Леди Чародейка
Шрифт:
– Они хотят вымотать меня, – прошептала Ари. Мне показалось, что она сильно побледнела, даже изумрудные глаза устало потускнели. – Знают, что если подберутся ко мне всем скопом, я их быстро поджарю. Нет, Беатрис, они явно кем-то ведомы.
Мне от этого заявления не стало ни хуже, ни лучше. Какая разница – действовали ли они самостоятельно или подчиняясь чьей-то воле? Шааты – они и в Ордалоне шааты.
Подобравшись ближе, один из диких напал на меня. В последний момент мне удалось уклониться, и удар, который мог разорвать мне грудь, пришелся на запястье. Невероятно острые когти пропороли кожу, цепочка, намотанная вокруг руки, порвалась, и часы мистера Морэ
Вокруг царил настоящий хаос. Ари пыталась отбиться от напавших на нее диких, но, похоже, слабела все больше. И вдруг… время на миг замерло. Я видела застывшие безглазые морды, поднятые для удара когтистые руки и Ари – мертвенно бледную, с посиневшими губами. Я не знала, что недостаток магии так сказывается на том, кто ею обладает, и впервые за все время, проведенное в Ордалоне, порадовалась тому, что не отношусь к их числу.
– Береги сердце Истинного Дара, – прошептала Ари.
Казалось, она не сделала ни единого движения, но окружающий меня мир разом переменился. Куда-то исчез солнечный свет – подняв голову вверх, я ожидала увидеть тучи, но увидела лишь свинцовое серое небо. На этом метаморфозы не закончились – переменился сам лес, словно перейдя на темную сторону. Прежде зеленый, яркий, живой, он вдруг стал тенью самого себя. Мрачной, зловещей тенью. Кора деревьев почернела и съежилась, листва и вовсе испарилась – деревья нацелились в небо голыми сухими ветками. Почерневшие пни тут и там торчали из земли, напоминая гнилые зубы. Вместо зеленой травы – проплешина с потрескавшейся почвой. Мне вдруг стало тяжело дышать – такой разительной и гнетущей была перемена.
Я обернулась к Ари… и не увидела ее. Ни ее, ни шаатов. Меня словно отбросило куда-то… вот только куда? Сраженная ужасной догадкой, я ринулась к тому месту, куда отлетели часы с моим оберегом. Вместо кустов там была лишь проплешина. Я застонала от отчаяния.
Я осталась одна и, что хуже, лишилась защитных чар – возможно, единственного способа выбраться из этого жуткого леса.
Глава шестнадцатая. Изнанка леса
Я устала и заблудилась. Я шла по этому чертовому лесу уже около часа, преисполненная уверенности, что он водит меня по кругу. Обессилено привалилась к стволу дерева и тут же отскочила прочь с брезгливым вскриком – из-под темной коры наружу высыпались какие-то мерзкие насекомые.
Краем глаза я заметила что-то, выбивающееся из привычной череды деревьев. Порывисто обернулась. В нескольких шагах от меня на свободном пятачке леса стояла хижина – древняя и мрачная, как и все здесь.
Как же мне не хотелось туда идти! И вместе с тем я понимала – без чужой помощи мне никогда не выбраться из этого леса. Поэтому, стиснув зубы и покрепче сжав в руках кинжал, я направилась вперед.
Поднялась по скрипящим ступеням на крыльцо и постучалась. Сердце билось так, что я отчетливо слышала его стук в мертвой тишине леса. Дверь открылась почти сразу. Увидев на пороге седую старуху, я вздрогнула и едва удержалась от того, чтобы не отшатнуться. Сморщенная кожа висела на костях, скулы на худом лице выпирали так сильно, что казалось, могли ее проткнуть. Редкие волосы не могли полностью закрыть череп, и кое-где
Незнакомка настороженно вглядывалась в мое лицо и наконец сказала:
– Неожиданно увидеть здесь человека.
С моих губ чуть было не сорвался вопрос: «А вы тогда кто?», но я благоразумно промолчала. Вместо этого задала другой:
– Здесь – это где? Куда я попала?
– В Изнанку леса, – спокойно проговорила старуха.
Я вздохнула. Час от часу не легче. Но, по крайней мере, на меня, кажется, нападать не собираются. Я убрала кинжал в ножны и хмуро осведомилась:
– И как я могу выйти отсюда?
– Сама – никак, – сказала она, подтверждая мои мысли. – Я могу помочь, но… – Она вздохнула. – На это уйдет не один час – не помню, когда последний раз я разрывала завесу. Должно быть, совсем потеряла сноровку. А вообще, хватит стоять на пороге. Проходи.
Я неуверенно потопталась и шагнула вперед. Похожая на живой скелет женщина закрыла за мной дверь. Она по-прежнему вызывала во мне некий безотчетный страх, но ее слова о том, что она могла выпустить меня с Изнанки леса, придала мне сил. Только и нужно – что смотреть ей в глаза и не акцентировать внимание на ее жутковатой внешности.
Я огляделась по сторонам – обстановка скромная, аскетичная. Деревянный стол, стулья и низкий шкаф, полки которого ломились от всевозможного хлама.
– А почему вы находитесь здесь? – полюбопытствовала я. – Место… не слишком приятное.
Старуха разразилась хриплым смехом.
– Это еще мягко сказано. – Смех ее прекратился так резко, словно его обрубили. На испещренное морщинами лицо с запавшими глазами набежала тень. – Это мое место.
В ее голосе звучала какая-то обреченность, от которой мне стало совсем не по себе.
– Ладно, сиди тут, – буркнула она. – Есть нечего, так что не обессудь. А я пока открою тебе дорогу.
– Я пойду с вами, – вызвалась я.
– Ни в коем случае. Если завеса порвется не в том месте, со мной-то ничего не случится, а вот с тобой…
– И… что может со мной случиться?
– Да много чего. Например, ты можешь застрять между настоящим лесом и его Изнанкой. Станешь призраком, проще говоря. Причем призраком, обреченным на вечное скитание по лесу – он просто тебя не отпустит.
– Я подожду тут, – торопливо проговорила я, усаживаясь на скамью.
Старуха криво ухмыльнулась, продемонстрировав потемневшие остатки зубов. Я едва удержалась от брезгливой гримасы. Жутковатая хозяйка домика в лесу ушла, и я выдохнула с облегчением – лучше остаться в одиночестве, чем в такой странной компании.
Подошла к камину – огонь в нем был настоящим, живым и теплым. Эта хижина словно замерла между двумя ипостасями леса. Заворожено глядя на пламя, я настолько погрузилась в себя, что не сразу услышала далекий голос, взывающий ко мне. Вскочила на ноги и огляделась по сторонам, пытаясь понять, откуда он доносится.
Крик повторился снова – отчаянный, жалобный. Я бросилась в другую комнату – спальню, заглянула всюду, даже под кровать, но очень скоро поняла, что звук идет не отсюда. Вышла и направилась на кухню. Тоже ничего. Оставалась еще одна комната, полупустая, заваленная сломанной мебелью и каким-то хламом. В центре комнаты обнаружился люк, ведущий в подвал.
Стоило мне открыть крышку, как я услышала тот же голос. Ринулась на кухню, схватила со шкафа свечу и зажгла фитилек от огня в камине. Вернулась к люку и, не колеблясь, спустилась по лестнице во мрак.