Ласковые имена
Шрифт:
Вопреки ее обещанию, правые колеса «кадиллака» уже съехали с асфальта и неуклонно приближались к кювету, но Генерал сжал губы и не сказал по этому поводу ни слова. Он считал, что ответственность в основном лежит на Авроре, хотя прекрасно знал, что на дороге без ограждений ей нельзя доверять, и ему не следовало позволять ей ехать в ресторан, расположенный в тридцати милях от города.
– Что бы ты ни говорила, могла бы попробовать, – упрямо повторил он.
Аврора не обратила внимания на его тон и проехала милю, не говоря ни слова. Потом она потянулась и снова сжала его руку.
– Попытка это не совсем
– Аврора, о чем ты говоришь? – спросил Генерал, обеспокоенный ее словами. – Почему тебе со мной расставаться, и что мне с собой делать, если это произойдет?
– Ну, ты же сам сказал, что мое поведение тебя расстраивает, – напомнила Аврора. – Не сомневаюсь, тебе будет лучше, если мы расстанемся. Я уверена, что в Хьюстоне найдется сколько угодно милых леди, которые будут счастливы встретить на своем пути генерала с четырьмя звездами на погонах.
– Не таких милых, как ты, – возразил Генерал, прежде чем она закрыла рот.
Пожав плечами, Аврора улыбнулась себе в зеркало заднего вида, повернутое, как всегда, под таким углом, что себя она могла видеть лучше, чем дорогу.
– Гектор, какой ты романтичный, но я уверена, что вредность перевешивает во мне обаяние, сколько бы его у меня ни было. Всем известно, что я невыносимая, ты тоже можешь с этим согласиться и перестать тратить на меня остаток своей жизни. Боюсь, что я тоже стала разделять всеобщее мнение. Я высокомерная и своенравная, и у меня очень злой язык. Мы часто друг друга раздражаем, и я сильно сомневаюсь, что мы смогли бы протянуть под одной крышей хоть шесть дней, даже прилагая к этому все усилия. При своей привередливости я обречена на одинокую жизнь, и, вероятно, от нее не откажусь. Наблюдая в бинокль мой гараж и предаваясь своим мечтам, ты сам себя губишь. Найди себе какую-нибудь милую даму, которая любит вкусно поесть, и увози ее на Таити. Ты военный человек, и, по-моему, тебе пора снова привыкнуть командовать.
Генерала так поразила отповедь Авроры, что он забыл ей напомнить о том, что приближается поворот на Хьюстон.
– Но, Аврора, я же не отвыкал командовать, – зло прохрипел он. – Дело в том, что ты единственная женщина, которой я хочу командовать.
Тут он заметил, что Аврора не заметила поворота и собирается проехать мимо.
– Поворачивай, Аврора, – проорал он так, что громкости хватило бы, чтобы повернуть вспять танковую колонну.
Аврора вела машину прямо.
– Гектор, сейчас не время показывать свой характер, – заметила она. – Голос у тебя уже не тот, что прежде, да и я вовсе не то имела в виду, когда говорила о привычке командовать.
– Да нет, Аврора, ты же пропустила поворот, – сказал Генерал. – Черт побери, всегда, когда мы с тобой здесь едем, мне кажется, что ты должна знать дорогу. И все-таки мне приходилось показывать тебе путь абсолютно каждый раз.
– Видишь, об этом я и думала, когда сказала, что мы друг другу не подходим. Ты всегда знаешь как ехать, а я нет. Я уверена, мы друг от друга с ума сойдем через
– Нет! Она ведет на Эль-Пасо.
– Ну вот, – возмутилась Аврора. – Ты со мной полжизни проговорил о дальних странах, а сам не даешь мне даже испробовать новую дорогу. Мне кажется, ты не слишком последователен, Гектор. Ты же знаешь, что я терпеть не могу возвращаться.
– Аврора, черт тебя возьми, у тебя нет дисциплины, – прорычал Генерал, теряя терпение. – Если бы ты за меня вышла, я бы тебя тотчас обучил.
Пока он гневался, Аврора совершила один из своих мастерских V-образных поворотов – от кювета до кювета.
– Ты не нажала на поворотник, – заметил Генерал.
– Возможно, тем не менее твоя, а не моя машина постоянно ломается, – Аврора вздернула подбородок. Вдруг ей стало неприятно продолжать разговор с Гектором, и она замолчала. Впечатление от вкусного ланча еще не рассеялось, и она пребывала в прежнем прекрасном настроении. Они ехали по прекрасной береговой равнине к юго-востоку от Хьюстона. Невдалеке летали чайки, запахи океана и высокой прибрежной травы смешивались, образуя приятный букет. Дорога казалась ей необычайно живописной, можно было любоваться чайками и необычными скоплениями облаков, которые стали наползать друг на друга, что радовало ее значительно больше, чем вид Гектора, опять скрестившего руки на груди и, видимо, сильно рассердившегося на нее.
– Гектор, я готова поспорить, что ты не был таким ворчливым, пока не облысел, – начала Аврора. – Тебе не кажется, что шиньон улучшит твой характер?
Генерал без предупреждения накинулся на нее. – Поворачивай, Аврора! – закричал он. – Ты сейчас снова проедешь дорогу.
К ее неудовольствию, Генерал перегнулся и хотел схватиться за руль, но она шлепком по руке отогнала его. – Поверну, поверну, раз уж тебе больше не о чем подумать, – рассердилась она. – Только не мешай.
– Нет, уже поздно, – сказал Генерал. – Теперь уж, ради Бога, не поворачивай.
Но Авроре этот разговор наскучил. Без лишней суеты она сделала поворот, который пришелся чересчур поздно, чтобы вырулить на нужную дорогу, но достаточно своевременно, чтобы не задеть ограждение из колючей проволоки, которое тянулось вдоль нее. Зато она задела большой белый автомобиль, припаркованный, как ей казалось, абсолютно некстати, прямо на обочине, рядом с ограждением.
– О Боже! – она нажала на тормоза.
– Я же тебе говорил, – закричал Генерал, как раз в тот момент, когда они врезались в задний бампер припаркованной машины.
Аврора никогда не водила машину очень быстро, и у нее хватало времени, чтобы притормозить, но все же, когда они наехали на автомобиль, раздался громкий лязг. Почти сразу же послышался другой звук, – она понятия не имела – откуда, а потом, к ее удивлению, машину обволокло облаком пыли. Перед аварией она пыли не заметила.
– Боже мой, Гектор, как ты думаешь, мы попали в песчаную бурю? – спросила она и заметила, что Генерал держится за нос.
– Что с твоим носом? – спросила она, когда «кадиллак» откатывал назад, к заграждению из колючей проволоки. Он остановился, не въехав в заграждение, но пылевое облако не рассеивалось. Несколько позднее пыль осела, и Аврора, достав из косметички щетку, начала причесываться.