руку с плеча Клариссы и нашаривая что-то в кармане камзола.