Лабиринт отражений
Шрифт:
— Работа, — опуская сковородку рядом с клавиатурой, сказал я. — Надо пройтись по их серверу.
— Господи, у них-то что воровать? Они же все нищие! — Маньяк замотал головой. — Б-р! Тексты эльфийских гимнов? Секреты производства деревянных мечей?
— Так… одну вещичку у них забыл.
— А… — Маньяк кивнул. Наверное, он решил, что «Варлок» пробил проход прямо на сервер ролевиков. — Только не обижай их, ладно? Они народ смешной, я к ним забредал пару раз.
— Защиту ставил?
— Я? Им? Да брось, у них
Мне эта новость не понравилась.
— Как выглядел-то «Варлок» в действии?
— Ну… синяя воронка, искры, и зеркала под ногами. В них — отражения с других серверов.
Маньяк поднял голову:
— А лифта там не было? — растерянно спросил он.
— Ты что, какой лифт! Дыра в полу…
— Вечно так выходит, придумываешь одно, а выходит… — буркнул Шурка. — Блин. У тебя только коньяк?
Мы разлили понемногу, чокнулись, выпили. На машине всё ещё шуршали Шуркины программы.
— Я вчера попробовал… стишок, — сказал Маньяк после второй рюмки. — Ну, этот, «глубина-глубина…»
Я не стал интересоваться результатом. Если бы Маньяк смог выйти из глубины, то мы бы за это и пили.
— Лёня, если когда-нибудь ты узнаешь, в чём тут дело… — начал Шурка.
— Сразу тебе скажу.
— А какой переполох вчера был в одном борделе, — сменил тему Маньяк. — Ты не слышал по сетевым новостям?
Я даже растерялся.
— Нет.
— Какая-то шпана пыталась взломать защиту публичного дома «Всякие Забавы». Есть такой… — Шурка сладко зажмурился.
— Пыталась?
— Ну, почти взломали, потом их защита наглухо все каналы отрубила. Бой был ещё тот, если Зуко не заливает…
— Кто?
Видимо моё лицо стало уж очень глупым. Шура уставился на меня, потом тихо сказал:
— Ага… Вот оно что…
— Ты знаешь Зуко… Компьютерного Мага?
— А то ты его не знаешь.
— Только по глубине, — я не пытаюсь врать.
Шурка покачал головой.
— Ты так думаешь? Это Серёга. Который раньше в банке работал.
Вот это новость.
Серёгу я знал давным-давно. Когда подвизался в фирме по изготовлению игрушек, он тоже там работал. Но соотнести молчаливого, флегматичного программиста и шумного Компьютерного Мага не мог никак.
— Это он?
— Да.
— Ну и маскировочка, — только и сказал я.
— А представь, если бы он сказал, что в публичном доме работает? Хороша тема для шуточек? Он до сих пор всем втирает, будто для банка программы лепит.
— Не говори ему, что я — это я, — быстро попросил я.
— Не буду. Он мне тоже никаких деталей не рассказывал. Только про «Варлока» пытал.
— Зуко узнал твой вирус! — воскликнул я, вспоминая радостный возглас Мага.
— Ну да, я показывал ему с месяц назад… — Шурка прищурился. — Секретность… чёрт возьми…
— Он может разболтать?
Маньяк
— Не в том дело. Лёня, информация обладает свойством просачиваться. Всякие дурацкие мелкие оплошности, совпадения — вроде этого… Тебя найдут.
— Пусть попробуют доказать.
— Лёня, если ты им так на хвост наступил, то возиться с доказательствами они не станут. Мы слишком тесно завязаны друг на друга. Кто-то знает, что Стрелок и Леонид — одно и то же лицо. Кто-то догадывается, что Леонид — дайвер. Кто-то подозревает, что Леонид — русский. Виртуальность живёт информацией. Правдой, слухами, догадками. А самое главное, что вся информация легко подвергается сбору и обработке. Если приложить побольше стараний, то выяснят всё!
— И что ты предлагаешь?
— Сваливай, — разливая остатки коньяка, предложил Шурка. — Мне будет очень обидно, если мы не сможем выпить вместе пивка, но… если ты будешь мёртв, то это ещё обиднее… Дьявол, да что, что ты такое творишь?
— Спасаю человека.
— Этим стоит заниматься, пока сам не попадаешь в беду!
Я кивнул. Маньяк прав. В его словах — логика нормального хакера, а не самоуверенного дайвера, умеющего выныривать из глубины.
Куда я нырну, если меня настигнут в настоящем мире?
У всех виртуальщиков сильны комплексы физической слабости. Ощущение, что в компьютерном мире ты — бог, а в настоящем — один из миллиардов рядовых граждан, слишком обидно. Вот почему все мы так любим боевые искусства и военные игры, покупаем газовые и пневматические пистолеты, упрямо ходим в спортивные клубы и машем по вечерам нунчаками. Хочется, хочется ощущать себя таким неуязвимым в жизни, как и в заэкранном мире. Только не получается.
И слышатся порой в глубине слова: «Помнишь его? Шпана зарезала в переулке… левой водкой траванулся… прыгнул из окна, даже записки не оставил… мафии дорогу перешёл…»
Мы помним, мы знаем.
Лишь в заэкранном мире мы — боги.
— Мне ещё сутки нужны, наверное, — тихо сказал я. — Потом свалю куда-нибудь… в Сибирь или на Урал.
— И никому не говори, куда уедешь, — кивнул Маньяк. — Мне тоже не говори.
Рюмки были пусты, и он предложил:
— Я сбегаю до ларька?
— Мне ещё тело рисовать.
— Блин. Запускай «Биоконструктор».
Через минуту мы сидели, вырывая друг у друга мышь и барабаня по клавиатуре. Первое нарисованное тело пришлось забраковать — оно было слишком уж вызывающим. Двухметрового роста амбал, с двуручным мечом на поясе. К такому все искатели приключений будут привязываться. Это заметил Шурка, и мне пришлось с ним согласиться.
Следующая личность была безобидной и даже жалкой. Оборванный старичок-нищий… может его никто и не тронет, но и тащить Неудачника пять миль он не сможет. Тут уже вето наложил я, не объясняя причин.