Лабиринты хаоса
Шрифт:
Томас бросился вдогонку. Они промчались сквозь толпу прохожих у огромного кинотеатра МК2 и теперь бежали среди машин по Авеню де Франс.
Завизжали тормоза, «фиат-панда» вылетел на тротуар. Томас, не останавливаясь, взмахнул руками, чтобы извиниться. Погоня продолжилась на велосипедной дорожке посередине проспекта. Они лавировали между велосипедистами, уворачивались от роллеров.
Незнакомцу удалось вырваться далеко вперед. Томас видел, как он прыгнул на эскалатор, уходящий под землю. Метро, четырнадцатая линия. Томас задыхался, он боялся, что скоро не выдержит этой гонки. Беглец сунул билет в прорезь
Незнакомец уже не бежал, он шел быстрым шагом, оглядываясь по сторонам. Станция была почти пуста, на платформе было всего насколько пассажиров. Подошел поезд, открылись автоматические двери. Томас в последний момент успел впрыгнуть вслед за незнакомцем Он обливался потом и с трудом переводил дыхание.
Незнакомец взялся за поручень и стал осматриваться. Поезд был новой модели, вагоны были разделены не дверями, а «гармошками». Большинство пассажиров скопилось в передней части состава, далеко от Томаса. Вслед за ним в вагон вошел только один человек.
Незнакомец наконец заметил Томаса. Тот с вызовом посмотрел ему прямо в глаза и подумал: Попался! Бежать тебе некуда. Раздался гудок, двери закрылись, и поезд тронулся. И тут на лице незнакомца появилась торжествующая улыбка. Обернувшись, Томас увидел у себя за спиной того, кому эта улыбка была предназначена. Сообщника.
Ситуация резко изменилась. Из охотника Томас превратился в добычу. Он быстро огляделся. Незнакомец и его сообщник одновременно отпустили поручень и двинулись к Томасу, зажимая его в тиски.
Знаете, на чем держится власть?
На демагогии.
Чтобы стоять у кормила власти, чтобы управлять людьми, надо им нравиться. И если необходимо, лгать. Главное — говорить то, что люди хотят слышать. Реальные поступки не так важны. Гнев и разочарование легко усмирить, произнося все те же пустые слова. Потом, когда людям надоест слушать вранье, придется уступить место другой партии.
Но, оказавшись у власти, она будет вести себя точно так же: разводить демагогию, врать, больше или меньше, в зависимости от обстоятельств. До тех пор, пока не придется уступить место предшествующей партии, которая вновь примется за свое, и так далее…
Малопривлекательный взгляд на политику. Но, увы, его разделяет большинство…
А знаете, что, помимо фанатичной приверженности идеям, отличает радикальные партии от умеренных? Размах лжи. Ложь радикальных партий масштабнее и гораздо более опасна.
Мне стало интересно, что происходит с отдельными политическими партиями. С системой в целом. Она так далеко зашла в своей
А еще ни на секунду нельзя забывать, что то же самое происходит с большинством политических лидеров; их имена должны служить нам напоминанием, изо дня в день усиливать нашу бдительность. Даже когда в их словах слышится эхо далекого прошлого.
Их имена свидетельствуют, что все это возможно, что это происходит. И что прошлое может вернуться.
Возможно, многие со мной не согласятся, но со времен Второй мировой войны мир находится под американским влиянием. Американцы — господствующая нация, идет ли речь об экономике, культуре, политике или военной мощи.
Именно к этой стране обратился мой взгляд.
К горстке лидеров, которые служат прекрасной иллюстрацией моих предположений и опасений.
Прежде чем продолжить, я позволю себе один вопрос.
Понравилось бы вам жить в стране без правительства, лидерами которой были бы главы крупнейших корпораций? Вам было бы не слишком уютно, правда? Хотя именно так обстоят дела в большинстве крупных стран, таких как, например, Франция. Именно так обстоят дела и в Соединенных Штатах, во всяком случае сейчас, когда я пишу эти строки!
Окружение американских политических лидеров неразрывно связано с крупными промышленными компаниями.
Я могу назвать несколько имен. Дик Чейни, вице-президент Джорджа Буша-старшего, который нагнал немало страха, действуя в тени главы США, пять лет возглавлял «Халлибертон», крупнейшую в мире нефтесервисную компанию, которая, говорят, прибрала к рукам огромное количество контрактов на восстановление и разработку нефтяных месторождений Ирака…
Карл Роув, советник президента, был акционером компании «Боинг», которая, напомню, активно действует в военном секторе. В этом же ряду стоят Дональд Рамсфелъд (министр обороны), возглавлявший фармацевтическую компанию «Сирл»; госсекретарь Колин Пауэлл (советник по национальной безопасности при президенте Рейгане, затем министр иностранных дел); Ричард Перл (серый кардинал, советник президента Буша) и Пол Вулфовиц (бывшее второе лицо в Пентагоне), и все они работали на военно-промышленный комплекс. Замечу, что 1 июня 2005 года Пол Вулфовиц стал президентом Всемирного банка.
Я мог бы продолжать в том же духе, перечисляя всех членов американского правительства, включая Кондолизу Райс и компанию…
Если члены правительства в то же время представляют крупнейшие компании, несложно представить, насколько тесны экономические, стратегические, военные и политические связи, объединяющие, порой тайно, Соединенные Штаты и, например, Саудовскую Аравию. Вряд ли можно списать на случайность то, что через два дня после теракта 11 сентября президент Буш ужинал тет-а-тет с послом Саудовской Аравии, могущественным принцем Бандаром. Никто не знает, о чем они говорили тем вечером.