Лаодамия

Анненский Иннокентий Федорович

Корифей

О, жребий твой невесел, бог… Ты мертвыхПасешь, Гермес… Так говорят у нас.

Гермес

Да, женщина, и стадо мертвых грустно…И если в нем есть сын и мать, не дамЯ матери обнять ее ребенка,И сын ее испуганно бежит…Но мертвые послушны в общем… ЛюбятОни покой… воспоминанья имПриятней разговора…

Корифей

Ужас! Ужас!

Гермес

Но

все сама узнаешь ты, когдаКоснется трость тебя златая…

Корифей

Ужас!

^{(Заметив движение Гермеса)}

Ты хочешь вновь стучать… Неужто часЕще прошел, Гермес?

Гермес

^{(стучит два раза)}

Для них минутойСвиданья час проходит — все равно…

Корифей

О бог, ужель страданья наши точноДля вас игра?А жертвы? А мольбы?

Гермес

Они нужны, но вам… Свободны боги,И этот мир, о женщины, для насРаскрытая страница книги, только…

Корифей

Живете ж вы, небесные, тогда,О Гермий, чем? Пирами и любовью?

Гермес

О нет! Пиры нам скучны, как и вам,Иль тем из вас, кто мудр, а пир ЭротаНас тешит очень редко…На пируЗа свитком мы. Нам интересен пестрыйИ шумный мир. Он ноты нам даетДля музыки и краски для картины:В нем атомы второго бытия…И каждый миг, и каждый камень в поле,И каждая угасшая душа,Когда свою она мне шепчет повесть,Мне расширяет мир… И вечно новБессмертному он будет…А потом,Когда веков минует тьма и стануЯ мраморным и позабытым богом,Не пощажен дождями, где-нибудьНа севере, у варваров, в аллееЗапущенной и темной, иногдаВ ночную белую или июльский полдень,Сон отряхнув с померкших глаз, цветкуЯ улыбнусь или влюбленной деве,Иль вдохновлю поэта красотойЗадумчивой забвенья…

Три стука.

Но пора…И третий час прошел… Довольно, дети…

ЯВЛЕНИЕ ДЕСЯТОЕ

Из дверей идут Протесилай и Лаодамия.

Корифей

О, горький вид… Скорее приходи,Ужасная минута… За тобоюДругие легче будут… Как он бледен…А у нее пылают щеки… О,Филейского ужасный дома жребий!Ее глаза блистают… ты, обманБожественный! ты, брак холодно-лунный!

Лаодамия

Тебя война зовет, властитель мой?

Протесилай

Бессмертные зовут меня.

Лаодамия

Но утраТы, может быть,

дождешься… До зариНедалеко уж… Сном не освежилсяТы, Иолай… А холодно. И путьДалек, и камни на дороге горнойСливаются с туманом…

Протесилай

Плащ и шлем!

^{(Одевается, принимая плащ и шлем из рук рабынь.)}

Мне тяжела разлука… но простимсяСкорей… Луна бледнеет, и востокУж побелеть готов…

Лаодамия

Твой голос глуше,Чем был… Боюсь — не выдержишь пути.

Гермес

Царь, торопись — последние минуты…

Лаодамия

^{(оставляя мужа, к Гермесу)}

О Майи сын, пощады! Если матьТы нежную любил… Я грудью МайиТебя, о бог, молю… Оставь царяСо мною… Он так слаб и бледен, ранаЕго горит… и стынет кровь от мук.

Гермес

О женщина!.. Ты просишь не о том,Что могут дать тебе Кронид и Гермий.

Лаодамия

Не может дать Кронид… Кого ж тогдаМне умолять?

Гермес

Неумолимы двериАидовы, царица…

Лаодамия

ГоворишьВ насмешку ты или шутя, крылатый?

Гермес

О нет, жена, — нет силы воротитьУмершего сиянью солнца.

Лаодамия

Ты говоришь, он умер?

Гермес

Умер?И давно…

Лаодамия

^{(бросается к Иолаю, тот отодвигается. Немая сцена)}

Ты не мертвец?.. О, отчего не хочешьК моей груди прижаться? И коленМне не даешь своих коснуться… ГубыТвои без слов шевелятся. СкользишьТы по земле, как тень… Ты мертвый… точно?Тебе, о царь, и больше никомуЯ не поверю…

Протесилай утвердительно кивает головой.

Лаодамия

Собери дыханьеПоследнее… Как ты убит и точно льЗасыпан ты землею?

Протесилай снимает шлем и делает жест удара. Вопли в хоре.

Протесилай

^{(с усилием, глухо)}

Да… землей…

^{(Губы его шевелятся без звука.)}

Лаодамия

О, если так мучительно… Не надо.Я буду на тебя глядеть… ГлазаТобою я насыщу… Нет, насытитьНельзя тобою глаз… Когда ж опятьУвидимся… Придешь ты?