Леди Алекс
Шрифт:
— Если вы голодны, то имейте в виду, что миссис Теннер дала нам в дорогу пакет с едой, — сказал ей Джонатан.
Алекс никогда не переставала удивляться его способности читать ее мысли.
— Нет, спасибо, я не голодна, — поспешно ответила она и немедленно вслед за этим мысленно обругала себя за упрямство.
Она побрела к ручью и осторожно встала на колени на травянистом берегу, чтобы напиться. Наклонившись, она сложила ладони ковшом, зачерпнула воды и грациозным движением поднесла их ко рту.
— Что вы украли? — неожиданно удивил ее Джонатан своим требовательным вопросом.
— Я… прошу
— Вас сослали за воровство. — Он остановился в двух шагах от нее и изучал ее обращенное к нему лицо. — Что вы украли?
— Я ничего не крала! Я вам уже говорила, что меня оболгали и несправедливо осудили. — Поднявшись с колен, она положила руки себе на бедра и, подняв подбородок, смело посмотрела Джонатану в глаза: — А у меня, сэр, сложилось впечатление, что вы ничего не хотите знать о моем прошлом!
— Да, раньше я не хотел, — подтвердил он, сопроводив свои слова подобием улыбки. — Но это было до тех пор, пока вы не решили втянуть меня в веселую погоню через весь Новый Южный Уэльс.
— Однако я не понимаю, что это должно было изменить!
— И тем не менее кое-что изменилось, — произнес он загадочно. — В большей степени, чем вы отдаете себе в этом отчет.
Алекс уже собралась ответить, но с ее уст так и не слетело ни одного слова. Она закрыла рот и почувствовала, как под его упорным пронизывающим взглядом по всему ее телу разливается тепло. Как всегда, она ощущала его близость, его необычайную мужскую силу, а также жар, излучаемый его мускулистым телом. Но на этот раз Джонатан был несколько иным — и это ее и пугало, и волновало. В нем появилось что-то такое, что заставило ее сердце дико, почти болезненно биться в груди.
— Я думаю, что наконец-то проголодалась, — в смущении отвернувшись, пробормотала она.
В это мгновение она оступилась, и каблук ее левого ботинка соскользнул с обрывистого берега. Теряя равновесие и падая назад, она пронзительно вскрикнула. Молниеносным движением Джонатан подхватил ее за талию и поставил на ноги.
— Осторожнее, мисс Синклер, — с насмешливым сочувствием посоветовал он. Его глаза, дерзко оглядев всю ее, засветились удовольствием, смешанным с неприкрытым желанием. — Если вы промокнете, то наша дальнейшая поездка будет еще менее комфортной.
— Прошу вас, отпустите меня, — потребовала она слабым, дрожащим голосом. Ее руки беспомощно уперлись ему в грудь.
— А может быть, у вас в Лондоне остался муж, а то и два?
— Что? — Она даже поперхнулась от возмущения. — Я… конечно, нет! Я никогда не была замужем.
— Или вас содержал какой-нибудь молодой титулованный щеголь, у которого больше денег, чем мозгов?
Джонатан и сам понимал, что напряженный, отрывистый тон, которым он обращался к ней, выдает его с головой, но ничего не мог с собой поделать. От ревности вся кровь бросилась ему в голову при одной мысли о том, что какой-то другой мужчина обнимал ее так, как он это делал сейчас… Или кто-то другой наслаждался ее сладкими губами и гладил ее нежное, округлое тело. Эти мысли сводили его с ума.
— Содержал? — Алекс, нахмурившись,
— На это я имею полное право. — Одной рукой он властно обнял ее, а другой взял ее за подбородок и приблизил ее лицо к своему. Она задрожала, увидев его дышащие яростью глаза. — И вы знаете это так же хорошо, как и я.
— Я не имею ни малейшего представления, о чем вы говорите! — задыхаясь, произнесла Алекс. Ее блестящие глаза, не отрываясь, смотрели в его. Она почувствовала слабость в коленях, дыхание ее прерывалось. Алекс с замиранием ждала, что он вот-вот ее поцелует. Ее пальцы ласкали его широкие плечи, а губы призывно приоткрылись, приглашая его — не так уж подсознательно — к поцелую.
— Будьте вы прокляты, леди Алекс, — хриплым голосом произнес Джонатан. — И я вместе с вами.
Девушка была шокирована, когда он, оттолкнув ее от края воды, внезапно отпустил. Она ошеломленно проследила за ним, когда он зашагал туда, где в густой траве лениво паслись лошади. Подхватив поводья, Джонатан повел животных за собой.
Алекс прилагала все усилия, чтобы овладеть своими чувствами, недоумевая, почему он не воспользовался таким удобным моментом… И почему она так сильно хотела его.
— Поехали, — коротко сказал он. — Я и так слишком много времени потратил на вас.
— Вы потратили на меня?.. — Она умолкла, и глаза ее зажглись сине-зеленым пламенем. — Вы не должны были приезжать за мной! Было бы значительно лучше, капитан Хэзэрд, если бы вы…
— Если бы я позволил майору Битену или какому-нибудь другому мужчине заплатить вам за соответствующий прием в «Насесте»? — спросил он низким озлобленным голосом.
— Начнем с того, — возразила Алекс, — что если бы вы всего лишь согласились устроить мне встречу с губернатором, то подобная опасность и не возникла бы. — На ее щеках вспыхнули два ярких пятна, свидетельствовавших о нарастающей злости.
— Видит Бог, женщина, — вскричал Джонатан, — если вы еще хоть раз заговорите о губернаторе, я доставлю себе такое удовольствие и хорошенько вас поколочу!
Джонатан, конечно, знал, что он этого никогда не сделает. Но эта маленькая дикая кошка обладала проклятущей способностью легко как никто другой спровоцировать его на насилие.
— Меня отнюдь не удивляет, что вы прибегаете к подобным угрозам. Ведь в конце концов вы — американец! — с презрительной гримаской произнесла Алекс. — Могла ли я вообще рассчитывать, что вы, как и ваши друзья-колонисты, способны на что-нибудь иное, кроме варварства и жестокости?
— Мы уже не колонисты с того самого времени, как вынудили ваших друзей-англичан бежать из Америки, поджав хвосты, к вашему любезному королю Георгу. — Его рот искривился в саркастической усмешке.
— Если вы готовы хвастаться победами, одержанными вашей страной, тогда почему вы предпочли поселиться в Австралии? — Она скрестила руки под полной грудью и бросила на него высокомерный, вызывающий взгляд. — Ведь в конце концов Австралия — это всего лишь одна из отдаленных британских колоний. Почему вы не возвращаетесь в вашу родную Америку?