Лед. Чистильщик
Шрифт:
Переодевшись в черные футболку и джинсы, я спрятал обрез в рюкзак, прикрыл лысину банданой и вышел в коридор. Помня о приставленных наблюдателях, распахнул дверь подвала, шагнул в темноту, и в лицо немедленно дыхнуло лютой стужей. Ступени оказались покрыты снегом, трубы укутывал толстенный слой инея, и только там, куда угодили капли святой воды, в свете фонаря темнели пятна изъеденного ржавчиной металла.
Коридор и вовсе выглядел странно искривленным и перекрученным, словно пространство текло, выгибая стены и потолок в некое подобие
Хорошо хоть тени не объявились…
Я бегом пробежал напугавший своей нереальностью подвал, взлетел по скользким ступенькам второй лестницы и выскочил наружу. Увязая в глубоких сугробах, обогнул хоккейную коробку, лед которой поскрипывал под лезвиями коньков невидимых хоккеистов, и по проходу между гаражей выбрался в нормальный мир.
Дальше – бросок до остановки, а там уселся в нужную маршрутку и спокойно покатил через весь город на улицу Папина. Лицо неместной национальности гнало, будто на пожар, и, пока ехали, мне даже толком задремать не удалось.
Дом семнадцать стоял сразу у дороги. Дом тот самый, вот – табличка с номером, вот – газон. Не хватало только битой «мазды».
Неужто в сервис отогнали?
Досадно.
Выругавшись, я зашагал в обход дома, но даже прежде чем успел зайти во двор, почувствовал едва уловимую стылость текшей в сторону озера магической энергии. А еще – легкое дрожание грани, отделявшей реальный мир от свертка.
Теперь понятно, почему колдун свой выбор именно на этом доме остановил. Предусмотрительный.
Хмыкнув, я прошелся по двору и возле углового подъезда наткнулся на битую «мазду» с мигавшим за треснувшим лобовым стеклом огонечком. Оглядевшись по сторонам – никого, – стянул со спины рюкзак и со всего маху приложился ботинком по колесу.
Сигнализация заголосила на редкость пронзительно, и, не став дожидаться встревоженного хозяина рядом с автомобилем, я поднялся на крыльцо и встал за бетонной стенкой, отгораживавшей входную дверь от помещения мусоропровода. Заранее расстегнул рюкзак, нашарил обрез, взвел курки.
Сейчас прибежит, никуда не денется. Не станет машину без присмотра оставлять.
Так и вышло: вскоре хлопнула железная дверь, пиликнул брелок и сразу смолк вой сирены.
Прикрывая обрез рюкзаком, я вышел из-за стенки и спросил:
– Михаил Числов?
Парень обернулся и с удивлением посмотрел на меня.
– Вы кто? – поинтересовался он.
И хоть фотография на телефоне совпадала с оригиналом на все сто, я предпочел исключить малейшую вероятность ошибки и потому соврал:
– По поводу ДТП. Вы Числов?
– Да, а что…
Рюкзак упал на ступени и, перехватив стволы обреза левой рукой, я спустил курок.
Ба-ах!
Числова швырнуло на капот автомобиля, в горле у него заклокотало, а иссеченная обрезками гвоздей футболка в один миг пропиталась кровью.
Я спокойно спустился к колдуну, который судорожно стискивал ладонями месиво изуродованной плоти, и больше для себя самого произнес:
– За все приходится
И вот тут уж я медлить не стал. Подхватил рюкзак, вернулся к мусоропроводу и, распахнув призрачную дверь, шагнул в темное, провонявшее испорченными продуктами пространство свертка. Промчался через вилявший из стороны в сторону узенький коридорчик и уже без сослужившего свою службу обреза вывалился в нормальный мир. Тоже – из мусоропровода.
Сообразив, что очутился в соседнем дворе, я спокойно отряхнулся и поспешил к ближайшей остановке. Дождался нужной маршрутки и с чистой совестью поехал домой. Вновь через сверток прокрался в подъезд, запер дверь и отправился в ванную комнату. Привел там себя в порядок и, пока разогревалась сковорода, закинул ботинки в стиральную машину. Потом поджарил глазунью из трех яиц и вдруг понял, что совершенно не голоден. Не хочу есть, и все.
Это ж надо было так накосячить!
Зачем ты лез? Зачем ты опять все испортил?
А-а-а, к черту!
В голос выругавшись, я завалился на диван и закрыл глаза. Есть такая примета – наутро все вчерашние неприятности не столь серьезными кажутся. Поэтому надо переключиться на что-нибудь позитивное и постараться уснуть.
На что-нибудь позитивное? Или на кого-нибудь?
На Алену?
Блин! Да что ж такое?! За одно утро все похерить умудрился, решительно все! Уж лучше бы совесть заодно с активной гражданской позицией себе в одно место засунул. Не ворочался бы сейчас с боку на бок, а чем-нибудь куда более интересным занимался…
Стоп, не надо об этом. И вообще думать не надо. Спать!
Хотя… а закрыл ли на задвижку дверь?
Должен был – это без вариантов, – но если не проверю, точно не усну.
Сходил, убедился, завернул на кухню выпить воды. Вновь повалился на кровать и закрыл глаза.
Нервы, чтоб их. Нервы и нечистая совесть.
Но все – теперь спать.
Глава 7
Выспался в итоге плохо. Можно даже сказать – отвратительно.
Постоянно просыпался, бегал в туалет, непонятно зачем по пути проверяя, заперта ли дверь. Еще и снилась всякая муть. И нос разбитый болел.
Впрочем, утром лучше не стало. Скорее, даже наоборот.
Неуютно. Страшно. И совесть никак успокоиться не может.
Грызет, грызет, грызет…
Казалось бы, дело сделано и обратно ничего не вернуть – так какой смысл переживать? И ведь надо бы о собственном будущем задуматься, но нет – судьбы мира волнуют. Не совсем мира, конечно…
Откинув одеяло, я решительно поднялся с дивана и поплелся в ванную. Пока умывался и чистил зубы, немного пришел в себя и успокоился. Позавтракал парой бутербродов, вернулся в комнату и задумчиво повертел в руках мобильник.