Леди-кошка
Шрифт:
Лист упал под ноги, и Алиса, специально наступив на него, все же вошла в калитку.
Из-за проезжего лихача пришлось идти в туалет и кое-как замывать грязные потеки с колготок и юбки, потому что вторым уроком у одиннадцатого «а» география, и никак нельзя показаться в классе в таком виде. Владимир Ольгердович – образец элегантности и неряшливость на дух не переносит.
Висевшее над рукомойником зеркало, как всегда, и отпугивало девушку, и манило своей глубиной. Вот и сейчас Алиса заглянула в него (все нормально, глаза выглядят совершенно обыкновенно) и, не удержавшись,
– Эй ты там, в глубине! – шутливо позвала свое отражение Алиса. – Ну-ка выходи!
Шутка получилась несмешной. Зеркало словно слегка дрогнуло и пошло легкой рябью, а по позвоночнику у девушки пробежал холодок.
Она на мгновение закрыла глаза, а открыв их вновь, убедилась, что все благополучно: зеркало как зеркало, и отражение вполне обычное, только немного испуганное.
Дверь открылась, впуская шумную группку девчонок, и Алиса поспешно включила воду, чтобы очистить с колготок и юбки грязь.
Почистившись и подождав, пока немного побледнеют раскрасневшиеся щеки, Алиса вошла в свой класс, где уже шел урок. Провожаемая неодобрительным взглядом литераторши, она заняла свое место на первой парте, рядом с Оленькой Красновой, с которой дружила не столько из-за сходства взглядов и интересов, сколько по принципу: «Ну надо же дружить хоть с кем-то».
И потянулся урок. Вроде бы все шло, как обычно, однако вскоре Алиса заметила повышенный интерес к своей персоне со стороны одноклассников. С соседней парты, через проход, на нее, не таясь, пялился Колька Сулифанов, а Мила Лисицына то и дело косилась и хихикала, едва ли не показывая на нее пальцем соседке.
«Наверное, я не вытерла с лица грязь», – подумала Алиса, однако так и не смогла обнаружить недостатка, сколько ни всматривалась в зеркальце, зато заслужила гневную отповедь учительницы, решившей, что ее ученицу одолел приступ кокетства.
После урока к ней подскочила Перовская, сунула в руки одолженную тетрадку, поблагодарила, отчего-то хихикнула и поспешила скрыться в толпе уже выходящих из класса ребят.
– Со мной что-то не так? Посмотри, пожалуйста, может, мне на спину чего-то налепили? – попросила Алиса Олю, вспоминая, как в младших классах у них частенько прикалывали друг другу на спины бумажки с надписями типа «Пни меня» или «Я дурочка с переулочка» и прочими в таком же роде.
– Ничего нет! – Оля пренебрежительно пожала плечами. – Не обращай внимания на всяких дегенератов.
Пришлось удовлетвориться этим ответом, но все же перед тем, как идти в класс географии, Алиса заглянула в туалет, чтобы еще раз осмотреться в зеркале. Но опять ничего криминального не обнаружила. Правда, на какой-то миг девушке показалось, что где-то в глубине зеркального стекла промелькнула смутная тень, но, конечно, это было игрой воображения. Как и ночная царапина.
2
Олег,
или Привет из прошлого
Школу он просто ненавидел. Да и что в ней любить – уроки, на которых скучно? Учителей, обращающихся к нему или с презрением,
«Да, математику и физику ты знаешь отлично, а вот русский и литературу еще нужно подтянуть. Олег, мы же тебе только добра желаем и хотим, чтобы ты вырос культурным, полноценно развитым человеком», – заявила ему завуч, Валентина Васильевна, возмущенно тряся двойным подбородком.
На слова «полноценно развитым» он отреагировал кривой усмешкой. Нет сомнений, что завуч прекрасно отдавала себе отчет в том, что калека не может быть «полноценно развитым».
– Буду стараться, Валентина Васильевна. Стометровку на физкультуре тоже бежать прикажете? – спросил он и, не дожидаясь ответа, похромал по коридору.
Проблемы с левой ногой у Олега были уже давно, с тех самых пор, как он себя помнил. Эта травма погубила все его детство. Подвижные игры, так любимые мальчишками, оказались недоступны. Сначала он еще рвался гонять со сверстниками мяч или играть в казаки-разбойники, оставляя на асфальте указующие стрелочки, но кто захочет брать в команду хромоногого?
Зато он активно бороздил интернет-пространство, а затем заинтересовался и техникой, с которой неожиданно оказался на «ты», проводил много времени в спортзале, где, сжав от злости зубы, всякий раз переступал через свою боль, через страх, через усталость.
В школе его тоже дразнили, но Олег не давал обидчикам спуска и часто появлялся весь в синяках после того, как снова отстаивал свою честь в очередном поединке на пустыре.
Впрочем, к одиннадцатому классу Олег завоевал определенную репутацию парня, к которому лучше не соваться без надобности, а к тому же весьма похорошел и возмужал. Из худого подростка с впалой грудью и большими настороженными светло-карими глазами он превратился в симпатичного, довольно крепкого парня. Теперь даже хромота, как ни странно, служила плюсом к его имиджу, а однажды, проходя по коридору, Олег услышал, как одна девчонка говорит о нем подруге: «Он такой загадочный и так похож на лорда Байрона! Говорят, тот тоже хромал!»
Эти слова словно послужили сигналом, после которого девчонки стали массово влюбляться в Олега. Ему писали записки и назначали встречи с особенной настойчивостью, потому что на записки Олег не отвечал, на свидания не соглашался, и для девчонок стало принципиально важным, кому из них все же удастся покорить сердце таинственного героя. Не удалось никому, и постепенно, но совершенно логично, внезапно вспыхнувшая популярность резко поползла вниз, а одна из девчонок, кажется, та самая, что первой отметила его сходство с лордом Байроном, придумала ему новое прозвище – Квазимодо. Олег не обижался, ему было совершенно все равно.