Лёд

Ломанова Евгения

Два года.

Я просыпался всегда в одно и то же время. Сегодня и правда, что-то изменилось. Я ясно осознал это сейчас, наблюдая, как на часах высветилось четыре ноль одна.

Я откинул одеяло и поднялся. Пошел в ванную. Стоя под душем, перебирал и перебирал в голове события сна. Как странно, обычно я не помнил, что в нем происходило. Очень размытые образы, которые и словами не опишешь и холод - вот все, что я мог вспомнить потом. И чувство потери, разъедающее меня, ощущается особенно остро именно в это время. Ничего не отгораживало меня от него, я был с ним один на один. И так каждое утро.

И в этот момент

понял, что Хенны нет. Когда я просыпался, она всегда была рядом. Дать воды, задать надоевший до оскомины вопрос про врача, помогая мне расшевелиться, осознать, что я все еще живой, встать и начать очередной бесконечный день. Следуя всегда за мной по пятам, её голос подталкивал меня, заставляя делать то, что я должен. Вел меня, удерживал, привязывал к реальности. Я даже оглянулся, будто мог не заметить, что она появилась. Но её и правда не было.

Я вышел из ванной и остановился в нерешительности. В спальне было по-прежнему темно. Никто не приготовил для меня одежду, не застеленная кровать смутно белела. Я даже немного растерялся. Никогда не считал себя избалованным или зависимым от прислуги. Но сейчас я всерьез задумался, а где же моя одежда? И куда мне идти?

В этот момент появилась Хенна.

3.1

Возле кровати завис шарик размером с грецкий орех - её дрон, через который она всегда наблюдала за мной.

– Хенна, - позвал я и дрон тут же метнулся ко мне, завис, рядом, как обычно, но она ничего не говорила.

Прошло всего несколько секунд, и открылась дверь. Она сама пришла сюда. Я уже не помнил, когда в последний раз видел ее вживую.

Все такая же серая, ничем не примечательная. В той же позе, без которой я ее, кажется, и представить не мог - сложенные на животе ладони, согнутая спина, всегда смотрит в пол, низко опустив лицо.

– Мой принц, вы проснулись?
– прошелестела она.

Вопрос был сам по себе нелеп. Она же видит, что это так. Кажется, она тоже растерялась, иначе не спросила бы. Тут же осознав, что сказала, она спросила:

– Как вы себя чувствуете?

– Хорошо.

– Вы на удивление спокойно спали сегодня, и я не решилась вас беспокоить.

Зачем она оправдывается? И кстати, почему я здесь? Только сейчас я вдруг вспомнил, что произошло вчера вечером. Свой разговор с Эйнаром. Смутно помнил, как мы уходили с вечеринки.

– Что вчера произошло?

– Вас привел господин Эйнар. Вы были сильно расстроены, и он дал вам успокоительное.

– Вот как?

В голове мелькали какие-то смутные воспоминания об этом. Будто я был сильно пьян вчера.

– А что на приеме?

– Никто не заметил вашего состояния, - сразу поняла, о чем я спрашиваю, и ответила Хенна.

– Приготовь одежду для выхода, - пытаясь что-нибудь еще вспомнить, я распорядился скорее привычно, но тут же передумал: - Нет. Не нужно. Я сам.

Когда вошёл в гардеробную, даже не

сразу понял, где одежда, что мне нужна сейчас. Я относился вполне спокойно, к тому, что иногда мне помогали с её выбором и подготовкой. Но, все же предпочитал делать это сам. Или мне казалось, что я самостоятелен. Не то, чтобы я не мог делать этого, но часто у меня просто не было времени, что бы тратить его на подбор вещей. Оказывается, в последние время, только так и происходило. Или мне просто было настолько все равно?

Уже по дороге наверх, я понял, что Хенна больше так и не заговорила со мной. Её не было в комнате, когда я вышел. И я тут же забыл о ней.

Почему же мой сон вдруг стал другим? И ещё раньше. Почему я не помнил его до сих пор. Моё подсознание обрекает в такую форму мои чувства и их причину. И в то же время прячет их от меня, чтобы не делать ещё больнее? Это кажется логичным. Так что же не так сейчас? Почему?

Меня волновало сейчас, даже не то, почему изменился мой сон, а те чувства, что после него остались. Я будто проснулся, как бы ни странно это звучало. Все эти два года я жил как в тумане, прячась за портретом принца без изъяна. И, наверное, мне неплохо это удавалось. Никто ничего не замечал. За редким исключением.

Я ничего не мог с собой поделать. И как относиться к этой перемене в себе? Умом я понимал, что ничего не прошло, мне все так же мучительно больно от потери. И её нельзя восполнить. Никакой надежды на это нет. Но именно её я сейчас и чувствовал. И не понимал, откуда пришло это ощущение. Что давало мне право на неё? Сон? Моё воображение настолько разыгралось, я начал сходить с ума окончательно? Не имея возможности осуществить то, чего я желаю больше всего, мой мозг преподнёс мне подарок в виде иллюзорного мира, в котором ничего ужасного не случилось? Или что ещё хуже, дал мне веру в то, что ещё ничего не потеряно. Призрачный шанс.

Я не знаю, сколько было градусов мороза, Хенна все ещё молчала, а спрашивать я не хотел. Здесь всегда холодно. Какая разница на сколько?

Звезды просто поразительны, только их свет рассеивает сегодня тьму. Нет ветра и это тоже хорошо. Я ощутил вдруг, что мне здесь очень хорошо на самом деле. Здесь пусто и всегда холодно, но мне нравилось это место. Я ощущал его только своим.

Я выключил подсветку, улегся в кресло и включил его обогрев. В нем можно было лежать и смотреть вверх. Я мог бы провести так бесконечность. В тишине, под медленно перемещающимися звёздами, лёжа и не двигаясь. Ни о чем не думая. Никому ничего не должен...

4 глава

– Мой принц.

Я открыл глаза и не сразу понял, что произошло. Меня звала Хенна.

– Да, что случилось?

– Господин Эйнар хочет с вами встретиться.

– Хорошо.

Я поднялся и пошёл к выходу. Потом вдруг остановился и обернулся. Рассвет. Светло-жёлтая нитка у горизонта обозначила начало дня.