Лабиринт Осириса

Сассман Пол

Регев улыбнулся:

– В этом, наверное, есть некоторое преувеличение. Не такие уж они разбойники. Во всяком случае, как я о них слышал. Хотя, конечно, безжалостны. И жестоки, когда на них находит стих. И в этом отношении в последние годы, несомненно, взвинтили ставки.

Бен-Рой прищурился.

– Что вы имеете в виду?

– Шесть или семь лет назад они начинали просто как хакеры. Время от времени устраивали вирусные атаки. Все в основном ограничивалось киберпространством. Но затем – это произошло три или четыре года назад – подожгли в Тель-Авиве офис какой-то транснациональной компании. Это был первый случай, когда они совершили нечто

подобное. Никто не пострадал, но начало было положено. С тех пор их тактика становится более… конфронтационной: они вламываются в организации, занимаются диверсиями, похищают ответственных сотрудников и заставляют исповедоваться перед объективами камер. Сейчас на их сайте выложен довольно гнусный сюжет: говорит некий француз, чья компания занимается темными делишками в Конго. Сюжет на сайте всего сутки, но перед головной конторой компании в Париже уже бушуют массовые протесты, и на их компьютерную сеть совершено не меньше полудюжины атак. Вот какое влияние у этой «Немезиды».

Регев откинулся на спинку стула, сложил руки и покосился на соседний столик, откуда доносился заливистый женский смех. Затем снова перевел взгляд на Бен-Роя.

– Интересно, что изменение в тактике совпало по времени с появлением в Израиле то ли ячейки, то ли отколовшейся группы, то ли фракции – называйте как хотите. Такое впечатление, что здешние люди стоят за большинством, если не за всеми непосредственными актами насилия. И именно они превратили «Немезиду» из организации, действовавшей в области информационных технологий, в подрывную или террористическую – от вас зависит, как называть, – группу.

– Есть соображения, почему это произошло? – задал вопрос Зиски, впервые вступив в разговор.

– Точно никто не знает, хотя в Интернете этот вопрос активно обсуждается, – ответил его товарищ. – Кое-какие примеры я распечатал. – Он снова похлопал рукой по конверту. – Большинство считают, что в «Немезиде» появились люди, которые решили придерживаться более жесткой линии и по одним им известным причинам переместились в Израиль. Они остались в структуре организации, поскольку продолжают выкладывать в Сеть компромат, но сами вынашивают более агрессивные планы. Получилось, если угодно, что-то вроде «Плана» внутри «Плана». Правдоподобное объяснение. Гораздо правдоподобнее версии сторонников заговоров, которые считают, что это тщательно разработанный ход в целях дискредитации «Немезиды», предпринятый секретными организациями и группой транснациональных корпораций. Последний вариант я вообще отметаю.

За соседним столиком снова рассмеялись, комментатор футбольного матча заговорил оживленнее, и вдруг раздался рев голосов. Видимо, одна из команд забила гол. Бен-Рой склонил голову, прислушиваясь, кому повезло. «Хапоэль». Черт! Он еще мгновение помолчал, затем вернулся к разговору:

– Вам не попадалось упоминание, что члены «Немезиды» как-то связаны с Мицпе-Рамоном?

Регев покачал головой:

– Дов говорил, что вы предполагаете какую-то связь, но я ничего не слышал. – Он щелкнул пальцем по горлышку бутылки. – А вот связь с корпорацией «Баррен» определенно существует. Дов сказал, что этот вопрос вас тоже интересует.

Бен-Рой подался вперед.

– Что за связь?

– Такое впечатление, что «Немезида» немного зациклилась на «Баррен». Или против «Баррен». Я тут по-быстрому составил схемку. Подождите… – Он открыл конверт, порылся в содержимом и достал лист бумаги формата А4. – Вот моменты, когда «Немезида» атаковала корпорацию. По крайней мере известные моменты.

Как видите, их много. Как мне представляется, больше, чем атак на другие компании.

Бен-Рой взглянул на лист и насчитал девятнадцать случаев за семь последних лет.

– «Баррен» была в числе первых корпораций, на которые «Немезида» предприняла информационные атаки, – продолжал Регев. – С тех пор они время от времени продолжаются и особенно участились в последние годы, когда на сцене появилась израильская ячейка. Тот поджог в Тель-Авиве, о котором я упоминал, был первой акцией «Немезиды» подобного рода.

– Против «Баррен»?

Регев кивнул.

– Они врывались в их офисы, пару раз выводили из строя их оборудование. Такое впечатление, что они мстят корпорации. Да нет, больше чем впечатление: они ей точно мстят.

– Как ты думаешь, за что? – спросил Зиски.

– И в этом случае могу лишь сослаться на обсуждения в Интернете. Предполагается все, что угодно: от недовольного служащего, поставившего на «Немезиду», до транснациональных компаний, старающихся использовать группу, чтобы подорвать конкурента. Здесь что-то не вяжется. Моя догадка – подчеркиваю, это всего лишь догадка – такова: «Немезида» выходит из себя, потому что не может накопать на «Баррен» ничего серьезного. Самое большее, что удалось найти, – нарушение мер безопасности и нанесение вреда здоровью во время проведения работ в Австралии. Не особенно шокирующая новость. Такое впечатление, что «Баррен» каждый раз уворачивается, а «Немезида» не может ей этого простить. Принимает как личное оскорбление. – Регев пожал плечами. – Хотя, возможно, все это только домыслы. Я уже говорил: когда речь идет о «Немезиде», возникает масса теорий, но ни одна из них не подкреплена твердыми фактами. Из того, что мне известно, можно сделать вывод, что группой управляет кучка марсиан.

Бен-Рой улыбнулся. Регев наклонился и что-то тихо сказал Зиски, но детектив не расслышал. Затем посмотрел на часы – огромный серебряный «Таг хойер» – вещь более уместную на приборной панели самолета, чем на запястье.

– Мне, наверное, пора.

– Может, вам все-таки взять еще пива? – спросил Бен-Рой.

– Не стоит. Мне завтра рано вставать.

Он коротко стиснул Зиски плечо и поднялся. Бен-Рой встал, чтобы его пропустить, и они обменялись рукопожатием.

– Я еще поспрашиваю там-сям и, если что-нибудь придет в голову, дам Дову знать.

– Буду признателен. И спасибо за распечатки.

Регев помахал рукой, сделал шаг к выходу, но обернулся.

– Не мое дело. Но Дов упомянул, что расследование связано с убийством женщины в соборе. Не волнуйтесь, он не сообщал мне никаких подробностей…

Бен-Рой мотнул головой, давая понять, что не возражал бы, даже если бы помощник расписал все в деталях.

– Не знаю, насколько важно мое мнение, но я не вижу причин, почему бы «Немезида» могла это сделать. Я, безусловно, не одобряю их методов, но до сих пор они не нападали ни на кого…

– Кто бы этого ни заслуживал?

Регев усмехнулся:

– У них своя специфика, и убийство женщины-журналиста не соответствует их профилю. Но повторяю: это только мое мнение – компьютерщика. Что я, черт возьми, могу знать? Но это я уже говорил. Не задерживайте его допоздна, ему полезно пораньше укладываться баиньки.

Он подмигнул Зиски и, кивнув Бен-Рою, ушел.

Бен-Рой взял еще выпить.

– Приятный малый, – сказал он, возвращаясь на место и подвигая помощнику рюмку заказанного им виски «Джек Дэниелс».