Лайк за любовь
Шрифт:
— Егор! Нет… нет… нет… — запричитала я, почувствовав, как его губы стали подниматься обратно выше по животу.
Своими руками я попыталась надавить на мужские плечи вниз, но его тело даже не сместилось и на миллиметр в нужном направлении. Мне захотелось в очередной раз стукнуть по его белобрысой голове.
— Да… да… да… — с издевкой прошептал он над ухом и, схватив мое голое тело в охапку, переместил нас в сторону импровизированной кровати на полу.
Мы буквально рухнули на матрас с белоснежными простынями. Егор навис надо мной, приподнявшись на локтях. Я чувствовала, как его горячие и требовательные губы не спеша
Он словно издевался надо мной, нежно лаская своим языком поочерёдно то одну, то другую грудь. Я податливо выгибалась в спине, ухватившись за его крепкую шею, разрываясь от похотливого, острого желания. Мои ладони заскользили по плечам, по накаченному прессу, чувствуя, как дико горит его кожа под моими прикосновениями. Я потянулась к застежке на ремне, но Егор одним грубым рывком схватил меня за запястья, заводя их на вверх над моей головой.
Он хищно облизал губы, пристально смотря в глаза, а я просто была готова сгореть дотла в этом человеке.
Мои губы потянулись за поцелуем, но он так крепко прижимал меня к полу, что невозможно было и пошевелиться. Продолжая удерживать запястья в своих горячих тисках, он покрывал поцелуями мою грудь, а его пальцы, нежно пройдясь по рёбрам, по животу вниз, оказались между моих ног. Я прогнулась в спине в ответ на его прикосновение, а тело судорожно напряглось, выпуская из легких глубокий стон. Мне безумно хотелось двигать своими бедрами, но Егор властно держал меня под собой. Одновременные ласки груди и самого горячего чувствительного места сливались в такой клубок адской похоти, что я начинала извиваться под мужским телом.
— Королев… прошу… — я даже не узнавала свой ломаный голос.
Но его пальцы между ног лишь замедляли движения. Егор сам дышал уже через раз. Он измученно стонал, дразня языком мои соски, постепенно ослабляя хватку на моих руках. Собрав всю свою смелость и силу в один комок, я резко толкнула парня за плечи, переворачивая его на спину. Егор, не ожидавший подобных действий, легко поддался на мои манипуляции. Теперь он был подо мной. Не давая ему даже опомниться, я жадно впилась в его крупные полуоткрытые губы.
— Может, ты наконец разденешься? — зашептала я.
Без лишних слов он расстегнул ремень. Я разрешила ему снять с себя только джинсы. Опуская свои далеко не скромные поцелуи к низу живота парня, я ощущала, как реагирует его тело на меня. Егор тяжело и прерывисто дышал, кусая свои губы. Мышцы вздрагивали под рисунками, которые вызывающе чертил мой язык, описывая контуры его татуировки. Мне нравилось его дразнить, нравилось прикасаться губами к горячему телу.
— Скажи, а ты ласкал себя сам когда-нибудь? — зашептала я, отзеркалив его же недавний вопрос и заглядывая в разноцветные глаза, положив руку точно на выпирающий бугор под боксерами.
Мое лицо тут же запылало с непривычки произношения таких вопросов, но меня начинали заводить подобные вещи… Его глаза, устремленные в потолок мгновенно расширились, и Егор издал звук очень похожий на шипение с нотками хрипоты.
— Твою ж… Кира-а…. А что ты хочешь услышать?
— Правду, — мои губы и язык снова оставили влажные следы на его татуировке, а рука все так же была «на пульсе».
Егор хмыкнул:
— Кира, запомни, все мужчины мастурбируют. Все. До единого.
— И когда ты занимался этим в последний раз? — моя рука осторожно
Егор напрягся всем телом, жарко облизав свои крупные губы языком.
— Скажем так, после знакомства с тобой такие мысли появлялись достаточно часто, — прошептал он, сощурив лоб и потер двумя пальцами переносицу.
Дав волю своему возбуждению, я стянула с него боксеры. Мой взгляд заскользил по всему телу Егора: широкие плечи резко контрастировали с узкими бедрами, мускулистые длинные ноги, прекрасный пресс, заметная дорожка волос, вызывающе спускающаяся в самый низ живота. Я нарочно очень медленно склонилась над мужскими бедрами, а он лишь мучительно стонал, закрыв глаза. Обдав своим горячим дыханием напряжённую мужскую плоть, я осторожно провела по ней кончиком языка. Мне показалось, что было слышно, как заскрипели зубы Егора. Осмелившись продолжать, я все увереннее начинала плавно двигать языком и губами, но теперь уже было понятно, что он и слова мне не скажет. Егор был полностью в моей власти.
Я не сбавляла движений своего языка, чувствуя, как начинает дрожать каждый мускул на теле блондина. Даже мое собственное возбуждение ушло на второй план, когда я видела, как тяжело он дышит, как от скользящих и плавных движений моих губ, запрокидывает голову, что-то бормоча себе под нос и хрипло стонет, вытягиваясь в струну.
Он был беззащитен передо мной. Это заводило до чёртиков, до настоящего бесстыдства. Заводила лишь одна мысль, что я вообще могла иметь власть над ним, могла заставить его трястись от возбуждения, стонать до хрипоты, терять ориентацию в пространстве. Я с нескрываемым для себя наслаждением наблюдала, как мои ласки действуют на Егора. Почувствовав мой взгляд на себе, он приподнял голову и встретился со мной глазами, которые тут же дико расширились, и он откинулся обратно на подушки.
— Кира… я долго не выдержу, — это прозвучало как хрип отчаяния.
Он резко потянул меня за плечи вверх, переворачивая на спину. Я уже мучилась от возбуждения, кипящего в моей крови. Его ладонь скользнула куда-то под подушку, вытягивая оттуда блестящую упаковку.
— Сам справишься или мне помочь? — невинно поинтересовалась я, замечая, как по-детски нахмурились брови парня.
— То есть так, да? — зашипел он, легко разрывая зубами блестяшку. — А кто поможет тебе, когда ты будешь стонать подо мной? — склонившись, парень сжал мои бедра и придвинул их ближе к себе. — Кто поможет, когда твоя голова перестанет соображать, а твое тело станет полностью моим… — хриплый шёпот у шеи пустил по мне сладкую дрожь.
Я тихо ахнула, чувствуя, как медленно Егор накрывает меня приятной тяжестью своего тела. В этот раз было все по-другому — не было тянущей боли. Только лёгкий дискомфорт и ощущение, как от низа живота распространяется тепло. Он хрипло застонал, на секунду замерев во мне.
— Ты круче любой наркоты, — прошептал Егор, не отрывая от меня застывший взгляд.
Я приподняла бедра вверх, чувствуя, что хочу большего. Шумно засопев и не переставая терзать мои губы, он начал осторожно двигаться во мне. Замирая от сладкой боли, я разрешала ему целовать меня так, как ему хочется, кусать, сжимать и ласкать руками мое тело, как ему нравится. Я выгибалась, тонула в глубоком нервном дыхании, начиная постепенно терять контроль над собой, когда отголоски боли внизу живота стали сменяться на пылающие спазмы.