Лагом к волнЪ
Шрифт:
Когда Антоша приглашал Татьяну к себе в кровать, она имела право прийти. Если жена сама себе решала, что может засыпать с мужем в одной постели, то ее, как постановил муж – спихивали. Жену ведь предупредили: спать на кресле, а если забыла, то – сама и виновата.
Татьяна
– М-м-мля, – сказала Галина Меркурьевна, свекровь, впервые увидев невестку. Развернулась и пошла икать по коридору. Завернула на кухню. Махнула рукой и пошла в спальню, грюкнув упавшим стулом. Посмотрела еще раз на сына, которого не видела два года и уронила свое бренное тело на тахту.
Невестка решила, что свекровь у нее – с юмором, и любит подчеркнуть свое млеющее состояние души. «Мля» Татьяна перевела, как – «млею». В ее семье никто не сквернословил и, даже не ругался словами-заменителями. Антоша тоже не сквернословил он же – ее муж, ее Антоша. Свекор Леонид Сергеевич, живший на даче и месяцами не появлявшийся дома, передал невестке через сына комнатные тапочки, чем очень ее обрадовал. Тапочки были самые обыкновенные, но они были подарены свекром!
– Майор-артиллерист. Зампотех в отставке с нищенской пенсией после ГДР, – жаловалась свекровь невестке, наливая себе из графина в кофейную чашку какую-то
Жена провела на родине мужа всего лишь неделю, но уезжала с чувством глубочайшей благодарности за гостеприимство родителей Антоши. Всю неделю она отчищала засохший жир от стен кухни и холодильника. Драила плиту. Скребла плинтуса, в которые въелась сажа с пылью.
Сажа на плинтусах появлялась от мопеда «Восход». Свекор – если бывал дома – часто перебирал его мотор. И летом, и зимой. Перебирал, как школьники собирают и разбирают кубик Рубика. Заводил мотор и оценивал мощность. Слушал, как он работает. Насколько громко тарахтит. Наблюдал, как дым стелился по коридору, закрашивая плинтуса. У свекра появилась четвертая невестка и, все четыре были с «пунктиком» – все они обожали отчищать сажу с плинтусов и жировые пятна с кухни. Свекор старался им в этом не мешать. Если ему не нравился звук от мотора и дым, он принимался за работу снова. Родители Антоши жили на первом этаже, и поэтому считали, что шум соседей не беспокоил. А едкий запах гари и бензина, который поднимался по щелям межпанельных швов дома до четырнадцатого этажа, хитрый вояка объяснял непонятливым соседям выхлопными газами от машин с улицы. Соседи очень старались быть понятливыми. Они знали, что если эти шум и гарь окажутся не с улицы, то Леонид Сергеевич, когда им понадобится перебрать мотор их «ВАЗов» и «ГАЗов», делать этого не будет.
Конец ознакомительного фрагмента.