Ларец Пандоры
Шрифт:
– А вот с этого места я прошу вас рассказывать в подробностях, - оживился Уотсон.
– Когда ваш отец объявил, что собирается составить завещание? Кто был поверенным в его делах? Кому доставалась большая часть наследства? Насколько велико состояние вашего отца?
– Погодите, инспектор. Вы прямо засыпали меня вопросами, - слабо улыбаясь, произнес Бернард.
– Не буду скрывать, мой отец был богатым человек. Практически вся земля вокруг имения принадлежит нам, у нас есть доля во многих торговых организациях, внушительные сбережения.
– Хотя бы предположите, сколько получится в фунтах.
Бернард вздохнул, нахмурился,
– Полагаю, около трехсот тысяч фунтов, - неуверенно ответил Недвед.
– Триста тысяч, - глаза инспектора округлились.
– За такой кусок пирога на убийство пойдёт любой. Не правда ли?
Бернард смутился.
– Я не понимаю, какого ответа вы от меня ждёте, - сказал он.
– Не обращайте внимания. Считайте это риторическим вопросом. Итак, вернёмся к завещанию. Когда лорд впервые заговорил о нём?
– Этим летом, ещё до моего приезда. Большую часть состояния он собирался оставить мне и Якобу. Фелиции доставалось три тысячи фунтов и квартира в Лондоне. Порядка двух тысяч фунтов лорд оставлял своим слугам. Завещание помогал составлять местный нотариус, хороший друг моего отца, не могу припомнить его имени.
– Вероятно, Исаак Лонг, - предположил инспектор.
– В городе он пользуется репутацией хорошего адвоката.
– Вы правы, это он. Точно сказать, кому из нас, мне или Якобу, достанется большая доля, я не могу. Полагаю, мы узнаем это, когда мистер Лонг привезёт сюда бумаги отца, если, конечно, они существуют.
– А предположить можете?
– Уотсон хитро прищурился.
– Наверное, всё-таки мне, - ответил Бернард.
– Отец любил Якоба больше, но знал его слишком хорошо. Я человек прагматичный и деловой, а Якоб романтичный и уязвимый.
– Спасибо за откровенность. Вы ведь понимаете, что своим признанием превращаете себя в первого подозреваемого? По самым скромным оценкам вам достанется сто пятьдесят тысяч.
Бернард изменился в лице.
– Попрошу вас следить за своими словами, инспектор!
– гневно произнёс Недвед.
– Я способен обеспечить себе безбедное существование. Никогда, запомните, никогда я не поднял бы руки на моего родителя!
– Я понимаю, прошу простить мою резкость, - спокойно ответил инспектор, похлопывая мягкими ладонями по раздутому животу.
– Ну-с, предлагаю перейти к событиям, произошедшим вчера ночью. Что вы можете об этом поведать.
– Я уже рассказывал об этом вашему помощнику, - возразил, было, Бернард, оскорблённый намёками инспектора.
– А теперь расскажете мне, - сказал Уотсон.
В третий раз за беседу Бернард глубоко вздохнул.
– Как я вам уже сказал, весь вчерашний день я провёл в приготовлениях к отъезду. Поэтому немногое знаю о том, что случилось в имении днём. Но вечером, около половины одиннадцатого, я ясно слышал, как Якоб и отец ругались на втором этаже. Потом они перешли в кабинет отца. К одиннадцати скандал стих, я собирался ложиться спать, когда услышал вопль Фелиции, побежал, поднялся на второй этаж, ворвался в кабинет отца. В проходе столкнулся с Фелицией, которая рвалась прочь из комнаты, готова была волосы на себе рвать и громко рыдала. Я растерялся и тут увидел отца, валявшегося на полу. Я бросился к нему, приложил ладонь к его губам и носу. Он не дышал. Я побежал вниз, разбудил слуг, велел звать полицию и врачей, вернулся наверх, убедил Фелицию уйти к себе в спальню, попытался привести отца в чувства,
– Ещё один нескромный вопрос позволите?
– Я не думаю, что Якоб имеет к этому отношение, - твердо сказал Бернард.
– Он не мог так поступить. Да, шкатулка пропала, но её мог...
– Вот как!
– оживился Уотсон.
– Я не о том хотел спросить, но вы продолжайте, продолжайте.
– Её мог забрать злоумышленник. Ставни в комнате отца были открыты настежь. В кабинет могли пробраться через окно.
– Сам собой напрашивается вопрос - были ли у лорда враги?
– У каждого человека есть враги, но таких, которые могли бы пойти на убийство, - Бернард пожал плечами.
– Нет, таких врагов у отца не было.
– Благодарю вас, лорд Недвед, - сказал Уотсон, внимательно наблюдая за выражением лица Бернарда. Инспектор заметил, как на лбу появилась морщинка.
– Если вас не затруднит, пригласите ко мне сержанта Мэрдока и вашу мачеху.
Бернард оставил Уотсона одного. Инспектор облокотился о стол, сложил ладони лодочкой и стал раскладывать мысли по полкам. Он никогда не записывал показания свидетелей, полагался на память. Инспектор верил в интуицию и чутьё. Неважное забудется, отсеется само собой, а ключевые моменты сохранятся. Отделяя таким образом зерна от плевел, Уотсон выяснит правду. Поэтому инспектор мысленно прокрутил разговор с Бернардом в голове. Он успел это сделать дважды, перед тем, как в комнату одновременно вошли Фелиция и Мэрдок.
Не дожидаясь указаний инспектора, вдова устроилась в кресле. Мэрдок остался в дверях, пристально глядя на Уотсона.
Даже не смотря на свой чрезмерно широкий лоб, Фелиция была хороша собой. Белая бархатная кожа без малейшего изъяна, прямой чуть вздернутый нос, полные губы, голубые глаза и густые светло-русые волосы, потоком спадавшие на её плечи, заставляли любого мужчину остановить свой взгляд на Фелиции. Она отдала предпочтение человеку, который намного лет её старше. Уотсон недолюбливал расчётливых женщин, потому церемониться с Фелицией не собирался.
– Миссис Недвед, не могли бы вы уступить место сержанту, - попросил Уотсон, стараясь скрыть насмешливые нотки, звучащие в его голосе.
– Я должен с ним посовещаться.
Не произнеся ни слова, она встала и отошла в сторону. Инспектор хмыкнул, пристально за ней наблюдая. Она старалась вести себя как леди по происхождению, а не по стечению обстоятельств. Смотрела свысока и на инспектора, и на Мэрдока. Фелиция нравилась Уотсону всё меньше.
– Я вас слушаю?
– Мэрдок склонился над столом, так и не сев.
– Да вы располагайтесь, сержант. Запишите следующие поручения, - Мэрдок достал из кармана своего жилета блокнот и карандаш, сел за стол, приготовился писать.
– Итак, - продолжил Уотсон, не отрывая взгляд от лица Фелиции.
– Попросите доктора выяснить, в каком состоянии находился лорд, мог ли он оказывать сопротивления. Прежде всего, меня интересует, справился бы лорд после падения с противником, уступавшим ему в физической силе. К примеру, с женщиной. Это первое. Второе, выясните судьбу шкатулки, которая пропала из комнаты лорда. Расспросите прислугу, поинтересуйтесь, не проявляла ли супруга покойного чрезмерного интереса к этой вещице. И третье, разузнайте всё о Фелиции Недвед, где она родилась, кто родители, есть ли у неё родственники, к примеру, братья, отчаявшиеся настолько, чтобы пойти на убийство. Возможно, отец-каторжник.