Ларденгрод

Колесников Антон

– А что насчет колдуна? Его имя, кажется, Неандр? – спросил рунотворец.

– Так он мне назвался. – угрюмо сказал Ульфредин, – Нет, его среди убитых не было. Я полагаю, что он расстался со своими спутниками сразу после того, как мы разбили гоблинов на опушке леса.

– Ну конечно, – рассеянно произнес Форинвальд, – Этот чародей не так прост. Боюсь, что мы еще услышим о нем.

Все трое задумались. Форинвальд вдруг покачнулся, но устоял опершись на вовремя подошедшего Хальдора. Скорвид, опомнившись от раздумий, взял стоявший неподалеку табурет и усадил на него старого рунотворца. Тан, казалось, ничего на замечал. Он смотрел прямо перед собой, но его взгляд был где-то очень далеко.

Ульфредин

вспомнил ту ночь, когда обнаружил в своем шатре незваного гостя. Ему припомнились произнесенные тогда слова: «Весь твой народ на волоске от гибели. Их от нее отделяет только размер твоей гордости. Подчинишься, будет тебе мир. А если нет, то недоразумение с гоблинами покажется тебе детской шалостью, после того, что сделает со всеми вами мой господин». Тан так и не поведал никому о послании, которое передал тот странный незнакомец. Более того, он не рассказал никому о том, как легко этот колдун изменил свою внешность. Ульфредин действительно опасался того, что среди его подданных пойдут разговоры о том, что их правитель помутился рассудком. Колдуна ведь никто не видел. Все, что было известно о том ночном посещении, поведал сам Ульфредин. Большинство гномов, конечно, поверили своему повелителю, но гордость гвардейцев, стороживших его шатер, была сильно задета. Они клялись, что той ночью не сомкнули глаз, и между собой выражали сомнения по поводу произошедшего. Например, не приснился ли тану очень яркий и правдоподобный кошмар?

От тяжких раздумий Ульфредина отвлек голос Скорвида.

– Думаю, эту тему можно пока оставить. Так или иначе, обнаружить колдуна нам сейчас не под силу. Но мы будем готовы к его следующему появлению. Теперь же необходимо обсудить дальнейшие действия.

В этот момент полог шатра откинулся и внутрь вошел крупный полноватый гном с рыжей бородой, раскинувшейся по всей его обширной бочкообразной груди.

– Мой тан, прошу простить мне мое опоздание. – воскликнул квартирмейстер. – Стоило многих усилий заставить всех вернуться к работе. Народ у нас достаточно впечатлительный, они все еще обсуждают великолепие этих гордых существ. И я их не виню, зрелище поистине величественное!

– Ты пришел вовремя, Дервульф. Настала пора решить, что делать дальше и нам нужен твой совет, так как ты лучше любого знаешь о том, на что способен сейчас наш караван.

– Что ж, тогда таить не буду, мой тан. Мы слишком задержались в Необжитых землях. В остальном королевстве наступает осень, но здесь погода уже подобна началу зимы. С дальнейшим продвижением нам будет становиться все труднее, так как уже сейчас мы пополняем запас провианта куда медленнее, чем он расходуется. Охотиться здесь практически негде, лесов для заготовки древесины мало. Поэтому я считаю, что нам нужно как можно скорее выступить на север. Будем надеяться, что живности и дерева там окажется больше.

Ульфредин расчесал пальцами бороду и обернулся к стоящему подле него Скорвиду.

– Что думает наш мастер скаутов?

– Я согласен с почтенным Дервульфом, но лишь отчасти. Нам не стоит входить в Снежную долину неподготовленными. Когда я летел с капитаном Пареллом над равниной, – при этих словах Дервульф и Хальдор посмотрели на него с нескрываемым восхищением, – то увидел, что над пиками Гранитных гор сгустились небывалые грозовые тучи. Близится буря, с какой едва ли сталкивался хоть один гном. Боюсь, что обильные снегопады не редкость для долины. Дар короля Вальдариса не так прекрасен, как нам хотелось бы верить.

Дервульф скрестил руки на груди и посмотрел на тана.

– И что ты предлагаешь, мастер Скорвид? – спросил скаута Ульфредин.

– Я считаю, что нам нужно спросить совета у валкаров, повелитель.

Тан откинулся на спинку кресла и задумчиво оглядел присутствующих. Дервульф

что-то тихо проворчал, а Форинвальд молча покачал головой. Скорвид продолжил:

– Я знаю, что после всего случившегося среди нас вряд ли найдется кто-то способный доверять собаколюдам, но иного выхода для нас я не вижу. Учитывая сколько их поколений называют долину своим домом, кроме них никто не сможет рассказать нам о выживании в столь суровом краю. К тому же, Вокхог сам желал говорить с тобой, тан, прежде чем мы войдем в долину.

Скорвид замолчал, сцепив руки за спиной, прошел через весь шатер к выходу, слегка отодвинул полог и выглянул наружу. На какое-то время в шатре воцарилась тишина. Лишь снаружи доносились голоса гномов. Вдруг издали снова донесся неясный гул. Через пару мгновений он превратился в низкий рокот и казалось, что даже земля едва заметно содрогнулась. Форинвальд прочистил горло и проговорил:

– Времени на раздумья у нас почти не осталось. Дружба с валкарами нужна нам, хотим мы ее или нет. Владыка Ульфредин, я надеюсь, что твои раны достаточно затянулись и мы сможем продолжить путь. Потому что, если не выступить сейчас, нам придется ждать когда снега снова сойдут. А при здешнем климате это может произойти через пару месяцев, а может, и больше.

Ульфредин поднял взгляд на рунотворца, затем перевел его на стоявшего у выхода Скорвида. Тот встретился взглядом с таном и кивнул. Тан посмотрел на Дервульфа, тот шумно вздохнул, всплеснув руками, и снова что-то проворчал.

– А что думает твой ученик, мастер Форинвальд? – внезапно спросил Ульфредин.

– Мой кто? – растерявшись, проговорил старик, – А, Хальдор! Где ты там, парень? Тан хочет слышать твое мнение.

Молодой гном, потупив взгляд, вышел из-за спины старого мага и встал перед креслом тана. Тот осмотрел начинающего рунотворца с головы до ног, и на его губах заиграла улыбка, надежно скрытая от присутствующих густой бородой.

– Клянусь Камнем, Форинвальд. – проговорил тан, – этот мальчик напомнил мне одного мага явившегося ко двору моего отца в поисках службы. Одет во что попало, держится неуверенно, да и борода темна как ночь. Огненные Недра! Да я уверен, что на нем те же самые лохмотья!

– Боюсь, что так, мой повелитель. Эта та же мантия. – сконфуженно сказал Форинвальд, – Я не особо слежу за своими вещами, и уж тем более, редко приобретаю новые. Эта привычка у меня осталась с молодых лет, впрочем, ты это и так заметил. А мантию я хотел выбросить, да все руки не доходили.

Все присутствующие гномы, кроме Хальдора, рассмеялись. Молодой гном совсем не привык к подобному вниманию, поэтому ему было вовсе не до смеха, он все еще гадал, чего же хочет услышать от него тан.

– Ну, будет. – отсмеявшись, проговорил Ульфредин и обратился к Хальдору. – Тяжело иметь такого учителя как наш Форинвальд. – он бросил веселый взгляд на старика-рунотворца. – Поэтому я распоряжусь, чтобы наши портные дали тебе что-нибудь подходящее для твоей службы. А сейчас вернемся к нашему разговору. Ты присутствовал на малом совете и слышал все, что здесь говорили эти почтенные гномы. Как ты думаешь, что же нам стоит предпринять? У нас, как я понял, всего три возможных пути. Первый, это выступить через день, и решительным марш-броском самостоятельно пройти как можно дальше вглубь долины до того, как снег заметет проход в нее. Второй путь предложил наш мастер-скаут, и он заключается в том, что мы можем обратиться за помощью к валкарам и пройти в долину с их помощью. Если первый вариант несет в себе риск погибнуть в непроходимых снегах, то во втором к этому добавляется еще и наша беспомощность перед стаей собаколюдов. Доверившись им, мы окажемся полностью в их власти, и если тем захочется с нами расправиться, у нас не будет ни единого шанса их остановить.