Лавина
Шрифт:
Другой поставщик. Ну, ясно – мафия.
Они подъезжают к береговой линии. Параллельными рядами здесь спускается к воде десяток длинных и узких одноэтажных складов. С этой стороны к ним ведет единственное подъездное шоссе. Между постройками петляют дорожки поменьше, подходя к самой воде, где когда-то были пирсы. Время от времени попадаются ржавеющие тягачи на гусеничном ходу.
Съехав с подъездного шоссе, Нг заводит фургон в небольшой закоулок, отчасти скрытый старым кирпичным зданием электростанции и штабелем проржавевших контейнеров. А потом разворачивает
– Деньги в ячейке хранения перед тобой, – говорит Нг. Открыв бардачок, как назвали бы его все прочие люди на свете, И.В. обнаруживает толстую пачку потрепанных и грязных банкнот в миллиард долларов каждая. Миллиардки.
– Господи боже, что, грипов не нашлось? Это ж такая тяжесть!
– Курьер вероятнее всего расплатился бы такими купюрами.
– Потому что все мы мелкая сошка, да?
– Без комментариев.
– Сколько тут, квадрильон долларов?
– Полтора квадрильона. Сама понимаешь, инфляция.
– Что от меня требуется?
– Пойдешь в четвертый склад слева, – говорит Нг. – Как получишь пробирку, подбрось ее в воздух.
– И что потом?
– Об остальном позаботятся.
В этом И.В. сомневается. Но если она влипнет, что ж, всегда можно будет помахать личными знаками.
Пока И.В. со своей доской выбирается из фургона, Нг издает череду новых звуков. Лязг и скрежет резонируют по всему кузову: это где-то в его недрах оживают неведомые механизмы. Извернувшись, И.В. видит, как из крыши фургона вылезает, раскрываясь, стальной кокон. Под лепестками оказывается миниатюрный складной вертолетик. Бабочкиными крыльями разворачиваются лопасти. На боку у него краской выведено «СМЕРТЕЛЬНЫЙ ВИХРЬ».
32
Какой тут нужен склад, догадаться нетрудно: четвертый слева. Дорога, бегущая к береговой линии, блокирована несколькими транспортными контейнерами, такие железные коробы часто видишь на платформах восемнадцатиколесников. Здесь они расставлены елочкой, поэтому, чтобы проехать мимо, приходится раз десять повернуть слаломом направо-налево, пробираясь по похожему на лабиринт туннелю между стальными стенами. На крышах пристроились парни с автоматами, охраняющие этот марафон с препятствиями. К тому времени, когда И.В. снова выбралась на открытое пространство, ее досконально проверили. С протянутых над головой проводов свисают редкие лампочки, есть тут и пара-тройка рождественских гирлянд. Все они горят, наверное, чтобы подбодрить клиентов. И.В. не видит ничего, кроме огоньков лампочек, да и те кажутся всего лишь размытыми пятнами в общем облаке тумана и пыли. Проход к береговой линии перед ней перекрывает еще один лабиринт контейнеров. На одном надпись-граффити: «СКОР ИЗРЕК: ПОПРОБУЙ СЕГОДНЯ ОБРАТНЫЙ ОТСЧЕТ!»
– Что такое СКОР? – спрашивает она, просто чтобы нарушить тишину.
– Самовластный Король Озона Разрушителей, – отвечает мужской голос.
Его владелец спрыгивает с погрузочного дока слева от нее. В глубине склада помаргивают лампочки и
– Мы так Эмилио зовем.
– Ах да, – кивает И.В. – Фреонщика. Я пришла не за «Холодком».
– Да-а, – тянет длинноногий мужик. Ему под сороковник, но для своих сорока он выглядит слишком тощим. Выдернув изо рта окурок, он бросает его точно дартс.
– И чего же тебе надо?
– Сколько стоит «Лавина»?
– Один и семьдесят пять грипов.
– Я думала, полтора. Мужик качает головой:
– Сама понимаешь, инфляция. И все-таки это бросовая цена. Черт, эта твоя доска стоит, наверное, целую сотню.
– Такую даже за конгбаксы не купишь, – говорит, расправляя плечи, И.В. – Слушай, у меня только полтора квадрильона долларов.
Она вытаскивает из кармана пачку. Мужик смеется и, покачав головой, орет своим коллегам на складе:
– Эй, ребята, тут одна цыпочка хочет заплатить миллиардками.
– Лучше избавься от бумажных денег, дорогуша, – произносит более резкий, неприятный голос, – или купи себе тачку.
Второй мужик, еще старше первого, с лысой макушкой и курчавыми прядями на висках, стоит, выпятив брюхо, в погрузочном доке.
– Не хотите брать, так и скажите, – говорит И.В. – Это брехня, а не бизнес.
– Цыпки к нам не так часто залетают, – отвечает лысый толстяк. И.В. понимает, что это, верно, и есть сам СКОР. – Поэтому мы тебе сделаем скидку за храбрость. Повернись спиной.
– Да пошел ты, – отвечает И.В. Не станет она поворачиваться ради этого типа.
Все в пределах слышимости ржут.
– Ладно, шевелись, – говорит СКОР.
Жердь возвращается к погрузочному доку, стаскивает оттуда алюминиевый чемоданчик и ставит его на железную бочку посреди дороги; чемоданчик теперь на уровне пояса И.В.
– Сперва заплати, – говорит он.
И.В. протягивает ему миллиардки. Осмотрев пачку, Жердь с хохотом забрасывает деньги через плечо в ворота дока. Мужики внутри снова ржут.
Жердь поднимает крышку чемоданчика, открывая небольшую клавиатуру, вставляет в прорезь свою идентификационную карточку, потом пару минут барабанит по клавишам.
Вынув наконец из стойки пробирку, он вставляет ее в гнездо. Устройство засасывает пробирку внутрь, колдует над ней и выплевывает снова.
Жердь протягивает пробирку И.В. Красные цифры на крышке отсчитывают от десяти назад.
– Когда дойдет до единицы, поднеси к носу и вдохни, – говорит Жердь.
Но она уже пятится от него подальше.
– У тебя проблема, дорогуша? – спрашивает он.
– Пока нет, – отвечает она. А потом изо всех сил подбрасывает пробирку вверх.
Из ниоткуда возникает «тяп-тяп» лопастей. Над головой у них размытым пятном проносится «Смертельный вихрь». Все на мгновение приседают: это от неожиданности у них подкашиваются колени. На землю пробирка не возвращается.
– Ах ты, сучка, – говорит Жердь.
– А ведь крутой был план, – говорит СКОР, – но вот ведь одного я не могу понять: зачем такой милой, умной девочке идти на самоубийственное задание?