Лабиринт

Софронов Анатолий Владимирович

Хохлов. Что же, он свой долг исполнил... Мои родители тревожились, когда я в гражданскую уходил... Я тревожился, когда сын мой уходил... Потом и сам за ним подался. Но мы-то не воюем во Вьетнаме этом.

Хохлова. Бомба не разбирает, кто воюет, а кто в стороне стоит... Видела я кинохронику.

Хохлов. Изверги американцы, вот и кромсают живое тело.

Хохлова. Свадьбу Николай собирался сыграть с Мариной.

Хохлов. Мы, Аня, русские... Нам когда-то всемилостивейший боженька

написал на роду за правду на земле воевать, с тех пор нам никак покоя не дают.

Звонок.

Хохлова. Коля! (Уходит; возвращается с Николаем, Мариной, Тьеном и Минем.)

Николай (весело). Мои друзья. Товарищ Тьен... А вот это товарищ Минь. Они немного говорят по-русски, но понимают все... Главное, оружие наше понимают. Знакомьтесь, товарищи. Это наш дед, зовут его Тимофей Иванович... Старый вояка, громил фашистов и прочих гадов... А это моя мама, в основном воюет с нами... Победа не всегда бывает на ее стороне, но она все равно воюет. Натальи нет?

Хохлова. Еще не пришла.

Николай. Почувствует, что ужин на столе, явится. Чем будем заниматься: пресс-конференцией или ужином?

Хохлов (вьетнамцам). Он что, и на занятиях так длинно говорит?

Тьен. Товарищ Хохлов учит нас хорошо.

Хохлова (Николаю). Навербовал себе сторонников? (Миню.) А вы тоже так считаете?

Минь. Товарищ Хохлов — очень хороший товарищ.

Николай. Что, дедушка, получил достойный ответ?

Хохлов. Еще нет... У меня к ним много разных вопросов.

Николай (друзьям). Пропали, ребята!

Хохлова. За стол пора, Николай. Уж не знаю, понравится ли гостям наша еда?

Николай. Они, мама, ко всему привыкли. К любой пище то есть... У них там во Вьетнаме тоже не больно деликатесы какие...

Хохлова. Прошу за стол. Марина, рядом с Николаем. Ты уже своя. Тебе стесняться не положено.

Марина. А я и не стесняюсь.

Хохлов. И правильно делаешь... Коля, разлей-ка... У меня тост созрел.

Николай. У тебя, дед, тосты на все случаи жизни готовы.

Хохлова (с тревогой смотря на Хохлова). Может, не надо?

Хохлов. Не мешай, Аня... (Вьетнамцам.) Это же жуткое дело, какая свора на вас навалилась, а вы ничего, стоите... И ростом вроде невеликие, а стоите! В бою великие. За победу вашу имею я право выпить? За Вьетнам! Кто мне запретит? Давайте, ребята! (Чокается с Тьеном и Минем.)

Все

поднимаются, пьют, кроме Тьена и Миня.

А вы что же, ребята?

Николай. Они не пьют, дедушка.

Хохлов (вьетнамцам). Это он так хорошо вас учит?

Тьен. Да!

Минь. Да!

Хохлов. Навербовал, навербовал, Николай. (Садится.) Ну, ладно. У вас своя стратегия, а у меня своя! Вы, ребята, как, женатые?

Тьен. Нет.

Хохлов (Миню). А ты?

Минь. Я имею невесту. Она на фронте.

Звонок.

Хохлова. Наташа. (Уходит. Возвращается с Наташей и Робертом.)

Наташа. А вот и мы! (Увидев Миня и Тьена, остановилась в растерянности.)

Хохлова. Для всех место найдется. (Роберту.) Садитесь, пожалуйста.

Наташа (стараясь говорить спокойно.) Это Роберт, мой друг. Садитесь, Роберт, рядом со мной.

Роберт. Спасибо.

Наташа. Роберт очень хотел познакомиться с вами.

Хохлов. Мы тоже не возражаем.

Наташа. Роберт хотел узнать нашу семью, посмотреть, как мы живем.

Хохлова (ставя приборы перед Наташей и Робертом). Ты уж сама, Наташа, ухаживай.

Роберт (Хохловой). О, спасибо вам, пожалуйста.

Хохлова. У вас, молодой человек, акцент не русский.

Роберт. Да-да, немножко есть не русский.

Хохлов. А по русскому обычаю за знакомство полагается. (Роберту.) Вы как, молодой человек, употребляете?

Роберт (улыбаясь). Употребляю...

Хохлов. О, да ты совсем нашенский... Молодец, Наталья! Доброго парня привела!..

Наташа. Он уже не парень, а аспирант.

Хохлов. Это по-научному... А для нас он парень... (Роберту.) Так я говорю?

Роберт. Совсем так. Да.

Хохлов. За ваше здоровье, молодой человек! (Пьет.)

Николай. Вот у нас какой дед быстрый... Не успел человека увидеть — уже за его здоровье пьет.

Хохлов. Положено: раз гость, за его здоровье... (Роберту.) А у вас в Эстонии как?