Лед. Чистильщик
Шрифт:
– Мина! – Меня тут же сбили с ног, навалились сверху, придавили к шпалам…
А потом – БАМ!
Над головой оглушительно громыхнуло, а в следующий миг меня уже вздернули с земли, подтащили к товарному вагону и через пробитую взрывом дыру в дощатом борту зашвырнули внутрь. Не иначе здесь мина и была закреплена…
– Ты в порядке? – заскочил следом Вадим.
Вадим? Да, точно – он.
– Нормально, – прохрипел я, стягивая шлем.
– Серега, тебе помочь? – оставив меня в покое, Вадим сунулся к напарнику,
Тот отмахнулся, отлип от вагона и шагнул к контуженному взрывной волной Виталию. Но контузия – это ерунда. Могло все куда хуже выйти…
И тут – чпок! – брызнула кровь, нога Виталия подкосилась, и он тяжело рухнул на рельсы, а миг спустя до нас донесся раскатистый хлопок.
Сергей, как стоял спиной, так в вагон и запрыгнул. Я даже глазом моргнуть не успел, а он перехватил автомат и осторожно выглянул наружу. Стукнуло, полетели щепки, и лишь потом над путями загулял грохот выстрела.
– Снайпер в переходе над платформой. Отсюда его не достать.
– Мать вашу, – выругался я, вслед за парнями лихорадочно скидывая с себя защитное снаряжение.
Виталий корчился на шпалах метрах в трех от спасительного состава, из простреленной ноги вовсю хлестала кровь, а снайпер почему-то медлил и не спешил его добивать.
Ждет, пока кто-нибудь на помощь кинется? Вот сука…
– Ползи к электричке! – крикнул Сергей водителю и попробовал высунуть наружу ствол автомата, но сразу отпрянул от полетевшей во все стороны щепы.
Я лихорадочно расстегнул рюкзак, выдернул из него тяжеленный чемоданчик бласт-бомбы и, сковырнув заднюю панель, воткнул амулет в идеально подошедший ему по размерам разъем. После задрал рукав и начал пристально следить за слишком уж неторопливым бегом секундной стрелки наручных часов.
– Здесь оставаться нельзя, – перебрался ко мне Вадим. – Сейчас с площади подтянутся и расстреляют прямо через борт.
– Минуту! – рявкнул я. Хотя бы минуту. Хотя бы половину заряда…
Виталий тем временем переборол боль и, оставляя за собой кровавый след, пополз к соседней электричке, но тут же его рука подогнулась, на снег брызнули алые капли, а меж составов загуляло эхо второго выстрела.
– Вот сволочь! – в бессильной ярости скрипнул зубами Сергей. – По конечностям бьет! Задушу, суку…
– Уходить будем на ту сторону, там не достанет. – Вадим перебежал к дверям товарняка и начал закреплять на ней заряды. – Вынесем и уйдем…
Чувствуя, как начинают обжигать пальцы медные пластины, я накинул цепочку «Чешуи дракона» себе на шею и выскочил из вагона.
– Стой! – заорал Сергей, но мне было уже не до него.
– Заряжайте амулеты! – крикнул я и метнулся к вывшему от боли Виталию. Под ногами глухо стукнуло, и от шпалы во все стороны полетели острые щепки; миг снайперу на перезарядку – и следующая пуля сыпанула искрами, впустую срикошетив
Понимая, что каждый отведенный выстрел расходует драгоценную энергию, я ухватил Виталия под мышки и без особых сантиментов рванул на себя. Проволок по заснеженной земле, уперся ногами в шпалу, собираясь перетащить через рельс и…
…и тут голова парня мотнулась, а из дыры в простреленном шлеме начала выбиваться тоненькая струйка крови.
Сволочь!
Развернувшись, я метнулся в укрытие – выстрел, второй! – забрался в вагон и отшвырнул «Чешую дракона» в угол.
– Ты чего? – удивился заряжавший амулет Сергей.
– Забей! – отмахнулся я. – Неизвестно, сколько в нем энергии осталось, второй раз заправлять слишком опасно.
– У меня все, – отодвинулся парень от чемоданчика с бласт-бомбой.
– Нужно еще четыре минуты! – предупредил я и воткнул в разъем новый амулет. – Вадим, ты ту сторону контролируешь?
– Да, – оторвался приникший к щели парень. – Они точно будут здесь раньше. Если пойдут вдоль состава, нам хана.
– Хотя бы три минуты!
Вадим на миг обернулся и предупредил:
– Окажется у них пулемет или гранатомет, расстреляют за милую душу…
– Откуда? – спросил я и, натянув перчатки, чтобы не обжигать пальцы, продолжил заряжать амулет. – Откуда у них возьмутся пулеметы и гранатометы?
– Оттуда же, откуда мины и снайперская винтовка, – буркнул Сергей. – Явно крупнокалиберная.
– Держи! – И я кинул Вадиму амулет.
– Оставь себе!
– Держи, сказал! – рявкнул я и воткнул в разъем последнюю «Чешую дракона».
– Идут! – прошептал парень через минуту и пятнадцать секунд. – Трое. Похоже, не знают, в каком мы вагоне.
– Еще немного!
– Расходятся! Упустим момент.
Выругавшись, я застегнул на себе цепочку с заряженным лишь на две трети амулетом и дал отмашку:
– Начинай! – Сам передвинул ползунок таймера бласт-бомбы на четверть, глянул на часы – восемь ноль пять ровно, – и щелкнул переключателем. Иначе никак, иначе на это просто может не остаться времени.
Вадим отбежал к нам и зажал уши ладонями.
– Взрываю! – предупредил он, сразу громыхнуло, и сорванную створку просто вынесло наружу.
Вскинув автоматы, парни синхронно подскочили к выходу и в два ствола расстреляли застигнутых врасплох горожан. Ближних сразу сбило с ног, и они попадали в снег; третий изловчился схорониться за невысоким бетонным бортиком. Я недолго думая зашвырнул туда гранату и, выпрыгнув из вагона, присел в ожидании взрыва.
Присел – и сразу боковым зрением уловил движение на крыше. Крутнулся, заваливаясь набок, и тотчас земля взорвалась фонтанчиками щебня. «Чешуя дракона» обожгла грудь; я поймал красной точкой прицела бежавшего по крыше вагона стрелка и потянул спусковой крючок.