Леди-Будьте-Добры
Шрифт:
– Послушай, Килкэннон, эти бедняги на «Канопусе» могут быть живы, но, скорее всего, они находятся в критическом состоянии, и ни ты, ни я ничего не сможем для них сделать.
Я притворился, будто изучаю данные на мониторе, контролирующем состояние нашей спасательной шлюпки, которая была такой же древней и разболтанной, как и сама «Леди-Будьте-Добры».
– И что?
– спросил я после небольшой паузы.
– Стоит ли тащить их сюда и оказывать первую помощь только затем, чтобы они поняли: их дела настолько плохи, что никому из них не выжить?
Я глубоко вздохнул,
– Да. Стоит.
Динго пожал плечами.
– Ладно. Ты начальник, я дурак…
– Нет, Динго, умрут они или выживут - это решать богам, а не мне и не тебе. Я, во всяком случае, не собираюсь вмешиваться в дела Провидения. И тебе не советую.
Динго снова ухмыльнулся.
– Боги не любят, когда их сердят, не так ли? А-а, вот и мой экипаж… По местам, ребята, по местам, да не забудьте пристегнуться!
Доложив о происшествии капитану Уэскинд, я вернулся на мостик и стал наблюдать, как спасательная шлюпка, раскачиваясь и вертясь вокруг своей оси, движется к «Канопусу», понемногу уравнивая скорости. Несмотря на то, что Динго трудно было назвать по-настоящему образованным человеком, он был, что называется, «морская косточка». В его руках любая работа спорилась, и даже неуклюжая спасательная шлюпка слушалась его почти безукоризненно.
Многие часы одиноких звездных вахт научили меня терпению, и теперь оно мне понадобилось. Все-таки нет ничего хуже, чем ждать, терзаясь неизвестностью. Я знал, что группа Динго должна была уже начать обследование внутренних помещений разбитого корабля, но наверняка сказать не мог. На «Леди» не имелось ни следящих мониторов, ни специального коротковолнового оборудования для связи с каждым скафандром - мы просто не могли позволить себе подобной роскоши, да она была нам ни к чему. И вот теперь, глядя на нашу шлюпку, пришвартованную к тусклому, закопченному борту «Канопуса», я мог только ждать. Ждать и надеяться, что все обойдется.
Спасательная операция заняла чуть больше часа. Я увидел, как шлюпка отошла от «Канопуса», и сразу на мостике ожило радио.
– Эй, на «Леди»!.. Докладывает третий помощник Динго.
– Здесь Килкэннон. Я слушаю тебя, Динго.
– Мы их нашли. Шесть человек, все способны передвигаться. Шесть моряков. Быть может, «Вестрал шиппинг» даже выплатит нам что-то вроде премии за спасение своих людей.
– На борту осталось что-нибудь ценное?
– Нет. Ублюдки, которые подбили «Канопус», здорово здесь похозяйничали. Мы ничего не выиграли, разве что боги и святые запишут на наш счет несколько очков.
– Может быть… - Шлюпка медленно приближалась к «Леди», и я отправился к переходному шлюзу встречать спасенных.
Я был уже на месте, когда они прибыли. Меня, конечно, разбирало любопытство, но я старался его не показывать и держался в точном соответствии с требованиями строгого корабельного протокола. Меньше всего мне хотелось, чтобы кто-то из служащих «Вестрал шиппинг» мог сказать впоследствии, что на «Леди-Будьте-Добры» не знают, как себя вести.
Их действительно оказалось шестеро: двое офицеров, трое матросов и какая-то молодая женщина - почему-то в цивильном платье,
– Старший помощник капитана Чен. Вы вовремя нас вытащили - мы уже почти отчаялись.
Я пожал протянутую руку и вежливо улыбнулся.
– Рад, что смогли помочь.
Матросы за спиной Чена озирались по сторонам, не скрывая брезгливого удивления. Второй офицер и женщина обладали куда лучшими манерами.
– Третий помощник Константайн, - представил коллегу Чен, и Константайн, слегка наклонив голову, наградил меня благодарной улыбкой. Потом Чен указал на женщину в гражданском, но прежде чем он успел произнести хоть слово, та сама шагнула вперед.
– Мое имя - Хелли Керасайдес. Большое вам спасибо, капитан. Я покачал головой.
– Я не капитан. Старший помощник Килкэннон к вашим услугам, мисс. Капитан Уэскинд просила ее извинить: в настоящее время она очень занята и не может приветствовать вас лично. Несколько позднее она, безусловно… - Я почел за благо переменить тему.
– Но что с вами случилось?
Старший помощник Чен недобро оскалился.
– Когда мы финишировали после прыжка, нас атаковал пиратский крейсер.
Динго недоверчиво нахмурился. Я тоже, кажется, издал какой-то неопределенный звук.
– Я знаю, насколько невероятным это выглядит, - кивнул Чен.
– Но, как мы узнали впоследствии, наш четвертый помощник продал пиратам программу прыжка, поэтому они точно знали, где и когда нам предстоит финишировать. Что и говорить, место было выбрано удачно. Эта планетная система находится так далеко от оживленных космических трасс, что они не сомневались: ни один посторонний корабль не придет к нам на помощь.
– Теперь я понимаю, почему четвертого помощника нет с вами, - медленно проговорил Динго.
Чен снова оскалил зубы.
– Да, пираты забрали предателя с собой. Остальных членов экипажа они тоже увезли, чтобы получить выкуп в компании. Но на всех места не хватило - так, во всяком случае заявили нам пираты, - поэтому нас шестерых оставили на борту «Канопуса». Меня, Константайна и матросов пираты бросили здесь за «плохое поведение», как они выразились.
Я подумал, что, с точки зрения пиратов, капитан «Канопуса» тоже, наверное, вел себя не лучшим образом, однако он (или она) все равно оказался в плену, так как за капитана можно было потребовать самый большой выкуп.
Потом я перевел взгляд на Хелли Керасайдес. Ни в ее лице, ни в одежде не было ничего такого, что выдавало бы человека с доходами выше среднего уровня.
– А почему пираты оставили на верную гибель вас?
– спросил я.
– Может быть, они подумали, что получить за вас хороший выкуп не удастся?
Хелли ответила мне взглядом, в котором нельзя было прочесть ровным счетом ничего.
– Может быть. Мне они ничего не говорили.
Странно, подумал я. Грузовые суда компании обычно не берут случайных пассажиров. Может быть, мисс Керасайдес тоже «плохо себя вела» - проявила строптивость и была в наказание оставлена погибать в разбитом корабле? Ладно, не мое это дело…