Леди и лорд
Шрифт:
Лэйрд Равенсби вел своих людей на бой. Темные фигуры его воинов ползли вверх по стенам подобно безмолвному приливу — с мечами в ножнах и кинжалами в руках, готовые биться за жизнь своей леди.
Вначале была снята стража. Часовые повалились с перерезанными глотками, не успев даже вскрикнуть. Хорошо укрепленный замок Грэм, расположенный в самой чаще Ридсдейлского леса, все еще был погружен в мирный сон. Бегавшие внизу собаки, почуявшие запах крови, забеспокоились было, но им тут же бросили заранее припасенную кровавую говядину, и те жадно набросились на еду.
И лишь когда люди клана Кэрр ударили тараном в двери мрачного дворца, поднялась тревога.
Братья Грэм вместе с основными силами, воспользовавшись потайным ходом, выскользнули из замка, ища спасения на болотах к северу от крепостных стен. Там располагалась другая твердыня, путь к которой знали только Грэмы, — Квен-Мосс, где они не раз благополучно спасались на протяжении многих столетий. Трясина там была столь глубока, что, если верить легенде, даже два копья, привязанные друг к другу, не могли достать дна. Забившись в эту нору, Грэмы могли не опасаться никаких врагов, откуда бы те ни пришли — из Англии или Шотландии.
Оставив несколько человек сторожить женщин и детей Грэмов, Джонни бродил по замку, переступая через тела поверженных противников. За ним шел Кинмонт. Оба теперь обозревали кровавый путь, пройденный ими по коридорам и залам, охраняемым теперь воинами клана Кэрр. Так они дошли до неприметных маленьких ворот в северной стене, где их люди поджидали в засаде Грэмов, заранее зная, что те попытаются бежать на свои болота.
За стеной в скупых лучах зимнего солнца, под темными лапами сосен и голыми ветвями буков и боярышника, ежилась кучка плененных Грэмов. По числу убитых и раненых можно было судить, как труден оказался для них путь бегства.
— Четыре брата мертвы, — спокойно доложил Адам, увидев, как Джонни вопросительно мотнул головой в сторону трупов, валявшихся на мерзлой земле.
— Что с пятым? — тут же последовал вопрос.
— Мы упустили Мэттью. Если верить капитану их охранников, он сейчас в Карлайле.
— Чтоб ему пусто было! — выругался в сердцах Джонни.
— Но этот урок, думается, заставит его пересмотреть свой иск.
— Было бы лучше, если бы удалось решить эту проблему наверняка, — процедил сквозь зубы Джонни Кэрр, исполненный решимости до конца биться за жизнь своей жены. В то время, когда за поддержку менее удачливого монарха или ошибочных политических целей дворян без жалости пытали, вешали, бросали на плаху, варили в кипятке и четвертовали,
— Нам придется найти его.
— Сейчас?
Отрицательно покачав головой, Джонни с непроницаемым лицом еще раз окинул взглядом сцену бойни.
— Я обещал Элизабет вернуться через два дня. Поэтому первым делом мы вернемся в Голдихаус. Хотя небольшой отряд действительно отправится в Карлайл прямо сейчас. Мэттью Грэм станет в тысячу раз осмотрительнее, едва получит известие о том, что здесь произошло. Может быть, даже попросит у кого-нибудь защиты. Хорошо, хоть из них всех он только один и остался. — Сказав это, Джонни еле заметно улыбнулся.
Через некоторое время Кэрры уже снова оседлали коней. Теперь, когда раны были перевязаны, пора было пускаться в обратный путь. Следовало считать чудом то, что никто из них не погиб. Правда, Грэмы и раньше не славились отвагой, а теперь, когда их вожди открытой битве предпочли бегство, обороняющиеся тем более не смогли оказать достойного сопротивления.
В Картер-Баре войско снова разбилось на небольшие группы, чтобы разными окольными путями добраться до Ра-венсби. Вскоре после наступления темноты Джонни был в Голдихаусе. Неслышно приблизившись к дому с черного хода, он умылся на конюшне, оставив там же свое оружие, чтобы позже очистить от крови. Едва войдя в особняк, Джонни нос к носу столкнулся с сияющим Монро, который уже узнал о его возвращении от Кинмонта. Подняв руку, Джонни дал знак своему кузену молчать.
— Скажи госпоже Рейд, чтобы принесла мне через час что-нибудь поужинать, — велел он Данкейлу Вилли. — А леди Элизабет ничего не говорите. Я к ней сам зайду.
Махнув Монро рукой, чтобы тот следовал за ним в кабинет, Джонни подождал, когда тот зайдет, и плотно закрыл дверь.
— Расскажу тебе обо всем завтра. Сейчас не могу — Элизабет ждет. Кстати, спасибо тебе за то, что ты позаботился тут о ней. Как она себя чувствует?
— Теперь, когда ты вернулся, о ней можно не беспокоиться. Гляди-ка, на тебе нет почти ни одной царапины! — добавил Монро с улыбкой. — И все же тебе не мешало бы перевязать руку.
Опустив глаза, Джонни увидел рассеченный рукав и кровоточащую рану на правой руке.
— Ерунда. Грэмы не стали биться до конца, поскольку братья сбежали. Впрочем, вряд ли стоит этому удивляться. Но ты, наверное, уже слышал, что Мэттью остался в живых. Вот досада-то…
— Кинмонт сказал мне, что он в Карлайле.
— Должно быть, в Карлайле, а может, уже возвращается в Ридсдейлский лес, узнав, что нас там больше нет. Я склоняюсь к мысли о том, что он все же задержится в Карлайле, ведь там стоит английский гарнизон. Наш отряд отправился туда на его поиски. А я обещал Элизабет вернуться через два дня, вот и заехал ненадолго.
— Ты не должен оставлять его в живых. Это ясно как Божий день.
— Не должен… — Джонни до боли стиснул кулаки от ненависти к Мэттью Грэму. Этот человек заслуживал только одного — смерти.
— Но должен ли ты сам ехать туда? Не лучше ли послать кого-нибудь другого?
Искоса взглянув на двоюродного брата, Джонни улыбнулся. Улыбка получилась довольно мрачной — скривившись ненадолго, губы вновь вытянулись в жесткую линию.
— Он мой.
— Не стоит из-за него рисковать своей жизнью.