Ларец Зла
Шрифт:
Хорас, потерявший так много сил в схватке на вокзале, держался уже из последних сил. Воля Йуну была сильнее его воли, и она настойчиво подталкивала Роберта под пулю…
Неужели Адам окончательно сдался? Или он продолжает вести двойную игру?
Вдруг Роберт понял, что ему незачем больше задаваться этим вопросом, ибо он способен теперь сам заглянуть в душу Адама и ответить за него.
Адам сдался. Он позволил Йуну даже дотянуться до Кэтрин, и они заставили ее выстрелить. А теперь он делает все, пытаясь заставить Роберта
Адам больше не друг, а враг — лютый, непримиримый. Боже!
Прекрасный выход из положения — дать ему истечь кровью и умереть. Если поиграть в эту игру с пулей еще несколько минут, Адама не станет. И тогда перед самым носом Йуну захлопнется дверь, при помощи которой им удалось проникнуть в этот мир.
Роберт потянулся мысленно к Адаму и понял, что при желании он может даже ускорить процесс. Один слабый импульс — и кровь потечет быстрее.
Адам Хейл. Роберт всегда хотел иметь такого брата — непутевого, но веселого. Авантюриста и большого проказника.
Нет, не может быть, чтобы Адам был потерян навсегда. Не может такого быть!
Вобрав в себя энергию земли и воды, огня и воздуха, эфира и разума, Роберт оформил свое желание в конкретную мысль, и… внутреннее кровотечение было остановлено. А в следующее мгновение Роберт запустил в организме Адама все регенерационные процессы, на которые тот только был способен. Выждав еще несколько мгновений, он усилием воли молниеносно исторг Адама и его хозяев из своего сознания, после чего чуть склонил голову влево и опустил подбородок.
Пуля рассерженной осой вжикнула над ухом и содрала кусочек кожи чуть выше правого виска. В следующую секунду ветровое стекло полицейской машины, стоявшей в десятке метров позади Роберта, с грохотом взорвалось. Полицейские бросились лицами вниз на землю, а Роберт… Роберт побежал.
Темная тень отлетела от Кэтрин, и она вновь почувствовала себя собой. Она сделала еще пару-тройку выстрелов по колесам полицейских машин, чтобы прикрыть отступление Роберта, и успокоилась, лишь когда увидела, что он завернул за угол. После этого она отшвырнула от себя винтовку и достала из кармана носовой платок.
Уже через пять минут она вышла на улицу — в черном деловом костюме, строгая, невозмутимая и совершенно спокойная.
Хорас поджидал Роберта в закусочной, как они и договаривались. На нем лица не было, когда тот переступил порог заведения, прижимая ко лбу окровавленный платок. Роберт медленно опустился за стол и только тут понял, что его бьет мелкая дрожь.
— Я не выручил тебя, — едва слышно проговорил Хорас. — Но ты сам себя спас. Прости меня.
Они несколько минут просидели молча, заново переживая все, что с ними только что случилось. Затем Роберт выложил на стол отливавший красной медью
Он уже почти успокоился.
— Форма этих ключей была изобретена многие сотни лет назад, — проговорил Хорас. — Она совершенна. Полный ключ предстанет перед нами в виде шестиконечной звезды, внутри которой заключен еще один шестиугольник. Внутри второго — третий. И так далее до бесконечности.
— Хорас, ты уверен, что мы здесь в безопасности? Может, нам стоит покинуть это место?
За окном то и дело проносились полицейские машины с включенными сиренами и проблесковыми маячками.
— У нас есть еще пара минут.
— Я исцелил Адама.
Хорас внимательно взглянул на него.
— Ты поступил правильно.
— Я считаю, что его рано сбрасывать со счетов. Мы еще можем его спасти, в нем еще осталось что-то человеческое, даже если он сам уже не в состоянии это почувствовать. Я не мог просто дать ему умереть.
— А ведь он пытался тебя убить.
— Да, я знаю.
— Твои возможности теперь превышают возможности Адама. И мои, кстати, тоже…
— Нет.
— Не спорь. Лучше вспомни, что есть еще один человек, который остро нуждается в твоей помощи.
— Терри.
— Когда ты встретился с Адамом у обелиска Уорта, что он тебе говорил такого, что застряло у тебя в голове? Помимо бомбы на коленях у Кэтрин?
— Он прочитал мне целую лекцию о двух зданиях в Метрополитен-лайф-билдинг на Медисон-сквер. Помню, я все никак не мог взять в толк, за каким чертом ему это тогда понадобилось. Впрочем, Адаму это свойственно — в самые ответственные моменты отвлекаться на посторонние вещи.
— Нет-нет, ты не прав сейчас… Он не зря тебе говорил об этих зданиях. Что именно он говорил?
— Всякую краеведческую ерунду.
— И тебя это навело на какие-то мысли?
— Не сказал бы.
— Думай. Он давал тебе наводку на то место, где сейчас укрывается Терри.
— Ты уверен?
— Абсолютно. Вспоминай малейшие мелочи, которые бросились тебе в глаза.
— Он как-то странно произносил это слово — «Метлайф».
— Так, теплее…
— Словно вдруг начал слегка пришепетывать. У него получалось что-то вроде «Метлайс». Он несколько раз повторил: «Метлайс, Метлайс… загадка простенькая».
— Ну и?..
— Я не знаю, Хорас, честно… Метлайс, Метлайс… метал айс? [35]
— Стоп! Ты на верном пути. Что еще он тебе говорил?
— Еще он рассказывал про какой-то тайный бордель, в котором постигал тонкости тантрического секса.
— Название?
— Он никак его не называл. Просто упоминал.
35
Metal ice — металлический лед ( англ.).