Лабиринт искажений
Шрифт:
— Спасибо. Я могу его посмотреть?
— Да, конечно. Личный состав группы соберётся в назначенное вами время. Прокуратуру мы тоже известили.
Кабинет был небольшим, но с большим столом для совещаний. В углу стоял маленький диван и столик под электрической розеткой. Около входа высился двухстворчатый шкаф. Ткачёву кабинет понравился.
— Кто у вас начальник розыска?
— Майор Поплутин. Грамотный офицер, но опыта маловато.
— Хорошо. Я после совещания отъеду на места происшествий, поставьте здесь телефон с выходом на межгород.
— Сделаем, — твёрдо сказал
— У вас есть вопросы? — подтолкнул начальника ГУВД Андрей Викторович.
— Да, — смутился Гладышев. — Из Москвы сказали, что времени у нас осталось мало…
Ткачёв кивнул:
— Это так. Мне выделено три дня на поимку преступников.
— И как вы думаете?..
— Пока никак, — перебил Ткачёв. — Ознакомлюсь с материалами, потом будем думать. И от вас мне потребуется полное содействие. Сколько у вас экипажей?
— Три.
— Мало. Нужно как минимум ещё столько же.
— Но у меня нет машин, людей и связи! Половина ГУВД была снята с должности министром!
— Полковник, простите, но я не прошу, а требую. Я вас понимаю, но о сроках вы услышали. Делайте выводы.
— Понял, — уныло сказал Гладышев и вышел.
К одиннадцати кабинет стал заполняться людьми. Первым пришёл следователь из прокуратуры — полный отдувающийся старик с пышными седыми усами. Не успел он скинуть пальто, как зашли три опера из уголовного розыска.
— Майор Поплутин, — представился коренастый опер с большими серыми глазами. — Начальник розыска. Это два моих подчинённых — капитан Румянцев и лейтенант Нодия.
— Присаживайтесь, товарищи, — пригласил Ткачёв. — Начнем.
Полковник посмотрел на Поплутина, когда все расселись за столом.
— Прошу вас, майор, доложить о расследовании. Материалы, которые я изучил в Москве, не отличались полнотой фактов. Так что, начните сначала — это важно.
Майор прокашлялся, открыл принесённую с собой толстую папку.
— Тридцать первого декабря прошлого года, в семь часов вечера неизвестными было совершено вооруженное нападение на инкассаторский автомобиль. Оба инкассатора были убиты, сумма похищенных денег составила шестнадцать тысяч рублей. Это была дневная выручка центрального универмага. Розыскные мероприятия по «горячим следам» результатов не дали. Нападение было совершено в Северном районе города…
— Карту города разверните, пожалуйста, — попросил Ткачёв.
Оперативники развернули карту.
— Вот здесь центральный универмаг, — майор нарисовал кружок почти в центре города. — А вот здесь произошло нападение, — ещё кружок появился на окраине.
Полковник присмотрелся. Город был разбит на пять частей — Северный, Южный, Восточный, Западный и Центральный районы.
— Инкассаторы везли выручку из универмага уже второй раз за день. Отделение Госбанка, куда они свозили деньги, находится здесь, — небольшой кружок появился на стыке Северного и Западного районов. — Маршрута на вторую поездку разработано не было, был звонок от директора универмага, что скопилась выручка и её необходимо забрать. Дежурный по отделению Госбанка звонок принял и послал экипаж инкассаторов, пообещав им премию. Сами
— Подождите, — задумался полковник. — В компетенции дежурного посылать экипаж повторно? Или это с кем-то согласовывается свыше?
— Мы проверили, всё было в рамках инструкции.
— Хорошо, — Ткачёв пометил для себя в блокноте: «проверить универмаг». — Дальше.
— Две недели мы проверяли наш «контингент» на возможное участие. Но… зацепок никаких не было. Пятнадцатого января этого года произошло нападение на инкассаторов, которые везли зарплату на завод пластмассовых изделий, — карандаш очертил кружок в Восточной части на окраине города. — Были убиты три инкассатора, а преступники завладели суммой в сто девять тысяч рублей. Об этом мы узнали только по звонку главного бухгалтера завода. В назначенное время машина с инкассаторами не пришла, и бухгалтер позвонила в отделение Госбанка. Экипаж на связь не выходил, и позвонили нам. Вернее, дежурному. Это было в час десять после полудня. А машину ждали ровно в полдень…
Ткачёв встал.
— Да, час десять для преступников хорошая фора, — сказал он, проходя за спинами сидящих оперов. — Продолжайте.
— Восемнадцатого января, то есть, позавчера, произошло третье нападение. Что было взято — нам неизвестно, но были убиты два инкассатора…
— Почему неизвестно?
— В отделении Госбанка нам отказались предоставлять информацию. На запрос полковника Гладышева в Москву, нам ответили, что пришлют старшего опера из управления.
— Понятно, дальше.
— Машина направлялась в Южный район Зареченска на завод радиотехнических конструкций. Кстати, личности убитых инкассаторов нам неизвестны. Нападение произошло вот здесь…
Карандаш скрипнул, очерчивая круг.
— Так, что скажете о характере преступлений?
— Все нападения совершены с применением оружия. При осмотре мест происшествий найдены гильзы от патронов автомата Калашникова калибром семь шестьдесят два, а также гильзы от патронов к пистолету «ТТ». Пули, вынутые из тел, это подтверждают. Мы послали запросы в ближайшие места для заключенных под стражу — не было ли побегов с хищением оружия у караульных. Ответы пришли отрицательные. Ближайшая воинская часть расположена в ста восьмидесяти километрах от Зареченска. Мы и туда послали запрос. Ответ…
— Отрицательный, — кивнул Ткачёв и уселся на стул. — Немного подытожим. Назовите приблизительный состав банды.
— Я, думаю, три или четыре человека. Они не местные, но местность им знакома или изучена.
— А не может быть, чтобы в банде был один из местных? Например, осужденный за разбой и отсидевший срок.
— Простите, товарищ полковник, — следователь поднял руку, как школьник. — Но в последние восемнадцать лет в Зареченске не было дел квалифицированных под разбой. На моей памяти, это первые случаи нападения в городе на инкассаторов. Город небольшой, тихий. Мы на окраине области, а за нами вообще тайга на сотни километров. В город ведут три дороги — одна железнодорожная, две автомобильных. На автомобильных — посты ГАИ, они отслеживают все машины, тем более, незнакомые. На вокзале всегда дежурит постовой…