Лазурь. Параллель

Саюнов Игорь

– Смотрите! – взволнованно крикнул он спутникам, махнув на скачущий слабый свет, но те почему-то остались неподвижными. Ноги сами понесли Павла вниз, к заполненной туманом котловине, он даже не успел испугаться этого, только почувствовал где-то в груди и животе, будто все внутренности в один миг сжала гигантская холодная рука.

Ловко спустившись по пологому берегу, он нырнул в туман. Под ногами оказалась на удивление твердая почва, поросшая местами мхом, то тут, то там ему навстречу из пелены выпрыгивали заросли камыша и редкий кустарник, но он обегал все преграды, стараясь не сбиваться с курса. Пробежав половину озера, Павел выскочил на затянутую туманом полянку и встал

как вкопанный. С противоположного конца, изящно прорвав собой седую пелену, выступила огромная кошка с большой головой и короткими ушами, прижатыми вдоль макушки. Размером она была крупнее рыси, но гораздо мельче тигрицы. Серо-рыжая шерсть лежала гладко, чуть дыбясь на спине и загривке: животное явно нервничало. Павел оцепенел. Пистолет так и остался в рюкзаке, бегают кошки более чем хорошо, а здесь, в тумане, ничего не стоит споткнуться и упасть, особенно если ты – новичок, впервые вышедший в Зону. С каждой секундой он все яснее осознавал безвыходность своего положения. Кошка приоткрыла пасть, обнажив внушительные желтоватые клыки, блестящие слюной, и глухо зарычала, но Павел этого не услышал – он сам заорал во все горло.

– Павлуха, ты чего?

Сильная рука резко опустилась на плечо, вмиг заставив замолчать. Павел подскочил и чуть не свалился с ног. Горелый! Он обернулся: сталкер по-прежнему стоял в полуметре позади, рядом с Терапевтом. А впереди все так же колыхалось туманное озеро.

– А как? – завертел головой Павел. – Я же был там, спустился вниз, почти на другую сторону вышел. А теперь снова тут? Как?

Горелый развернул его к себе и внимательно посмотрел в лицо:

– Ты никак галюна словил?

– Да нет! – отмахнулся тот. – Там кошка огромная такая, как лев, только темнее, но рычит!

Парень пытался жестами показать размеры животного и его поведение.

– Слушай, Горелый, а пойдем-ка отсюда. – Терапевт инстинктивно сделал шаг назад, косясь на озеро. – Силки можно и в другой раз проверить, верно?

– Согласен. Идем.

Сталкер крепко схватил паренька за рукав, и все трое поспешили прочь, подальше от заболоченного озера.

– Огоньки, говоришь? – Горелый задумчиво хмыкнул. – Может, и они. Раз даже тебя прихватило, понятно, почему живность туда так тянется. А зверюге охотиться удобно. – Сталкер почесал щетину и усмехнулся. – Только вот была ли зверюга…

Объяснить этот феномен ни Павел, ни Терапевт не смогли, однако все сошлись во мнении, что ученые могут этим заинтересоваться, и старый сталкер уже мысленно потирал руки, предвкушая хорошую оплату. Из раздумий о деньгах его вырвали слова Павла:

– На ночлег здесь же остановимся?

– Чего? – не сразу сообразил Горелый.

– Ночлег! – Павел стоял у входа в просторное одноэтажное здание. – До вечера же едва тут все прибрать успеем. А завтра займемся строительством бара. Я думаю, здесь будет идеально, дорога ведь рядом!

Озеро давно осталось позади, а день перевалил за середину, когда трое сталкеров вышли по широкому заброшенному тракту к кирпичным постройкам в зарослях некогда ухоженной лесопосадки еще со времен первой Катастрофы. Небольшие здания, видимо, принадлежавшие лесничеству, были порядком повреждены временем и мародерами, однако Зона компенсировала эти утраты, добавив одну деталь по соседству. Столбы ЛЭП, стоящие вокруг, мерцали и потрескивали, будто электричество из срезанных проводов переместилось непосредственно в них. Столбов было четыре, три тянулись в ряд вдоль боковой стены самого крупного из зданий, у входа в которое и стоял Павел, а оставшийся был чуть в стороне, у вытянувшейся вверх подстанции. Остальные опоры

свой век давно отслужили, и следов от них уже не осталось, эти же, несмотря на очевидную дряхлость, не только держались, но и будто бы держали на себе все это место. Потемневшее дерево фосфоресцировало, мерцая голубым сиянием, идущим откуда-то изнутри, а с верхушек, как с катушки Теслы, время от времени срывались пучки маленьких молний, с треском бьющие в пространство.

– Бар? – с невинной улыбкой уточнил Горелый. – Прям под аномалией. У тебя, Павлуха, совсем крышу выбило тем огоньком?

– Ты не понимаешь! – помотал головой Павел. – Это же бесконечная энергия! Ну скажи, Терапевт!

Врач вздохнул и пожал плечами.

– Не знаю, как ты, дружище, а я бы форсировать не стал. Аномалии нестабильны, они могут обернуться не бесконечной энергией, а бесконечным геморроем!

– Но мы ведь используем артефакты! – воскликнул Павел.

Терапевт покачал головой.

– Это другое. Артефакты не столь разрушительны и изменчивы, но и они могут быть опасными. А это, – он кивнул в сторону столбов, – вряд ли удастся подчинить.

– Слушай, пацан, мне казалось, ты смышленый малый, – заговорил Горелый, сменив улыбку на привычную хмурость. – Бар построить – это тебе не куличи в песочнице лепить. Здесь нужны связи и большие деньги, а еще обоснованность и удача. Я уверен, что с первыми двумя у щенка вроде тебя большие проблемы, особенно после того, как ты сбежал от Полыни и пошел против воли того, кто за тебя платил. Готов поспорить на что угодно – это твой отец. С третьим пунктом все обстоит еще хуже – ты совершенно не смыслишь, о чем толкуешь, и как расположить бар таким образом, чтобы он оказался в нужном месте. В городе оно просто: воткнул забегаловку, и народ сам к ней потянется, а тут сталкеры где попало не ходят, и таскаться в бар к черту на рога ни один дурак не станет. Так что вот тебе мой бесплатный совет: вали-ка ты домой, пока на пулю шальную не нарвался.

– У меня есть деньги! – возмутился Павел. – На моем счету сумма, до какой ты считать не умеешь!..

Ухмылка Горелого стала похожа на звериный оскал. Он схватил парня за ворот куртки и подтянул к себе. Теперь повреждения на лице сталкера действительно были похожи на следы от ожогов.

– И что же мне мешает ее у тебя забрать? – вкрадчиво произнес он. – Что ты сделаешь, если два взрослых мужика решат, что обнаружили легкие деньги?

Павел напряженно молчал. Если Полынь просто хотел заработать на нем, а потом выслать отцу по первому требованию, то другим сталкерам плевать, кто кому родня. В этой глуши даже его труп никто не отыщет!

– Да ладно, Горелый, не перегибай, – вмешался Терапевт. – Все мы по молодости такими были: зелеными, глупыми. Это возраст такой. Не пугай паренька.

– Дурак этот паренек!..

Одновременное пищание смартфонов прервало нарастающий конфликт. Рассылка НИИ исправно предупреждала о приближавшейся Перезагрузке.

– Вот и отлично. – Горелый убрал гаджет и сердито посмотрел на спорщиков. – Возвращаемся в «Гарантию». Торчать тут всю ночь я не намерен. Пошли!

Павел попятился, искоса глядя на сталкера.

– Я не пойду к Полыни! Не для того сбегал!

– Значит, поедешь домой, – бросил сталкер. – Нечего тебе тут делать. Откроешь свой бар где-нибудь еще – целее будешь.

– Нет, – отрезал тот.

– Да и хрен с тобой. С психами связываться – себе дороже. А у тебя и правда крыша протекает. Не зря батя сплавил от себя подальше. – Горелый развернулся и зашагал прочь. – Пойдем, Терапевт.

Врач замялся.

– Прости, Паша. Но он прав. Пошли!

– Нет!

– Не глупи, идем!